Драконий чих, или Отскребайте мага! (СИ)

— Прости, — прошептал Ион, покаянно опустив голову. Мы спрятались в тени лестницы. И со стороны лестницы нас не было видно. — Я так рад, что ты жива…
 Меня резко прижали к себе. Я даже пикнуть не успела.
— Это … это я виноват, — прошептал Ион, глядя мне в глаза. — Помнишь, ты мне сказала. Недавно. Что-то вроде: «На что мы будем жить, когда закончим Академию?».
Я уже не помнила этого разговора. Потому что не предала ему значения.
— Ты тогда еще усмехнулась, что ректору придется брать еще одну Академию. И быть ректором по совместительству. Чтобы у нас был дом… А я тогда сказал, что мы очень богатая семья. И денег хватит. «Папиных!», — усмехнулась ты. И посмотрела на меня, словно… словно… я ничего в твоих глазах не стою! — Ион покачал головой.
Он сдул прядь волос с бледного лица. И опустил глаза.
— Если бы ты знала, как мне было больно это слышать, — вздохнул Ион. И сжал руки в новеньких перчатках на коленях. — И тогда…
 На меня в упор смотрели красивые глаза некроманта.
— … тогда я стал искать способ. Чтобы не зависеть от отца… — негромко произнес Ион. Прядь снова упала ему на лицо. Он заправил ее рукой, а потом собрал волосы в хвост заклинанием.
— Я знал, что мне нужны деньги, — глухо произнес Ион. — Много денег. И будучи студентом, их никак не заработаешь… Но я кое-что пронюхал. И вышел на черный рынок. Мне пообещали кучу денег за то, что я принесу дракона. Живого. Маленького. Он нужен был для какого-то черного ритуала. И дали примерную ориентировку.
— Ты сказал об этом Инквизитору? — ужаснулась я. Мой малыш нужен для черного ритуала. Ион нес его в Академию. А теперь его отец пытается убить меня!
— Нет, мне не давали зелье правды. Отец следил за этим. Он внес изменения в мою личную карточку, вписав, что у меня смертельная аллергия, — выдохнул Ион, с мольбой глядя на меня.
— То есть, ты нашел маленького дракона… — едва слышно прошептала я, все еще не веря своим ушам.
— Я нашел мать и ребенка. Я нашел у отца артефакт, которым убивали драконов. Его можно было использовать раз в сто лет. Поэтому дракона, напавшего на Академию, не уничтожили. Артефакт был разряжен. Но тогда он действительно сработал. И мать умерла, — сжал кулаки Ион.
Он смотрел на меня с такой надеждой, что я все пойму и прощу, что мне стало больно.
— Ты ее…. Того? — сощурилась я, гладя сумку. — Настоящую мать.
— Ради нас. Ради тебя. Если честно, я перепугался не на шутку. А новорожденный дракончик… превратился в яйцо. От испуга. Я подумал, что так даже лучше. Проще принести в Академию и передать заказчику. Но телепорт, который я ставил неподалеку от пещеры, дал сбой. И меня выбросило в лесу гоблинов, — голос Иона стал совсем тихим. — Вот так всегда. Вроде бы все просчитал, но нет! Где-то по любому лажа!
— Ты … маму Фуфлыжника, — как заведенная шептала я. Зубы стучали. А малыш в сумке ворочался. Я просунула руку в сумку, нежно гладя шершавую чешую. Я нарочно не говорила слово: «убил!». Не хочу, чтобы малыш расстраивался.
— Мама, — потерлись об меня «бодучие» рожки, а кусучие зубки прикусили мой пальчик. — Мама…
— Гоблинов было слишком много. И мне пришлось бежать. Короче, я потерял сумку, — прошептал Ион. — Прикинь, убить дракона. И посеять сумку в лесу.
— П-п-прикидываю, — едва слышно ответила я.
— Отец был вне себя от ярости, когда узнал… Про рынок он не знал, про заказчика и ритуал не знал. Отец подарил мне сережку через неделю после договора, — Ион убрал прядь волос с уха. — Как чувствовал! Зато узнал про дракона!
Я смотрела на дырку от серьги.
— Тогда был страшный скандал. Отец метался по комнате: «Ты себе всю жизнь перечеркнул! Ты хоть понимаешь, что будет, если кто-то узнает!». И тогда он бросился к журналу практик. И объявил неделю практикумов по боевой магии.
 «Дорогие студенты боевых отделений! Все группы боевых направлений, начиная с третьего курса, отправляются навстречу реальным испытаниям! В боевой обстановке!», — вспомнила я объявление ректора.
— Молись, чтобы яйцо нашли и уничтожили! Вместе с твоей сумкой! Я же тебя знаю! Где-то прокололся! Ты понимаешь, что будет, когда кто-то об этом узнает! Тебя посадят! За соучастие в черном ритуале! — передразнил Ион отца. — За нелегальную сделку! За попытку пронести дракона в Академию! Сядешь пожизненно! Сгниешь в магической тюрьме!
 
