Тайная беременность. Девочка Громова (СИ)

Взгляд скользит по телу, останавливаясь там, внизу, между ног.
– Игры кончились, соплячка. Пора переставать быть ребёнком. И раз ты сама не можешь повзрослеть, я тебе помогу.
Его слова тонут в моём расплавленном мозгу. Не верю в то, что слышу.
Но Громов реально настроен серьёзно. Раз подаётся вперёд, врезается в мои губы поцелуем. И отпускает мои запястья. Для одного. Чтобы освободить свои руки. И накрыть одной ладонью треугольник между моих ног…
  
Глава 35
 
Заебала уже. Конкретно. Сил моих нет.
Я думал, что повидал в жизни всё. Но нет. Одна несносная девчонка перевернула взгляды, показала то, о чём я даже и подумать не мог. Открыла мне глаза. И позволила увидеть себя.
Сука, что ей дома не сиделось? Почему пошла в тот бассейн? Я тысячу раз пожалел о том, что сразу же не прогнал её домой. Оставил. Подумал: «Пусть повеселится». Ага, повеселилась.
Возбудила меня, ещё и разозлила.
Я из-за неё друга ударил. Ладно, хрен с ним, помиримся, а у него заживёт.
Но Ярослава…
Снова вижу её в том блядском купальнике. Эти трусы, врезающиеся в её пятую точку. И в голове мутнеет. Перед глазами только одно. Она. Её тело.
Ладонь, скользящая по изгибам.
И держаться больше не могу. Молодая, соблазнительная. Ещё никем не тронутая. Лучше бы я думал, что она проститутка. И в ней побывала сотня мужчин. Эта мысль удерживала меня, а теперь… Ни хрена.
Одного её вида в халате мне хватило, чтобы зажечься снова после холодного душа, которым пытался успокоить себя.
Понял одно. Пока не получу – не успокоюсь.
Я всё пугал её, проучивал. А теперь не могу.
Довела. До чертиков в голове, до проснувшихся бесов внутри.
Так и говорят мне: «Возьми её, возьми».
А ещё одни кричат, как же она похожа на Лиду…
Сделай она правильный выбор, я бы сейчас не пытался сдержаться, чтобы накинуться на дьяволицу с тёмными волосами. И поганым характером.
Хватит. Был добрым. Пора приструнить.
А ещё получить то, чего я так хочу. Разрядки.
Врезаюсь в её губы, несмотря на испуганный взгляд.
Меня ничего не держит. Ни глаза, полные страха, но в то же время интереса. Ни дрожащее от моих касаний тело. Ни эти ладони на плечах, толкающие меня.
Пытается оттолкнуть. А я глубже проникаю в её рот. Дотрагиваюсь пальцами до впадины между её ног. Делаю механические движения, чтобы разогреть её, возбудить.
Показать ей, что я терплю каждый день.
За-е-ба-ла.
Конец выдержки.
Не вижу я в ней подопечную.
Не вижу в ней дочь первой любви и лучшего друга.
Плевать, кто она. Лишь объект моего вожделения.
И пока своё не возьму – не успокоюсь.
Завожусь сильнее, когда её колени обхватывают меня, сжимаясь. Не нравится, что я её там трогаю. Стесняется, бесится.
И я отрываюсь от её манящих пухлых губ. Совсем немного. Заглядываю в медового цвета глаза, искрящиеся злостью. И похотью. Где-то там. Вдалеке. Но я её вижу. Отчётливо и хорошо.
– Громов, ты…
– Давай я кое-что напомню тебе, куколка, – чеканю в губы, перебивая её. – Строишь из себя недотрогу. А сама недавно просила меня тебя трахнуть. Не помнишь? Я напомню.
Этого не нужно.
Она сглатывает, тяжело дыша. Грудь вздымается рвано, быстро.
– В отличие от тебя, я была под препаратами, животное!
– Животное, – не отрицаю. Оправдать это не могу. С самой первой встречей сучку эту хочу. – А ты – лживая девчонка. Ты же хочешь.
Молчит.
Опять сглатывает, не мигая.
Хочет.
– Если сделаешь это… – кидает угрозу. Но на неё совсем не похоже. Скорее уговаривает себя. – Я…
– Что? – спрашиваю и дотрагиваюсь пальцами до входа. Влага вытекает на пальцы, и я усмехаюсь. Веду вдоль складок, размазывая её возбуждение, и внимательно слежу за каждым действием Ярославы. Как приоткрывает губы. Совсем немного – выпустить воздух из лёгких.
И ничего не отвечает.
– Продолжай, – приказываю.
Её лицо мгновенно меняется. С растерянного выражения на злое.
А меня это сильнее заводит.
Открывает рот, чтобы что-то сказать.
Но я опережаю её, вхожу одним пальцем, растягивая тугие стенки. Снова. И это до одури нравится. Никем не тронутая. Девственница. Моя и только моя.
 
