Сокровенная правда (ЛП)

Я все время следил за входом, но, может, у них есть запасной выход. Черт. Я выхожу из машины и спешу в салон как раз в тот момент, когда Ангелина выходит из левого коридора, и тревога, которая нарастала, рассеивается.
— Ну и? Что скажешь? — Она встает в позу и приподнимает брови.
Я разглядываю ее. Если не считать ее волос, которые стали немного короче и прямее, она выглядит так же, как и раньше. Даже грязная она была прекрасна, так что не уверен, что она ожидает от меня услышать. Думаю, после трех с половиной часов мучений ей нужно подтверждение хорошо выполненной работы.
— Мне нравится твоя прическа?
Ангелина вздыхает и качает головой.
— Ты безнадежен.
— А что ты хотела услышать? — спрашиваю я, расплачиваясь с администратором салона.
— Ну, может, что я потрясающе выгляжу?
— Ты выглядела потрясающе и до нашего прихода сюда. Что ты делала там почти четыре часа? Смотрела «Нетфликс»?
Она склоняет голову набок и дуется.
— У тебя интересный способ делать комплименты.
— Я просто выразил свое мнение. — Я пожимаю плечами, беру ее за руку и веду к машине. — Нам стоит поторопиться. Модные пижоны не любят, когда люди опаздывают на их мероприятия.
— И в чем цель этого мероприятия?
— Роман подкупает городских чиновников.
— Публично? — Она смотрит на меня.
— Он дает деньги и втихаря, но ему нравится делать пожертвования и публично. Он такой сноб.
— Почему он сам не пошел?
— Наверное, чтобы вернуть мне должок. Он сказал, что у него нет на это времени, но думаю, что он все еще злится на меня за… скажем так, разрыв наших связей с украинцами.
— Что ты сделал?
Я смотрю на нее, размышляя, стоит ли говорить ей правду. Она глядит на меня шоколадными глазами, ожидая моего ответа, и я не могу заставить себя признаться ей. Ангелина не из робкого десятка и должна знать, как ведется бизнес в нашем мире, но не хочу, чтобы она меня боялась.
— Просто расторгнул контракт, — говорю я и открываю перед ней дверь машины.
  
Глава 12
 
Я обвожу взглядом большой зал, любуясь огромными хрустальными люстрами и позолоченным декором на стенах, а затем застенчиво поправляю платье. Я чувствую себя здесь совершенно не в своей тарелке. Повернувшись в сторону, бросаю взгляд на Сергея, который стоит рядом со мной, наблюдая за толпой.
Чаще всего я видела его в джинсах и футболке, но сейчас на нем серая рубашка и сшитый на заказ черный костюм, который сидит на нем как влитой. Он выглядит невероятно красивым.
— Давай просто оставим деньги и уйдем, — бормочет он.
Мы идем к столу, застеленному белой шелковой скатертью с цветочными композициями. Возле него стоят двое мужчин в дорогих костюмах и разговаривают с группой смеющихся женщин в шикарных платьях. Когда мы подходим, я остаюсь в двух шагах позади и наблюдаю за Сергеем, когда он пожимает руки мужчинам. Они обмениваются несколькими словами, затем Сергей достает конверт, в котором, как предполагаю, находится чек, и кладет его на стол перед женщиной, собирающей пожертвования. Мужчина слева от него, невысокий лысый парень в костюме, который немного ему тесноват, улыбается и хлопает Сергея по плечу. Сергей кивает и что-то шепчет мужчине на ухо, и тот улыбается.
— Что ты ему сказал? — спрашиваю я, когда Сергей возвращается.
— Сумму в чеке.
— Судя по его ухмылке, думаю, это был очень хороший чек.
— Один миллион.
У меня округлились глаза.
— Ничего себе.
— Ага. Играть в ладушки с властями, как правило, дорого обходится. — Он кивает в сторону выхода. — Пойдем. От политиков у меня всегда мурашки по коже. Когда мы вернемся домой, то можем взять байк и покататься.
Когда проходим через зал, я замечаю мужчину, разговаривающего с женщиной в углу. Он кажется мне смутно знакомым, но не могу вспомнить, где его видела. Я не должна никого здесь знать. Тут в основном высокопоставленные чиновники, не те люди, с которыми я могла бы когда-либо контактировать. Я тряхнула головой. Может быть, он просто кого-то мне напоминает. Мы уже подходим к двери, когда меня осеняет, и я останавливаюсь на месте.
 
