Эксперимент (СИ)

– Буду.
Залпом выпиваю, кажется, полбанки. Кайф. Еще бы стереть последние сутки из своей жизни.
– Кстати, для человека, в сложившейся ситуации, ты держишься вполне неплохо. Может, из тебя и вправду выйдет неплохая актриса, – блинский блин, он обо мне все знает.
– Я вспомнила почти все. И ни в одном из воспоминаний не было и намека на то, что я могла о себе сказать правду.
– Еще бы ты говорила. О своей легенде ты не забывала никогда.
‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍– И как давно ты знаешь, что я не Ксения?
– Да почти сразу. Через пару дней после первого сеанса был уже в курсе, – офигеть! – Но, – приподнимает вверх указательный палец. – Если бы я не захотел узнать замужем ли ты в реале, я бы и дальше думал, что ты психологичка. Тетку с жопным полотенцем ты разложила прям как профи. Да и, справедливости ради, – насмешливо бросает Архангельский, повторяя мою некогда не единожды произнесенную фразу. – Со мной ты тоже держалась неплохо.
– Это было все случайно. Моя начальница заболела и сказала представиться ею. А я зачем-то согласилась.
– Я примерно так и думал.
Так хочется спросить, что теперь будет дальше, но не решаюсь. Молча утыкаюсь в тарелку и налетаю на еду. Картошка, равно как и рассол с огурцами, придали мне какую-то силу. Правда, только до тех пор, пока мы не закончили трапезу. Как-то все моментально поменялось, когда Архангельский сел рядом со мной и демонстративно крутанул стул в свою сторону. Вроде бы ничего не говорит, а сердце начинает отбивать чечетку.
Он находится так близко, что я в буквальном смысле ощущаю его дыхание на своей коже. И снова запах его парфюма. Куда было бы проще, окажись он мне не по вкусу.
Его взгляд останавливается на моих губах. Ненормальный! Он всерьез думает, что я буду с ним целоваться? Когда я понимаю, что он действительно намерен это сделать и наклоняется к моим губам, я резко отворачиваюсь в сторону. В итоге он коснулся губами моей щеки. К счастью, не зол и даже улыбается.
– Осознаешь, насколько ты мне задолжала, Наталь Санна? – его рука ложится на мою коленку. Благо его прикосновения я не ощущаю под толщей халата. Отбивать ему руку не спешу. Невежливо это. Он мне все-таки тазик поставил. Да и за томатные фонтаны не убил. – Будешь расплачиваться во всех позах, – и тут до меня доходит.
– В смысле задолжала?
– В прямом. Порча имущества тянет на приличную сумму. Кстати, не переживай, следы твоих маленьких преступлений уже убрали. Но ты по всем фронтам моя должница.
– Трех окладов, которые ты выбил для меня у Ксении, конечно же, не хватит? – выдаю я, не скрывая сарказма в голосе.
– Однозначно. Как минимум, пять. Смотри какое у нас полное взаимопонимание, – не скрывая улыбки, выдает Архангельский.
– А если бы я не попала к тебе в дом и не разукрасила ванную, чем бы ты крыл?
– Ну, во-первых, ко мне в дом ты бы все равно попала. Это вопрос времени. Во-вторых, ты, как умная девочка, не можешь не понимать, что с такими людьми как я, выверты с псевдопсихологом не могут пройти без последствий. Ну и почему мне, как умному предпенсионеру, этим не воспользоваться? – когда до меня доходит смысл его слов, меня начинает потряхивать от злости.
– То есть, это что все из-за предпенсионера?! Серьезно? Я тебя так задела этим? А знаешь что, я даже извиняться не буду. Сам лез на рожон. И да, не на ту напал. Если ты думаешь, что я буду с тобой трахаться за порчу имущества, ошибаешься. Я тебе не шлюха. И верну пять окладов, а шестой сверху накину, чтобы уж наверняка. Мне тютелька в тютельку, но хватит. А за психолога ты мне ничего не сделаешь. Я тебе не бедная сиротка, у меня есть брат с очень даже хорошими связями. Так что выкусь-накусь, предпенсионер, – скидываю его ладонь со своей коленки и спрыгиваю с барного стула.
Фактически вылетаю из кухни, слыша позади смех Архангельского. Самое противное, что он еще и идет за мной. Останавливаюсь в гостиной и понимаю, что мне некуда идти без одежды. Куда я попрусь в халате?
