Драконий чих, или Отскребайте мага! (СИ)
— Я лично несу ответственность за каждого студента! У меня, между прочим, процент смертности в Академии самый маленький из всех! По статистике министерства и в рейтинге Магических Академий, наша Академия Магии занимает почетное шестое место! Исключительно благодаря железной дисциплине и низким показателям несчастных случаев, — начал ректор.
— Из семи возможных, — уточнил Инквизитор. — Короче!
— … и каждый год двери Академии открываются для новых абитуриентов. Которые с радостью поступают в … нас. Они входят и выходят из нас… А потом снова входят… И это… — сбился ректор.
— Я вас услышал, — ответил знакомый голос. — На девочку покушались уже четыре раза. Первый раз с ифритом. Кто-то стер печать. Я расценил это как случайность. Или хулиганство. Но на заметку взял.
— Не может быть! — возмутился ректор. — Нужно немедленно разобраться! Я сейчас же соберу Академию, и мы будем выяснять!
— Второй раз в столовой. Она, правда, не пришла. И я обратил внимание на ее порцию. Так вот, еда была отравлена. Причем, яд не должен был оставить следов. Третий и четвертый раз в раздевалке. Ее зелье восстановления было подменено. Поэтому я и отстранил преподавателя. В его должностные обязанности входит проверка всех зелий, — донесся до меня голос.
— Да это возмутительно! — слышался голос ректора. — Я не допущу, чтобы кто-то отравил мою будущую невестку! Кстати, я вам говорил, что мой сын твердо решил жениться на ней? И скоро сделает ей предложение? Он уже кольцо купил. Точнее, купил я, а он выбрал.
В этот момент я дернулась, словно ошпаренная. Что? Замуж? Это же… Я не согласна!
— Факт остается фактом. Ее жизнь в опасности. А я не могу допустить, чтобы жизнь ценного свидетеля оказалась под угрозой. Тем более, что она лично сказала мне про то, что знает, у кого находится дракон. И мало того, — Инквизитор взял паузу. — Слышала, кто заказал его. Но пока что она боится за свою жизнь. И отказывается говорить.
— Да не может такого быть! В Академии железная дисциплина! — кричал ректор. — Никто из студентов не пойдет на такое!
— А кто вам сказал, что это был студент? — спросил насмешливый голос. — Вряд ли студент, с вашим уровнем образования, способен был бы на такое.
— Значит… значит это … преподаватель, — ужаснулся ректор. — Но… У меня все кадры «перетрахнутые»! Я… срать не лягу, пока не убедюсь… ой, убежусь… Вы меня запутали! Не буду уверен, что все в порядке! Я немедленно собираю весь педсостав! И мы начинаем разбирательство! Не хватало мне еще покушений на студентку!
Кресло прошуршало по полу.
— Благодарю вас, ваше Сиятельство, за неоценимую помощь Академии. Не хватало нам тут драконов! И откуда же он взялся? Ума не приложу! У нас после нападения, между прочим, сорок учеников перевелось в другую Академию! На которую драконы не нападали! — жаловался ректор. — И трое в процессе! Оформляем документы! Наша репутация и так безнадежно испорчена. А тут еще и покушение!
Я слышала, как грозно шуршит его мантия и как звенят ректорские регалии.
— На носу аккредитация всей Академии! А у нас студенты бегут! — жаловался ректор. — И я настоятельно прошу вас снять ограничение на выход из Академии. Отчисленные по собственному желанию студенты не могут покинуть ее! Хотя, уже не числятся!
— Я подумаю. Возможно сниму ее. Надобности в ней больше нет, — послышался ответ.
Дверь скрипнула. И отчетливо закрылась.
Я осторожно спустила ноги на пол. Меня еще качало. Но сон пошел на пользу. Он притупил все переживания. И сделал их подобием удивительного сна.
Меня даже разули. И туфли поставили рядом. Сквозь дырку в носке светился палец.
Сколько же я проспала? Как там мой малыш? Где здесь хоть одни часы?
В зеркале отражалось мятое чудовище в разгар сессии. Волосы всклокочены, все мятое и неизвестно где мой пиджак!
Я вышла из комнаты, одергивая юбку. Пойду, обеспечу себе уголовный срок!
— Вы меня использовали! — бросилась я на Инквизитора едва ли не с кулаками. — Ловить преступника на меня! Как на живца! Дескать, я знаю что-то важное! И ждать, когда настоящий преступник себя проявит! И попытается меня убить! Да кто вам такое позволил! Кто разрешил? Могли бы мне сразу сказать! Предупредить!