Чистая девчонка, нарвавшаяся на беду. На меня.
Искала приключений? Нашла.
Я терпеть больше не намерен. Ничего и никому не обещал.
А судя по тому, что она молчит и не знает, что сказать, ни хрена она не против. И это радует. Вон течёт. И на мгновение прикрывает глаза, когда оказываюсь в ней и делаю несколько нетерпеливых толчков.
Мысленно представляю, как заменяю эти пальцы на полыхающий член.
– Ты больше не будешь моим опекуном, – кидает странную фразу. – Никогда. Секс рушит всё. Все взаимоотношения. Всё.
– Ты уже сама всё разрушила. В тот день, когда испортила мою тачку.
Делаю ещё один упрямый толчок. Мне нужно каких-то полминуты, чтобы заставить её мучиться, ёрзать на простынях и просить добавки.
Я могу войти хоть сейчас. Полотенце оттопырилось так сильно, что утыкается в её бедро.
Головка члена уже полыхает, хочет оказаться в разгорячённом теле. Но я терплю. Боюсь её порвать. Быть первым – нести некую ответственность. Чтобы не больно было. Оргазм получила. Насчёт второго – не сомневаюсь.
А вот первое…
Могут быть проблемы.
Не представляю, как помещусь в неё. Но предстоит узнать.
Девчонка закусывает губу, запрокидывает голову назад. И уже не сопротивляется ритмичным ударам моего пальца внутри неё. Присоединяю второй.
Сжимается, чуть кривясь.
Да она издевается!
– Не зажимайся, – шиплю на неё, – иначе будет больно.
– Мне уже больно. От тебя. Что ты такой… Мудак. Бесишь меня. Всё мне запрещаешь. А я…
Поджимает губы и вдруг сводит вместе колени. Бёдра трясутся, а пальцы сковывают мышцы.
Кончила. Уже.
Буквально через минуту.
Пиздец…
Мне что с ней делать?
Остановиться?
Хрен там!
Выхожу из неё и пожираю молодое, красивое тело. С загорелой кожей, бархатной на ощупь.
Мокрыми пальцами касаюсь её затвердевшего соска.
– Что ты? – допытываюсь и веду костяшкой пальца по напряжённой бусине.
Какая она красивая…
Грудь аккуратная, мягкая. Животик плоский, косточки все выпирают… Хотя ест за двоих. Но всё равно идеальная. В мать пошла. Причём всем. Даже этой родинкой у пупка…
Веду пальцем ниже, останавливаясь на тазовой косточке. Худенькая, маленькая, хрупкая… Никому не дам стать её первым. Сам это сделаю. Покажу мир наслаждения.
Блять, я схожу с ума.
Какая она соблазнительная в этом грёбаном распахнутом халате. Ничего не скрывает. Наоборот, придаёт невинности.
– Отвечай, Яра, – хрипло отзываюсь, с трудом сдерживая себя. Опускаюсь вниз, припадая губами к её плоскому животику. Втягивает его, но всё равно веду языком вниз, останавливаясь перед лобком.
И отстраняюсь, рассматривая влажные складки.
Ни одной ещё не отлизывал. Но эту соплячку с удовольствием хочу попробовать на вкус. Как-нибудь потом.
Если после сегодняшнего дня не убежит, сверкая пятками.
Хрен ей. Не отпущу.
– Не называй меня так, – длинными пальцами сжимает чёрную простыню.
– Ярой? Почему? Мне нравится, Яра, – смакую её имя на языке. Оно правда вкусное. Перекатываю на кончике каждый звук. И упиваюсь. Как алкоголем.
Кажется, я перепил.
Не понимаю, почему меня так ведёт.
– Отвечай. Как воды в рот набрала, – подшучиваю над ней. А она отворачивается. Ничего не говорит. Зло смотрит в сторону. Не от моих действий она раздражается. А потому что возбуждена. Хочет продолжения. Но и сопротивляться не может.
Читаю её как открытую книгу. Хотя для меня она полна загадок. Не знаю, какой поворот событий устроит эта девчонка.
Хватаю пальцами миловидное личико, сжимая щеки. Поворачиваю её к себе. И снова этот взгляд. Желания ещё больше. Гнева. Похоти…