Луны и Творцы (СИ)
Фей больно вдарила в тело потоками воздуха, дабы продолжить полёт, но получилось лишь спланировать на площадь неподалёку.
Люди, собравшиеся на ней, в основном мародёры с закрытыми чёрными прокопченными платками лицами, принялись с криками разбегаться.
— Творец!!!
«А кто же ещё?» — съязвила девушка мысленно, украв эту замашку у Мирко.
Воздушная подушка смягчила приземление и Фей сразу же побежала к месту, где она видела фонарь.
Через одну извилистую и, конечно же, горящую улицу, она наткнулась на группку вооружённых людей и… улыбчивого человека с темными волосами, зачесанными в хвост назад.
— Дедушка! — воскликнула Фей, и вся в слезах бросилась в объятия
мужчины в плаще.
— Ох… — смог лишь вымолвить он, поглаживая её по голове. — Фей, я уже был во Дворце. И что же ты натворила такого, девочка?
Она промолчала, сильнее кутаясь в объятия деда.
— Впрочем… — он грустно выдохнул. — То, что случилось сегодня — настоящая катастрофа и явно не твоя заслуга. Астерзаль — мёртв. У нас новый Местоблюститель, Раайан. И ему совершенно плевать на Шпильград и проблемы города.
Послышался звук взрыва со стороны Хрустального Дворца.
Фей и Саливан одновременно посмотрели на летящую в небесах фигуру, что по широкой дуге стремительно летела камнем к земле.
— Пора уходить, девочка моя. — Саливан отстранился с глубокой скорбью на лице.
Фей не была понятна эта эмоция.
«Он считает, что я подвела его.»
— Дедушка, я не хотела навлечь на семью опасность, я лишь…
На лице Сали появились слёзы, которые он сразу же утёр рукавом дорогого одеяния.
— Нет-нет, Фей, — начал он с запинками в речи, — ты тут совершенно не при чём.
Он осёкся.
— Но в чём же дело? — спросила Фей, вновь желая понять состояние деда.
— Фей… позже. Сначала мне необходимо отвезти тебя к «Лезвию».
***
Мирко поднимался по лестнице, ощущая как его тело протестует на каждой новой ступеньке.
“Хозяин, вы должны быть готовы.“
Мирко промолчал.
“Хозяин, вы не обязаны слушать эту ведьму, она хотела… “
«Грация, твои слова мне остотворществели. Калист — самый дорогой мне человек, наравне с моей матерью. Ты ни за что не переубедишь меня.
Поэтому помолчи.»
“Хозяин, я попыталась сделать так, чтобы она умерла, но и это… “
— ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА?! — вскричал Мирко вслух.
— Мирко. — рука в перчатке легла ему на плечо. — Ты в порядке?
Мужчина смачно выругался и кисло сказал:
— Да, Калист… да. Прости. Прости, что не сказал про Грацию. Я как-то уже привык, что она со мной. Возможно, ты бы лучше понимала, что тебя ждёт.
— Мирко, я не зла на тебя. Главное, что мы живы. Всё остальное не имеет значения.
Мирко ощутил своим затылком улыбку Калист.
«Как она это делает? Жизнерадостна тогда, когда надо биться головой о стену.»
Он сделал ещё шаг, осиливая очередной порожек.
— Я… Калист, ты дорога мне. Очень.
Казалось, мужчина говорил это не Калист и даже не себе, и не Грации. Он молвил эти слова ради чего-то, что и сам не мог понять. Возможно, ради Лун-Охранительниц, возможно ради Отца Света, дабы те услышали и поняли, что убивать его друзей не следует, ведь чувства…
Мужчина внутренне рассмеялся горьким, едва ли не истерическим смехом.
«А что чувства? Разве Богов интересует, что думает я сам? Нас двоих могут убить в любую секунду. Размазать, расчленить или сжечь. Такова реальность. Любовь в такой ситуации не значит ничего… Потому я и
избегаю её упоминать.»
— Мирко… — Калист тепло коснулась его ладони. — Ты мне тоже очень дорог.
— Как считаешь, мы умрём? — вновь странная фраза с его уст.
В его фразе не было ни смеха, ни радости. Лишь уныние и некое ощущение смерти, что лижет пятки, как языки огня.
— Возможно. — односложно ответила Калист. — Я думаю, так или иначе, да. Вопрос лишь когда.
— Уф, ну, и ответ. Я ожидал от тебя чего-то более напутственного и поднимающего боевой дух.
— Мы ещё не поженились.
— Ты считаешь это остановит мглу?
— Ну, наша брачная ночь явно зажжет парочку факелов радости в непреступной тьме.
— Калист, мне положено шутить про любовные утехи, а не тебе. — молвил Мирко, стараясь не впадать в бессилие.
Девушка неожиданно шутливо хлопнула Мирко по заду, вызвав взгляд удивления в свой адрес.
Калист подмигнула Мирко и мужчина слегка расслабился.
— Надо немного подостыть… — сказал он.
— Да, согласна. Нам просто нужен небольшой отдых.
Было видно, что Калист напряжена, а её слова служили именно тем подбадриванием, о котором и говорил мужчина ранее.
— Отдых. — мечтательно протянул Мирко. — Да, это то, что нам нужно.
Последний пролёт пара осилила едва ли не быстрее, чем в самом начале подъёма.
Мирко зашёл в Обсерваторию первым
Глава 10, часть 2: Конец, что был началом
Глава 10, часть 2:
Конец, что был началом.
В нос сразу же ударил отвратительный запах гнили, от которого оранца затошнило.
— Чтоб тебя, Калист, тут кто-то сдох! — Мирко заслонил нос и рот рукавом своего ламинированного пластинчатого доспеха.
Калист же подняла неожиданно легко тянущийся ворот части платья, что всё ещё было на девушке с самого начала спуска, закрыв рот и нос тканью.
— Наконец-то. — послышался знакомый, до боли скрипучий голос. Мирко и Калист вздрогнули и обернулись на звук.
— Щепка? — спросила Калист.
— Он самый… — послышался влажный кашель. — Я пришёл убить вас.
Глаза Мирко заслезились. Запах был ужасен. Сладковатый и бьющий прямо в нос.
— Где-ты, паскуда! — выкрикнул мужчина.
Света в Обсерватории не было, а витражи были завешаны тканью. Запах усилился и послышалась возня.
Щепка вышел из тьмы огромного окуляра. В его руках виднелась глефа.
— Как… кх-кх, хорошо, что вы сохранили моё оружие. Премного благодарен.
— Ты вообще цел? — вымолвил Мирко, всё ещё держа у носа свой рукав.
— А разве не похоже. — хриплый смех, переходящий в кашель. — Всё идёт именно так, как нужно.
Он скинул халат со своих плеч и Мирко выругался.
Артерии и вены когда-то мужчины были полны черноты, кости грудины, казалось, выступали из под кожи, натягивая её, а поверхность тела
была невероятно светлой, едва ли не прозрачной, пергаментной.
Кожный покров в ряде мест отсутствовал вовсе, наводя на мысли о вяленом на солнце мясе с характерной желтизной по краям и волокнами, будто бы ниток.
Странным было и отсутствие органов Щепки, что были явно заменены на невообразимого вида механизм, имеющий что-то общее с циферблатом часов, с той лишь разницей, что это устройство являлось чем-то немыслимым, ачеловечным, противным самой природе, ведь именно благодаря этому механизму, казалось, мёртвое тело всё ещё функционировало, хотя и в явной агонии (весь торс мужчины был пронизано множеством и множеством трубок и шестерёнок).
Казалось, что циферблат заменил ему сердце, а чёрная лимфа — кровь.
Мирко всё же вывернуло наизнанку.
Калист сразу же подошла ближе, прикрывая мужчину.
— Щепка, — заговорила она, ничуть не поддавшись отвращению, — то что с тобой сделали Архонты возможно ещё исправить. Нет никакого смысла в кровопролитии.
— Ты хотя бы сама веришь своим словам, Кианэйт? — он вновь закашлял. — Я мертвец. Я им был уже полгода назад. Регалия в моём теле высосала из меня все соки. А жить я хотел… Архонты провели какие-то манипуляции. Вставили в меня этот механизм, соединив с уже имеющейся регалией.
— Я всё равно не вижу смысла сражаться.
— Вы убили Шаду.
— Мы этого не делали. Её заставил это сделать какой-то творец.
— Надин. — молвил Щепка.
Калист смерила взглядом разлагающееся тело.
— Если так, то повторюсь, зачем тебе этот бой?
— Если бы не вы, то она бы была жива.
— То есть ты хочешь убить нас «просто потому что». — Калист кивнула. — Что ж. Каждый имеет право на выбор своего жизненного пути и у тебя он был изначально неверным.