Сияние огненного опала

Джонатан понял, что пора ему вмешаться. Он вскочил, подошел к палатке Андро и снял сковородку с огня. Мясо почти обуглилось, но больше не было ничего, что он мог дать голодному ребенку. Джонатан попытался спасти остатки мяса – полил его кипятком, срезал горелую корку. Потом оттащил храпевшего Андро подальше от огня, что оказалось нелегким делом – отец Марли весил вдвое больше, чем другие старатели. Хорват сердито бормотал что-то, но тут же опять заснул.
Джонатан заглянул в палатку.
– Марли, – ласково позвал он. – Марли, иди сюда. Тебе надо покушать.
Девочка неподвижно сидела на своем матрасе, поджав ноги. В руке она держала маленького бурого медведя, которого ей сшила мать. По ее щекам текли слезы. Джонатан пошел к себе и отрезал два ломтя хлеба, который купил утром. Вернувшись к Андро, он положил кусок мяса на хлеб и сел у входа в палатку.
– Гляди, Марли, я сделал для тебя сэндвич. Ведь ты наверняка голодна. Я знаю, что не хочется есть, когда у тебя горе, но чуточку поесть все-таки надо.
Марли утерла слезы и посмотрела на Джонатана своими огромными глазами.
– Все будет хорошо, – пообещал он девочке.
Она нерешительно протянула руку к сэндвичу. Но тут же опустила голову, и по ее щекам, покрытым нежным пушком, опять потекли слезы. У Джонатана разрывалось сердце при виде ее страданий.
– Моя мамочка больше никогда не вернется, да? – всхлипнув, спросила Марли.
– Нет, – ответил Джонатан. – Но она глядит на тебя с неба, – сказав это, он почувствовал себя обманщиком. Ведь кто знает, что ждет человека после смерти?
Марли склонила набок голову и посмотрела на него.
– С неба? Как это? – с любопытством спросила она.
Только теперь Джонатан сообразил, что в культуре аборигенов нет понятия небес, так что, возможно, он сделал ошибку. Неизвестно, верил в бога Андро или нет, но дочери он ничего не рассказывал о небесах. Как же утешить девочку? Джонатану было семь лет, примерно так же, как сейчас Марли, когда умерла от менингита его младшая сестренка. Мать рассказала ему тогда, что Джулия попала на небо к ангелам, и это его успокоило. Вот если бы он мог таким же образом успокоить девочку. Но как объяснить ребенку, что такое небеса?
– Когда мы умираем, наше тело хоронят в земле, но наша душа летит на небо, высоко-высоко. Это чудесное и красивое место, намного красивее, чем можно себе представить. И все там счастливы. У меня живет на небе моя маленькая сестренка. Она умерла много лет назад, но я до сих пор скучаю без нее. Но когда-нибудь я тоже умру, и тогда мы с ней снова будем вместе.
Марли закрыла глаза.
– Я тоже когда-нибудь снова буду вместе с мамочкой?
– Да, наверняка.
Джонатан увидел, что девочка немного успокоилась. Ее утешила мысль о том, что она увидит свою мать на небе.
– А на небе бывает дождик? Мамочка любит дождик.
Ее детская наивность вызвала у Джонатана улыбку.
– Мне кажется, что на небе всегда хорошая погода. Не знаю, бывает ли там дождь, но если бывает, то очень ласковый. Там никогда не бывает слишком жарко или слишком холодно.
– А мамочка не будет искать на небе еду?
– Нет, душам не нужна еда. А еще там никто не болеет и не страдает. Вот ты не можешь больше видеть твою мамочку, но она всегда находится рядом с тобой. Она теперь для тебя как ангел.
– Значит, она никуда не ушла? – спросила Марли, широко раскрыв глаза.
– Нет, не ушла. Она смотрит на тебя, любит тебя, как любила всегда.
– Может, ты скажешь моему папе, что мамочка и сейчас с нами? – попросила Марли и взглянула на отца, который лежал на земле, свернувшись в жалкий, хоть и огромный, комок. – Тогда он, может, не будет так сердиться.
– Пожалуй, мне и в самом деле надо это сделать, – ответил Джонатан, переполненный печалью. – У тебя были очень тяжелые дни, верно? Но все опять наладится. Твой папа очень огорчен и не знает, что ему теперь делать. Но скоро он поймет, как ему жить дальше. Честное слово.
Марли посмотрела на сэндвич и откусила большой кусок. Кажется, ей было вкусно.