– Вот одна из причин, почему нельзя связываться с малолетками. У вас эмоции берут верх над разумом, – нехотя, но все же поворачиваюсь к нему.
 
– Верни мою одежду, иначе…, – черт! А что иначе?
– Даже если бы я захотел тебе ее вернуть – не смог. Я ее выбросил. У меня для тебя куплен новый комплект. Ты как раз сейчас наденешь то, что купил тебе я, предварительно продемонстрировав мне себя в нижнем белье. Затем обсудим твою работу по дому, – хотела бы сказать, что я не верю в то, что он выбросил всю мою одежу, только проблема в том, что он точно не шутит.
Я сколько угодно могу бросаться на него словами, да хоть матами закидать, но это не решит моих проблем. Скорее только подначиваю его на ответные действия.
В реале я не знаю на что способен этот мужик. Улыбка, смех, привлекательная внешность не гарантия того, что он только на словах может меня пугать. Когда он сделал шаг по направлению ко мне, а затем еще один, поняла, что реально его боюсь. Инстинктивно выставляю руку вперед, одновременно пятясь назад.
– Только тронь ме…
Договорить я не успела. Позади меня что-то упало с диким грохотом. Поворачиваюсь к источнику шума. На полу лежит не совсем целая… фигура хрен пойми чего.
– Что это?
– СтатУя. Уже без хУя. А если в переводе на понятный тебе язык – теперь ты реально попала, Наталь Санна. Примерно на полтора ляма, – с удовольствием произносит Архангельский, громко расхохотавшись.
 Глава 12 
Вот он самый настоящий кайф – видеть на ее лице коктейль из злости, растерянности, беспомощности, а теперь еще и страха. Однозначно испугалась. Хотя, как раз последнее мне от нее и не надо.
– А я смотрю, ты не слишком расстроен потерей сей драгоценности.
– Я тебе больше скажу – даже рад, – вполне серьезно произношу я, делая шаг к Наташе. – Выбрасывать это уродство, подаренное китайскими партнерами, было как-то жалко. Полтора ляма как-никак. А так прям на счастье.
– Я тебе не верю. Такую фигню я куплю максимум за полтора косаря в переходе метро.
– Неа, там будет подделка. А это из какой-то династии вынь хунь нань. Ну или просто из какой-нибудь хунь.
– Ни хуня.
Казаться серьезным злым шантажистом становится все сложнее. Особенно, когда из меня вырывается неконтролируемый хохот.
– Ладно, я поняла. Извини меня. Я не считаю тебя старым и назвала тебя тогда в машине предпенсионером только для того, чтобы ты от меня отстал. И сейчас за… выкусь накусь тоже извини. Я была не права.
– Так, для информации, мне не нужны твои извинения. Вне зависимости от произнесенных тобой слов, ты бы здесь оказалась. Кстати, я не поверил. Сейчас ты плохо сыграла, на троечку, примерно. Стоило оно того? – молчит, уткнувшись взглядом в пол. И так сильно сжимает полы халата, что невольно начинаю раздражаться. Она всерьез думает, что я начну ее насиловать? – Напускная вежливость от тебя мне тоже не нужна. Можешь посылать вслух куда хотела. Можно в жопу. Или даже в династию хунь. Куда шлешь?
– В оба места, – наконец выдает она, подняв на меня взгляд.
– Что и требовалось доказать. Свое истинное лицо никуда не спрятать. Иди присядь на диван. И, желательно, расслабься. Бить и насиловать я тебя не буду. Не бойся. И вообще, в целом, я положительный герой.
– Положительный? Герой? Ты, блин, серьезно?
– Я бы даже сказал, героище. Был бы я отъявленным гадом, я бы точно не толкал тебя всю ночь на бок.
– Толкал?
– Ну переворачивал, чтобы ты своими фонтанами не захлебнулась. Другой бы тебя бросил или сам бы дрых, а я все время был на чеку.
– Ты делал это не из-за геройства. А для того, чтобы в твоем доме не было трупа. Ну и бездыханное тело, конечно, трахать не в кайф, – вот тебе и блондинка.
– И это безусловно тоже, – усмехнувшись, произношу я, приобняв Наташу за плечо. На удивление, руку мою не скинула.
– Я расслаблюсь только тогда, когда на мне будет одежда. Или хотя бы трусы.