Коммунальный гарем (СИ)
Наташа онемела.
— Не знаю, чему радоваться больше, — наконец, с улыбкой сказала она.
— Сильно не радуйся, — сказал наигранно Витя, — ты от меня так легко не избавишься. Мы будем жить в одном доме.
— Ты что? Это в девятиэтажке, что ли? Погоди, откуда ты узнал?
— В домоуправлении сказали.
— Иван Иваныч, что ли? — Витя утвердительно кивнул. — Вот рыжий черт! Молодец мужик! Это же он помог мне сюда вселиться… Влюблен в меня, понимаешь? Ты бы видел его глаза, когда мы в первый раз увиделись! У самого жена и трое деток, все три девочки. Две рыженькие, как он. А третья — чернявая. Как я. А жена вообще блондинка! Толстая, как три наших Ольки!!! Не нравлюсь я ей, страсть как! С чего бы?
Они с Витькой захохотали в голос.
Настроение у парня было непередаваемым. Сердце звенело, как натянутая струна.
Потом пришла Вика. Витька схватил и ее в охапку прямо у порога, поднял на руки, закружил, закричал:
— Жена пришла! Моя жена!
Постепенно подтянулись Оля и Марго, последней появилась Света.
Услышав новость, все радовались, смеялись, желали счастья.
— Так… — многозначительно сказал Витя, когда все сели за стол. — Я решил вот что. Мы завтра же с ура подадим заявление в ЗАГС. Там месяц ждать, по закону. Наташ, ты свидетельницей будешь. Свидетелем Сёмку возьмём. Зарегистрируемся. Но застолье собирать не будем, со средствами пока туговато. Я соберу все документы, получу ордер, даст бог. А потом… А потом мы соберемся все вместе и сыграем свадьбу. Настоящую. В своей квартире. С гостями, с родственниками. Начальник сказал: деньгами на работе помогут. Материалку выпишут. Главное — сейчас успеть.
Все посмотрели на Вику. Та согласно кивнула.
— Витюш, — вмешалась Оля. — Я знаю, как раньше успеть. К нам в магазин приходит одна… тетенька. Не поверишь, в районном ЗАГСе работает! Так она рассказывала, что если кому надо срочно зарегистрироваться, то за небольшие деньги пишешь заявление, но число ставишь — месяцем назад. Они специально в журнале приема таких заявлений несколько мест оставляют. Мало ли что. Эта схема для тех, кому срочно жениться надо, и кто месяц ждать не может. Например, для моряков дальнего плавания…
— Русские люди чего только не придумают, — подтвердила Наташа.
— …особенно, если жениться приспичило! — захохотала Светка, а вместе с ней и все присутствующие.
Глава 26. Хеппи-энд?
Октябрь был насыщен событиями.
Так бывает. Жизнь обычно течет размеренно, буднично. День сменяется днем, неделя неделей, месяц месяцем, ничего особенного в жизни вроде бы не происходит. Дом-работа, завтрак-ужин-сон, и, кажется, что так будет постоянно.
Но затем наступает один прекрасный момент, и с тобой происходит целая куча разных событий: плохих или хороших. Или плохих и хороших одновременно.
Иногда от многих из них даже зависит твоя жизнь.
Вот, например, Наташа.
Увлекшись романтической историей Виктора и его женщин, мы упустили возможность рассказать о тот, что она подрабатывала на Чака. Помните дворового предводителя, который просил Витьку о некоей услуге?
Так вот, услуга заключалась в том, чтобы перепечатывать … гм… тексты.
Видимо, Чака просили о подобной услуге… скажем так… лица с криминальным прошлым, настоящим и будущем.
То были специфические тексты. Подробные описания криминальных татуировок, которые в советские годы назывались «наколками». Правила поведения в тюрьмах и следственных изоляторах. Человеческо-тюремный словарь. Описания технологий изготовления колюще-режущих орудий, взрывчатых веществ. Жесткие эротические истории.
Платил Чак хорошо. Явно это были не его личные деньги. А чьи, догадаться несложно.
С первой же «получки» Наташа купила по знакомству хорошую печатную машинку, и вечерами в квартире номер пять раздавался стрекот ловких пальцев, бьющих по клавишам.
Результатом стала приличная сумма в несколько тысяч рублей, лежавших на Наташиной сберкнижке.