– Выпей водички, Марли. На, держи, – сказал Джонатан и протянул ей кружку. – Тебе нужно еще что-нибудь?
 
Девочка покачала головой.
– Ну, если что-то понадобится, крикни. Я тут рядом и буду помогать вам, чем смогу. Договорились? – Пусть Марли знает, что она не одинока, что есть кто-то, кому она может доверять. Больше Джонатану и не нужно.
Она снова кивнула.
– Когда твой отец выспится, ему станет лучше. Не беспокойся за него. – Костер уже догорал, холод скоро разбудит Андро.
Марли дожевала последний кусочек сэндвича, залезла под одеяло и закрыла глаза. Джонатан видел, как она устала, и надеялся, что она проспит всю ночь.
С легким сердцем он тоже пошел спать. Вскоре до его слуха донеслись горловые звуки. Андро рвало. Джонатан понадеялся, что это станет уроком для хорвата, и он будет меньше пить – хотя бы ради своей дочки.
На следующее утро, совсем рано, Джонатана разбудил толчок в бок. Он открыл глаза и увидел перед собой лицо хорвата.
– Пошли со мной! – прорычал богатырь.
Джонатан вскочил и поплелся за ним. Ответить отказом он не решился. Теперь ему придется объяснять, что он делал накануне вечером.
– Садись, – рявкнул Андро и ногой подвинул к Джонатану табурет.
Тот сел у огня, и Андро протянул ему кружку кофе. Аромат был умопомрачительный. После отъезда из Англии Джонатан еще ни разу не пил кофе. Но напряжение у него не прошло – кто знает, что задумал этот непредсказуемый человек?
Тут он обратил внимание, что Андро навел порядок в палатке и возле нее. Тем временем хорват поставил сковородку на огонь и разбил в нее три яйца. Отрезал пару ломтей хлеба. Джонатан видел все это и не знал, что будет дальше. В этот момент из палатки выбралась Марли. Девчушка выглядела лучше, чем накануне, и немного приободрилась, хотя в ее больших глазах все еще светилась грусть.
Андро сел к костру напротив Джонатана, не глядя ему в глаза, и перевернул яичницу. Наконец, он заговорил.
– Вот то, что ты сделал вчера вечером для моей дочки… я умею это ценить, – неловко проговорил он. – Я был слишком пьян и не мог пошевелиться, но слышал все твои слова.
Значит, Андро знал, что сосед приходил к его палатке? У Джонатана тревожно забилось сердце. Что теперь будет? Может, пора бежать?
– В эту ночь Марли в первый раз спала без слез, – добавил Андро и любовно поглядел на дочь.
Джонатан даже растерялся. В день, когда умерла Гедда, он увидел уязвимость сурового хорвата, а теперь обнаружил, что он даже способен на нежные чувства. До его сознания постепенно доходило, что Андро, пожалуй, не такой страшный, как ему казалось, что у него есть человеческие слабости.
– Я охотно буду вам помогать, – нерешительно сказал он. – Я серьезно говорил, что всегда помогу, если вам что-то потребуется.
Андро пристально смотрел на него. Казалось, его озадачила мысль о том, что ему кто-то предлагает свою помощь.
– Я много лет добываю опалы, – заявил он. – Тут не принято помогать друг другу, а если кто-то и помогает, то, значит, ему это выгодно. Когда-то у меня был партнер, мой земляк, которому я доверял. Мы договорились честно делить камни, но потом выяснилось, что он вор. – Андро сказал это с горечью.
Вот почему Андро такой осторожный и никому не доверяет.
– Это тот парень, который иногда приходит сюда и скандалит? – спросил Джонатан.
– Он самый, – сердито ответил Андро. – Боян Ратко. Так что ты хочешь от меня?
– Что я хочу? – Джонатан озадаченно покачал головой. – Ничего.
– И денег не хочешь?
– Разумеется, нет, – возмутился Джонатан.
– Я всегда был грубым с тобой, так с какой стати ты будешь что-то для меня делать, да еще бесплатно?
– Когда я вижу, как кто-то страдает и нуждается в помощи, я стараюсь помочь. Я сделаю это для любого и не возьму за это денег.
– Таких, как ты, я еще не встречал, – сказал Андро. Казалось, он все еще был уверен, что Джонатану что-то от него нужно. – Скажи честно, ты хочешь, чтобы я помог тебе в твоей шахте? – спросил он с такой яростью, что Марли вздрогнула.