Первый закон. Трилогия: Кровь и железо. Прежде чем их повесят. Последний довод королей
Лорд Маровия первым поднялся со скамьи, чтобы поздравить Джезаля.
– Какой многообещающий молодой человек, – сказал он, приветливо улыбаясь. – Однако сможет ли он побить Бремера дан Горста, как вы считаете?
Варуз отечески хлопнул Джезаля по плечу и ответил:
– Я уверен, что он побьет кого угодно, если будет в настроении.
– Хм, а вы видели, как Горст фехтует?
– Нет. Но я слышал, что это весьма впечатляет.
– Вот именно. Он просто демон! – воскликнул верховный судья и приподнял кустистые брови. – С нетерпением предвкушаю их встречу. Вы никогда не подумывали о карьере юриста, капитан Луфар?
Джезаль был застигнут врасплох.
– Ну… Вообще-то нет, ваша милость, – пробормотал он. – Я, собственно… я офицер.
– О, разумеется, вы офицер. Но сражения и тому подобное черт знает как отражаются на нервах. Если вы когда-нибудь решите уйти со службы, думаю, у меня найдется для вас место. Я всегда нахожу применение талантливым людям.
– О, благодарю вас.
– Ну что ж, тогда увидимся на турнире! Удачи, капитан, – бросил он через плечо и неспешно удалился. Он явно считал, что Джезалю очень нужна удача.
Его высочество принц Ладислав был более оптимистичен.
– Ну, Луфар, вы мне угодили! – прокричал он и принялся рубить воздух пальцами, изображая фехтовальные клинки. – Пожалуй, я удвою сумму, которую на вас поставил!
Джезаль почтительно поклонился:
– Ваше высочество, вы слишком добры.
– Вы мой человек! Настоящий солдат! Фехтовальщик должен сражаться за свою страну, не так ли, Варуз? Почему же этот Горст не солдат?
– Если не ошибаюсь, он все-таки солдат, ваше высочество, – мягко возразил лорд-маршал. – Он родственник лорда Брока и служит в его личной страже.
– А‐а. – Принц, казалось, на мгновение смутился, но быстро воспрянул духом. – Ну все равно вы мой человек! – крикнул он Джезалю, снова делая выпады пальцами. Перо на его шляпе раскачивалось взад и вперед. – Вы как раз тот человек, что мне нужен!
Принц подпрыгивающей походкой двинулся к выходу из дворика. Его декоративная кольчуга блестела.
– Очень эффектно, – раздался голос.
Джезаль резко развернулся и сделал неловкий шаг назад. На него насмешливо смотрел Глокта, незаметно подобравшийся сзади. Будучи калекой, он обладал сверхъестественным талантом в этой области.
– Какое счастье для всех нас, что вы все же не бросили это дело! – продолжал он.
– У меня никогда не было такого намерения, – холодно отрезал Джезаль.
Глокта пососал свои десны.
– Ну как скажете, капитан, как скажете.
– Так и скажу!
Джезаль резко отвернулся от него, не желая больше никогда говорить с этим омерзительным человеком, – и обнаружил, что смотрит прямо в лицо Арди. Она стояла совсем рядом, в каком-то футе от него.
– Ах! – выдохнул он, снова отступая назад.
– Джезаль, – произнесла она. – Что-то я давно вас не видела.
– Э‐э…
Он замялся и нервно огляделся по сторонам. Глокта уже ковылял прочь, Вест давно ушел. Варуз увлеченно разговаривал с лордом Ишером и его спутниками, еще остававшимися во дворе. На Джезаля и Арди никто не смотрел. Он должен поговорить с ней. Он должен прямо сказать, что не может больше с ней видеться. Он должен признаться.
– Э‐э… – снова пробормотал он.
– Больше вам нечего мне сказать?
– Э‐э…
Он круто развернулся на каблуках и ушел, сгорая со стыда.
После этих неожиданных переживаний скука сторожевой службы у южных ворот казалась почти благословением. Джезаль уже предвкушал, как будет лениво разглядывать вереницу людей, входящих и выходящих из Агрионта, и слушать пустую болтовню лейтенанта Каспы. Однако его мечтания развеялись, едва он дошел до места.
Каспа вместе с нарядом солдат в латах сгрудились у наружных ворот, где старый мост через ров проходил между двумя массивными сторожевыми башнями, покрытыми белой штукатуркой. Джезаль дошел до конца длинного туннеля и увидел, что кроме солдат и Каспы там был кто-то еще. Щупленький, дерганый человечек в очках. Джезаль кое-как опознал его: некий Морроу, один из свиты лорд-камергера. У него не было никаких причин находиться здесь.