— Черт, — бормочу я.
— Что такое?
— Это был Анджело Скардони в комнате?
— Да. А что?
— Он навещал моего отца за несколько дней до приезда Диего. Это было что-то связанное с бизнесом. Я была в комплексе, и он видел меня мимоходом. Что он здесь делает?
Сергей берет меня за предплечье и поворачивает лицом к себе.
— Он тебя узнал?
— Не думаю. Он с кем-то разговаривал.
Он смотрит на меня несколько секунд, затем достает из кармана ключи от машины и вкладывает их мне в руку.
— Подожди меня в машине.
— Зачем?
— Мне нужно немного поговорить со Скардони.
Судя по убийственному взгляду в его глазах, не думаю, что он планирует просто поговорить.
— Не стоит. Если бы он увидел меня, то наверняка бы что-нибудь сказал.
— Я не буду рисковать.
— Ты собираешься просто поговорить с ним?
— Да.
— Хорошо. — Я киваю и смотрю, как он возвращается в холл, затем выхожу на улицу.
Я сижу в машине и минут двадцать пытаюсь разобраться с телефоном, который Сергей дал мне перед тем, как мы отправились на вечеринку. Он просто вложил его мне в руку и сказал, что запрограммировал свои и Феликса номера. Это меня приятно удивило. Думаю, он больше не считает меня беглянкой.
Я отвечаю на одиннадцатое по счету письмо паникующей Регины, заверяя ее, что со мной все в порядке, когда открывается водительская дверь и внутрь садится Сергей.
— Скардони тебя не заметил, — говорит он и заводит машину.
— Уверен?
— Теперь уверен. — Сергей улыбается.
Когда он сдает задним ходом, я замечаю, как мужская фигура пробирается через служебный выход, держась рукой за грудину, и идет к одной из припаркованных машин. Он берется за дверцу машины, затем смотрит в нашу сторону.
— Господи, Сергей, — огрызаюсь я. — Ты сказал, что собирался просто поговорить с ним.
— Мы и поговорили. Он сказал, что ты выглядишь знакомой. — Он пожимает плечами. — Я убедил его, что он ошибается. Теперь он совершенно уверен, что никогда тебя не видел.
— Ты всегда так поступаешь?
Сергей поворачивает голову и смотрит на меня, проводит пальцем по моей щеке.
— Нет. Если бы он был кем-то другим, я бы просто избавился от него. Единственная причина, по которой он еще дышит, — это то, что он шурин Михаила.
— Тебе не кажется, что это чересчур?
Сергей останавливает машину перед закрытой автомойкой, затем берет меня за шею и наклоняется к моему лицу.
— Я уничтожу любого, кто может представлять хоть малейшую угрозу для тебя, Ангелина. Если бы я хоть на секунду заподозрил, что он узнал тебя, он был бы уже мертв.
— Сергей…
— Никто. Не может. Угрожает. Твоей. Безопасности, — выдохнул он. — Поняла, Ангелина?
Я моргаю, затем киваю.
— Хорошо, — говорит он, сжимает мою шею и приникает своим ртом к моему.
Я вдыхаю. На нем снова тот одеколон, который дурманит мне голову. Хватаясь за его плечи, я забираюсь к нему на колени и прижимаюсь всем телом к выпуклости в его брюках. В тот момент, когда чувствую его твердый член напротив моей уже возбужденной плоти, по моему телу проходит дрожь.
Член у меня настолько твердый, что кажется, будто он сейчас взорвется, а то, что Ангелина трется об него, делает это в сто раз хуже. Я скольжу руками вниз по ее телу, собираю ткань ее платья в обе руки, затем поднимаю его до талии. Взявшись одной рукой за ее шею, я просовываю другую между нами и прижимаю пальцы к ее трусикам, обнаруживая, что они совсем промокли.
— Уже такая чертовски мокрая для меня. — Я сдвигаю ее трусики в сторону и ввожу в нее палец.
— Нас арестуют. — Ангелина ахает, затем стонет, когда ввожу еще один палец. Затем начинает раскачивать бедрами, оседлав мою руку.