Я не знала, что сказать. Я могла предположить все что угодно, но не это.
— Он предупредил преподавателя по боевой магии, что сумку и яйцо нужно уничтожить. Студентам в инструкциях было четко сказано, что при нахождении чего-то подозрительного, сообщить преподавателю. Поэтому препод по боевой ушел на больничный, как только прибыл Инквизитор.
Ион сглотнул.
— Прошла неделя. Но сумку так и не нашли. А потом… потом дракон, — вздохнул Ион.
— И что теперь? — прошептала я.
— Теперь попробуем выбраться из Академии. Но для начала нужно уничтожить всю информацию о нас! — послышался голос Иона. — Иначе нас найдут по нашей крови. Помнишь, при поступлении мы сдавали каплю крови? Вот, вся эта кровь находится в хранилище. На случай пропажи студента.
— Так они уже там! — ужаснулась я, чувствуя, что меня уже обнаружили. Холодок пробежал по спине, словно из темноты на меня кто-то посмотрел.
— Вряд ли, — выдохнул Ион. — Это — крайняя мера! Они попытаются своими силами. Скорее всего, перекроют выходы…
Ион высунулся и осмотрелся.
— Пошли, я знаю, где это. Я видел, как отец однажды открывал дверь в хранилище. По памяти я попробую подобрать символы, — меня потянули за руку.
Я выдохнула. Не знаю, верить или нет, но про кровь я слышала. И не один раз! И про то, что кровь удерживает нас на территории Академии. А на практикумы нас как бы временно отвязывают. Но при этом следят за нашим местонахождением.
Мы мчались по коридорам. Я чувствовала свою руку в чужой руке. Видела, как развевается белобрысый хвост Иона и его дорогой плащ.
— Сюда, — меня затянули за поворот. «Вот, сейчас предаст! Зачем я иду с ним?», — бились друг об друга в голове мысли. Но у меня не было выбора. Я не смогу покинуть пределы Академии, пока мне не позволят!
— Почти пришли, — на бегу предупредил Ион. Я ожидала увидеть засаду, но ее не было.
— Так, — прошептал Ион, ощупывая старинную дверь. Нам говорили, что это очередной хранилище всякого старья, представляющего историческую ценность.
— Погоди, — сглотнул Ион. Он положил руки на символы. И те стали шевелиться. Некоторые засветились.
Я нервно обернулась. Никого.
— Так, как он тогда делал? Сейчас вспомню! — выдыхал Ион, вертя символы. — Ага! Первые три вспомнил!
Я снова нервно обернулась. Никого. Мы одни. 
— Четвертый, — вслух рассуждал Ион, растирая лицо перчаткой. — Пятый! Так, а потом он вел руку сюда… Значит, шестой символ где-то здесь. Среди этих… Попробуем вот этот. Нет! Значит, вон тот!
Мне чудилась погоня. Казалось, что в конце коридора из-за поворота вынырнут черные капюшоны.
— Готово, — шептал гордый Ион, открывая дверь.
Это и правда, было хранилище, доверху уставленное пузырьками. Стеллажи были разделены по курсам, факультетам. В каждой ячейке было написано имя, фамилия, курс и возраст. И стояло маленький флакон.
— Я тогда не поверил отцу, — послышался голо Иона, когда я искала среди сотен имен свое. — Он сказал, что ты … Ты и Инквизитор… Ну ты поняла…
— Что? — обернулась я, — Ах, ты про это… Ну, рассказывай!
— Нет, серьезно! Не в обиду будет сказано, но… Кто он, а кто ты! Это тоже самое, что Министр приехал и влюбился в прыщавую первокурсницу! — продолжал Ион.
 
И как-то натужно рассмеялся.
— То есть, я — прыщавая первокурсница? — прищурилась я, найдя выпускников. Так, я где-то здесь!
— Да нет! Ты очень красивая… Короче. Он весь из себя такой важный, богатый и влиятельный, а ты… Ну ты пока никто… И все такое… К тому же он старый! Ты бы никогда на такого не согласилась! Я так и сказал отцу!