– Капитан Луфар, вот счастливое совпадение!
Джезаль вздрогнул. Это был тот безумец Сульфур – сидел на земле, скрестив ноги и прислонившись спиной к глухой стене сторожевой башни.
– Какого черта он здесь делает? – рявкнул Джезаль.
Каспа открыл рот, чтобы ответить, но Сульфур опередил его:
– Не обращайте на меня внимания, капитан. Я просто жду своего господина.
– Господина? – Страшно подумать, каким нужно быть идиотом, чтобы взять на службу этого идиота.
– Вот именно! Он должен явиться очень скоро. – Сульфур сощурился и поглядел на солнце. – Говоря по правде, он уже слегка запаздывает.
– Неужели?
– Да. – Сумасшедший снова расплылся в дружелюбной улыбке. – Но он прибудет, Джезаль, можешь не сомневаться.
Джезаль решил, что такая фамильярность переходит все границы. Он едва знал Сульфура, и этот человек ему не нравился. Джезаль открыл рот, чтобы высказать это вслух, но безумец внезапно вскочил на ноги, отряхнулся и схватил свою прислоненную к стене палку.
– Вот они! – воскликнул он, кивая на ту сторону рва.
Джезаль проследил за взглядом безумца.
Через мост целеустремленно шагал величавый лысый старик. За его плечами развевалась по ветру великолепная мантия – переливчатая, красная с серебром. За ним по пятам следовал болезненного вида юноша. Слегка склонив голову, словно испытывая благоговейный трепет перед стариком, юноша нес перед собой на вытянутых руках длинный посох. Третьим шел свирепый великан в тяжелом меховом плаще, на добрую половину головы выше обоих спутников.
– Какого черта… – начал Джезаль и осекся.
Кажется, он где-то видел этого старика. Лорд из открытого совета? Или иностранный посол? Несомненно, выглядел старик весьма внушительно. Пока депутация приближалась, Джезаль рылся в памяти, пытаясь понять, кто же это.
Дойдя до сторожевой башни, старик остановился и обвел Джезаля, Морроу, Каспу и стражников повелительным взглядом сверкающих зеленых глаз.
– Йору, – проговорил он.
Сульфур сделал шаг вперед и низко поклонился.
– Мастер Байяз, – пробормотал он, и в голосе его звучало глубочайшее почтение.
Ну конечно! Вот почему Джезалю почудилось, что он знает старика: тот имел определенное сходство со статуей Байяза из аллеи Королей. Той самой статуей, мимо которой Джезаль столько раз пробегал. Может быть, гость оказался немного полнее, но выражение его лица – суровое, мудрое, спокойное и властное – было тем же самым. Джезаль нахмурился. Значит, старика называют Байязом? Капитану это не понравилось. Ему не понравился и вид тощего юнца с посохом. А еще меньше – третий чужеземец.
Вест часто говорил Джезалю, что северяне, которых можно встретить в Адуе (как правило, грязные оборванцы, шныряющие возле порта или валяющиеся пьяными в канавах), ни в коей мере не являются образцом своего народа. Северяне с далекого Севера, где они живут на свободе, сражаются, враждуют, пируют и делают все прочее, им присущее, принадлежат к совершенно иному типу. Джезаль представлял их высокими, свирепыми и красивыми людьми, имеющими в своем облике нечто романтическое. Сильные, но изящные. Дикие, но благородные. Жестокие, но искусные. Люди, чьи глаза всегда устремлены вдаль.
Этот третий выглядел совсем по-другому.
Никогда в жизни Джезаль не встречал человека столь зверского вида. Даже Фенрис Ужасающий по сравнению с ним казался относительно цивилизованным. Лицо северянина, словно исхлестанную кнутом спину, крест-накрест покрывали рваные шрамы; сломанный нос смотрел немного в сторону; одно ухо было искалечено; один глаз, под которым проходил полумесяц шрама, располагался чуть выше второго. Словом, физиономия великана была помятой, изломанной, кособокой, как у профессионального кулачного бойца, выдержавшего слишком много схваток. Выражение лица тоже рождало подозрения, что северянин повредил голову в бою. Он глазел на сторожевую башню, разинув рот и наморщив лоб, и озирался вокруг с каким-то звериным любопытством.