А еще к Наташе вернулся первый муж.
На пороге квартиры он возник, как призрак отца Гамлета, нежданно-негаданно. Увидев смуглого, очень сурово выглядящего мужчину, Наташа, неожиданно для всех, а возможно, даже для самой себя, кинулась в его объятия:
— Юра! Юрочка. Мой… Мой…
С этого дня Витя стал не единственным мужчиной в доме.
Первые дни они, как львы-альфа-самцы, ходили кругами друг вокруг друга, осторожно и настороженно присматриваясь.
Видя такое невысказанное противостояние, грозившее в случае недопонимания конфликтом, Наташа нашла какой-то предлог, чтобы в один из вечеров усадить молодого и зрелого вместе за стол.
Те всю ночь выпивали и беседовали. Когда кончилась знаменитая наливка, вкусная, но слабенькая, Витька сгонял в соседний подъезд, где можно было разжиться водкой, и вернулся с двумя бутылками «Столичной».
Женщины засели в Светиной комнате, расположенной ближе всего к кухне, и сквозь приоткрытую дверь с волнением прислушивались к разговору двух мужчин, вот-вот ожидая драки.
Однако драки не случилось.
Напротив, часам к трем утра с кухни донесся зычный голос Юрия:
— Девчонки, чего вы там прячетесь? Идите к нам.
Когда женщины опасливо вышли на свет, Юра ткнул рукой с набитой наколкой "Наташа" в сторону Вити, и изрек:
— Наташка, а Витек правильный пацан! Ты знала, что он скоро женится? Н. надо па. мочь!!!
С тех пор мужчины стали дружить.
Юрий, несмотря на суровый внешний вид потрепанного жизнью мужика, несмотря на немногословность, обожал Наташу и с уважением относился ко всем жильцам квартиры.
Жил он теперь в Наташиной комнате.
Но недолго, потому что Иван Иванович вскоре торжественно вручил своей тайной возлюбленной ордер на однокомнатную квартиру.
Маргарита продолжала встречаться с «благородным вором» Жилиным, которому в свое время Витька хотел «открутить бо́шку». Жилин, которого все почему-то именно так и называли, по фамилии: Жилин (даже сама Марго) работал теперь водителем на третьем маршруте. Иногда именно он возил Витю, Наташу и Марго на химкомбинат. Жилин посматривал в зеркало на довольную Маргариту и широко, добродушно улыбался.
Людмила неожиданно для всех стала снова встречаться с Семеном, который превратился совсем уж в нормального парня.
Под влиянием девушки он увлекся чтением, и буквально глотал книгу за книгой, которыми его снабжала довольная невеста. Они вступили к Клуб любителей кино при кинотеатре «Красный Пролетарий», и теперь не пропускали ни одной новой премьеры Феллини, Бертолуччи и Тарковского.
Однажды, копаясь среди книг на полке в комнате Людочки, Сёма с удивлением обнаружил печатный экземпляр камасутры.
— Ого, — сказал он. — А я Витьке такую давал. Это ты у него взяла?
Девушка промолчала, кивнула и покраснела.
— Он… Вы с ним… — Семён покраснел. — Я понимаю… Он парень видный… И двери у вас напротив…
— Дурачок ты мой, — Люда обвила его рукам и очень нежно поцеловала. — Я еще… ну, ты понимаешь… я еще девочка…
В ту ночь Семен впервые остался у Люды на ночь. Что там происходило, доподлинно неизвестно никому, кроме них. Известно лишь, что утром счастливый Сёма долго стоял в коридоре, у входной двери и целовался со счастливой Людой.
Что же касается главного героя этой истории, то самым важным событием для него в эти дни, стала, конечно же, подача заявления в ЗАГС.
Виктор долго разговаривал о чем-то наедине с красиво одетой работницей данного государственного учреждения. Вике, которая сидела под дверью в коридоре, слова слышны не были, но по тону беседы можно было понять, что официальная дама чем-то возмущалась и чему-то возражала.
Но затем повышенный тон начал утихать. А потом Витя выглянул в коридор и кивнул совсем уже упавшей духом Вике: заходи.
Хозяйка кабинета с огромной грудью критически осмотрела с ног до головы робко севшую на краешек стула Вику, грозно хмыкнула и сказала: