Школа Лысой горы. Мой прекрасный директор (СИ)

«Что и следовало ожидать», – напомнила себе Василиса.
– Сегодня будем работать в парах, – приветливо улыбнувшись, заявила она. – Если в классе есть заклятые враги, то сообщите мне об этом сразу, поскольку пары я хочу составить сама.
– Мы все – заклятые друзья, – торжественно ответили дети, давая понять, что снисхождения учителю не видать как своих ушей.
– Рада слышать, – откликнулась Василиса. – Я внимательно изучила ваши прошлогодние тетради для контрольных работ – вот они, мне их выдал Елисей Назарович – и сейчас по итогам изучения назначу в каждой паре одного «эксперта» и одного «дилетанта». Машенька Минаева весь прошлый год великолепно справлялась с решением уравнений, а вот ее «заклятая подруга» частенько делала ошибки в таких заданиях. Сядьте, пожалуйста, вместе и прорешайте эту индивидуальную карточку…
Очень быстро весь класс был озадачен самыми разными примерами: кому-то достались дроби, кому-то отрицательные числа, текстовые задачи и пропорции – Василиса постаралась учесть все слабые места своих учеников. Суть идеи, доведенной Василисой до учащихся, была в том, что эксперт полностью отвечает за результат своего дилетанта – тот результат, что он продемонстрирует на коротенькой пятиминутной проверочной работе в конце урока и оценка эксперта будет в точности равна оценке его дилетанта. Помощь на самостоятельной абсолютно исключена, нужно за время урока объяснить все другу так, чтобы он не провалил контрольный срез.
– Но не волнуйтесь слишком сильно: плохих оценок я сразу ставить не буду – если кто-то из «дилетантов» не справится с проверочной работой, то он придет переписать ее после уроков, я сама еще раз все ему объясню. А эксперту после уроков приходить не нужно – он просто пойдет домой без оценки. А теперь не теряем времени, дорогие мои! Если даже у экспертов возникли в чем-то затруднения – поднимайте руки, я подойду. Свои прошлогодние тетради можете взять на время урока – все ваши задания на карточках практически идентичны тем, что вы решали в том году.
Дезориентированные и растерянные «эксперты» тонкой струйкой потянулись к учительскому столу за прошлогодними тетрадями. В классе закипела работа.
«Ага, золотки мои, самому получать двойки – это одно, а подставлять товарища – совсем другое. А подставлять так, чтобы его еще и в школе после занятий час продержали – вовсе скверное дело, совесть же потом замучает. А вы, «дилетанты», посмотрите в ясные глаза своих друзей – как ответственно они подошли к своему делу, как стараются вам все понятно изложить! – и подумайте: в их дневниках будет стоять та оценка, которую заслужите ВЫ! И если там будет три с минусом… Одним словом – старайтесь, детки!»
Несмотря на прошлые свои горячие заверения, что литературой на уроках математики она заниматься не будет, урок в шестом классе Василиса начала именно с чтения литературы. Правда, она клялась директору только не читать стихов весь урок, а тут – всего лишь проза, взятая перед уроком в школьной библиотеке: «Витя Малеев в школе и дома». И читала Василиса исключительно математические задачи. Дети смеялись над знакомым героем книжки, а потом старались доказать, что уж они-то такие простенькие задачки решат на раз-два, они-то уже шестиклассники! Знаменитую «Федину задачу» тоже не обошли вниманием, а на оценку было выдано творческое домашнее задание – сочинить свой рассказ с задачей, причем в журнал пойдут две оценки – за проработанность художественных образов и за грамотность формулировки и верность решения задачи. Лучшие работы Василиса пообещала зачитать в классе вслух и прорешать всем вместе у доски, а также вывесить на стенгазете в классе. Кто будет делать эту стенгазету? Вы, милые мои! И редколлегией и прочим – будете только вы. Учитель математики никогда не справится с таким сложным делом без вашей квалифицированной помощи!
В следующем классе была игра-соревнование в группах, оценка выставлялась на основании баллов, набранных всей группой – всем одинаковая, а отвечать необходимо было самостоятельно, по одному. А десятому классу было велено составить задания для девятиклассников с подсказками и алгоритмами решения:
 
– Чем лучше сейчас поработаете вы, тем легче будет завтра вашим младшим товарищам, – с деланным равнодушием пожимала плечами Василиса. – Задания из учебников копировать нельзя, меняйте в них хотя бы числа, но проверяйте – будет ли решение у вашей задачи! Хорошие ли корни получатся в уравнении! Не создавайте девятиклашкам непосильных заданий!
Четыре урока пролетели как один. Каждый раз, выпуская из кабинета на перемену очередной класс, Василиса слышала негромкие вопросы:
– Ну, чем занимались на уроке?
– Математикой! – вздыхали тяжко ее ученики.
«То ли еще будет, ой-ей-ей!» – напевала про себя довольная Василиса, шагая с тетрадями в учительскую: кабинет временно занял Елисей Назарович. Наконец-то у нее в руках настоящие проверочные работы, точно не годящиеся для конкурса стихоплетов-юмористов!
В учительской ее встретили широкими улыбками – весть о битве умов и характеров явно разнеслась по школе. Василисе налили кофе, угостили конфетами и пирожками, посоветовали стоять до последней капли крови (неоднозначное пожелание в этой школе).
– А как всю кровь допьют – смело зовите директора, – усмехалась Всемила Ламиевна. – Он у нас почти всемогущий.
– Василисушка и сама на деток управу найдет, – вступалась Яга Лешевна, – ишь, распоясались они у нас!
Никакого обещанного Галиной Ивановной сбегания учителей или их холодной молчаливости не было и в помине. Пока Василиса проверяла работы и ходила заполнять электронный журнал, в учительской после шестого урока собралась половина педагогов школы. И если первого сентября Василиса немного обиделась на коллег за то, что ее не привлекли к праздничным мероприятиям, то теперь у нее не было причин роптать на игнорирование молодого специалиста:
– Уважаемая Василиса Алексеевна, извините старика, но не могу не поинтересоваться: может, вашей искрометной креативности хватит и на посильную помощь в организации недели безопасности дорожного движения? – поинтересовался у нее учители химии, Афанасий Кощеич, отец Мары.
– А, так директор вам эту нагрузку выдал, – широко усмехнулся Ян Вольфович. – Не повезло. Меня озадачили только «веселыми стартами», долженствующими способствовать профилактике наркозависимости в подростковой среде. Сама идея несколько странная, так что прошу учесть – идея не моя, а спущена на школу «свыше»! Василиса, а как вы относитесь к спорту и спортивным независимым мужчинам? – посверкал глазами красавец физрук.
«Неужели лед тронулся и меня таки приняли в коллектив? Будем надеяться», – подумала Василиса и предложила:
– Почему бы не соединить всю кучу мероприятий вместе? Что еще школе нужно провести в сентябре, кто запомнил?
Оказалось – запомнили все, кроме нее. То ли память педагога сильно укрепляется со временем в силу профессиональной необходимости, то ли тут волшебство затесалось, но перечень написали быстро. Директор уже распределил небольшую часть мероприятий по педагогам, помиловав Василису, но молодой специалист в поблажках такого рода не нуждалась, если есть поддержка всех новых коллег. За час учителя, подбадриваемые новой учительницей, скомпоновали и спрессовали вместе все, что только возможно.
– Отчеты я сама сделаю и по инстанциям разошлю, у меня свежие институтские шаблоны сохранились. У меня методист был – ого-го! – заслуженный учитель Российской Федерации! Ведь в нынешнее время в навязанном школе «внешнем взаимодействии» важно что? Первое – подтверждение факта проведения требуемого мероприятия с рядом красивых фотографий и видеороликом, второе – отчет, то бишь стандартный шаблон с теми же фотографиями. Меня учили не смешивать настоящую воспитательную работу с акциями такого рода, иначе никакой креативности, времени и нервов не хватит.
– Отстали мы от жизни, господа мои хорошие, – вздыхала Дарья Моревна, наблюдая, как смело молодой специалист урезает и корректирует их предложения по выполнению несвоевременных и частенько доходящих до абсурда требований различных ведомств. – Пожалуй, я впервые соглашусь с Анисием Аркадьевичем в том, что вливание свежей крови нашему коллективу точно не повредит.