— Итого, — улыбнулся Инквизитор, ловя меня. — Неделя. Неделя понадобилась тебе, чтобы догадаться. После этого ты все еще хочешь работать в Инквизиции?
Я чувствовала, как ярость выливается слезами! Еще бы! Я столько пережила, столько перенервничала, а тут оказывается… И мне плевать на руки, которые лежат на моих плечах, пытаясь успокоить.
— Да ни за что! — дрогнул мой голос. — Да ни за какие пряники! С вами работать? Да никогда! Раньше меня дракон сожрет, чем я соглашусь видеть вас каждый день!
Эта невозмутимость, эта улыбка с ямочкой на щеке, это движение бровей — все это казалось мне предательским. Та снисходительность, которая сквозила во взгляде, казалась мне высшей мерой бессердечия!
— Ну все? Выговорилась? — в голосе послышалась улыбка. — А как же любовь?
— Любовь? — ужаснулась я. Сердце сладко екнуло, вспоминая прикосновение губ и сладкое дыхание. — Вы ее недостойны!
— Неужели? — усмехнулся Инквизитор. Его глаза сощурились.
— Кстати, я уже на сколько уголовных дел наговорила? Ничего, сейчас еще добавлю! Это тоже самое, что подарить любовь… — я скрипела зубами, вспоминая что-нибудь отвратительное и бессердечное. На ум шел тот проклятый дракон, с которого все началось. О, как же я его ненавидела!
— Тому дракону, который напал на Академию! — выпалила я, прищурившись в чужие глаза.
От нахлынувших чувств я прокашлялась.
— Можно любить его сколько влезет! А в него влезет много! И ты, и другие студенты! Ему плевать на то, что напугал нас до полусмерти! Даже если бы всей Академией дружно полюбили его, ему было бы плевать! — сжала я кулаки.
Повисла тишина. Я пыталась собрать мысли в кучку.
— Знаете, — сглотнула я. — Если вы любили бы меня… Если бы я вам хоть чуть-чуть нравилась, то вы бы мной не рисковали!
Эти слова прозвучали, словно гром среди ясного неба. И только потом они показались такими правильными.
— Простите, — бросила я, снимая его руку со своего плеча. — Я не хочу играть в ваши игры! Играйте в них с кем хотите! Забудьте все, что я вам сказала.
— Я вот думаю, когда ты догадаешься… — заметил Инквизитор с улыбкой. Он пристально смотрел на меня.
— О чем?!! О том, что вы — бессердечный? Спасибо, уже догадалась, — выпалила я, идя в спальню. Где-то здесь лежал мой пиджак. А, вот и он!
Я взяла его со спинки стула и просунула в него руку. Дверь резко отворилась. Причем, без стука. Аккурат в тот момент, когда я выходила из чужой спальни, одеваясь на ходу.
— Вы просили занести вам все личные дела преподавате… , — у ректора с носа съехали очки. Он выронил какие-то бумаги из рук. И они рассыпались по полу.
Я обернулась назад, глядя на чужую разобранную кровать и сброшенную на пол подушку, посмотрела на себя в зеркало и поняла. Кажется, я сегодня меня бросил парень. Он пока еще не знает, но скоро узнает.
Абсолютно спокойно и решительно я отодвинула ректора и вышла в звенящий голосами коридор. С каждым шагом меня отпускало.
Я чувствовала, что наговорила лишнего. Если бы не случайно подслушанный разговор, то я бы ни за что не догадалась, что меня пытаются убить! И все благодаря ему… Хотя, он и не обязан!
Чтобы успокоиться, я встала возле одинокого окна. Позади меня сновали студенты и преподаватели. Судя по расписанию — последний урок.
Вцепившись руками в подоконник, я смотрела на голубое весеннее небо.
— Ну что ты, моя бессердечная фея? — послышался голос.
Окно растворилось, а я, словно, стояла в пустоте. Чьи-то руки обняли меня.
— Ты все специально подстроил, — выдохнула я едва слышно. — И встречу с ректором… Ты знал, что он зайдет через…
— Разумеется, — послышался голос. А я ощутила поцелуй там, где волосы переходят в шею. — Я же сказал тебе, что я — страшный человек. Я же предупреждал мою маленькую фею…