Возрождение - 2 (СИ)
— И? — делаю равнодушное лицо. Мол, тоже проблему нашел. Но, если есть что сказать, послушаю.
— Я могу все это решить… И даже денег еще подкину. В разумных пределах, конечно… — вкрадчиво произнес Северов. — Ведь друзья для того и существуют, чтобы помогать. А мы же друзья? Да, Леонид?
— Допустим… — не стал я сбивать его с волны.
— Вот, — потер ладони полицмейстер. — Тогда, я прямо сегодня займусь решением твоих проблем. А ты… Ну, ты же понимаешь?
— Проверить полигон?
Северов только кивнул, глядя на меня с надеждой.
— Ладно. Договорились. Но, прежде чем соваться туда, осмотрим оставшиеся бункеры.
— Зачем?
Затем, что я еще два детонатора не нашел! Блин!
— Чтобы устранить все сомнения. Глупо будет, если деньги все же лежат там… ну, или хотя бы часть… как те, что уже найдены. А мы даже не проверили.
— Гм… Логично, — согласился Северов. — Тем более, осталось всего четыре. Тогда, может, прямо сейчас и двинемся? Чтобы время зря не терять. Один из них, к слову, рядом с полигоном. Если захочешь, хоть издали посмотрим, что там да как?
— Добро…
Я взял бутерброд и со смаком откусил сразу половину. Он, конечно же, давно остыл. Но я и такой съем с удовольствием. Это не эрзац со вкусом картона из продуктового набора донора. И пока я помню вкус тех пайков, буду с аппетитом есть все. И горячее, и холодное.
По большому счету только время зря потратили. Ничего интересного в оставшихся бункерах не нашлось. Нет, опыт, денежка и что-то из лута падало, в процессе прохождения, но я даже логи не просматривал. Главного приза — двух детонаторов к минам не было. Одно радовало, квест оставался открытым, значит они где-то лежат. Причем, у меня остаются шансы их найти. Иначе система уже оповестила бы о провале задания. А раз так, то и дергаться нечего.
Впрочем, такого результата следовало ожидать даже судя по защите бункеров. Всего лишь малые и средние охранники. Я входил в бункер, с ходу брал под контроль ближайшего робота и натравливал его на остальных. Потом, под прикрытием перестрелки, перепрограммировал еще одного, ну а дальше оставалось ждать окончания разборок. Уцелевшего отправлял на следующий уровень. А там — по ситуации. Иногда даже вмешиваться не приходилось. Только добить победителя. Поскольку и у МРО, и у «Борисов» защита и вооружение слабое, я не видел смысла использовать их в моих дальнейших планах, так что уничтожал без зазрения совести. Опыт тоже нужен… Курочка по зернышку клюет.
— Ну что? — встретил меня дежурным вопросом Северов, когда я вылез из последнего бункера. — Можешь не отвечать, по лицу вижу…
— Да, пусто.
— И что теперь?
— А это точно последние?
— Ну, — потер подбородок полицмейстер. — Как сказать… Из тех, что известны мне, все. Но это не значит, что вояки или чекисты не натыкали их еще где-то, только засекретили конкретнее. А что?
— Не люблю незавершенные дела.
— Понимаю. Что ж… Узнаю при случае у губернатора. Он в свое кресло из-за конторского стола пересел. Да и допуск повыше моего.
— А расскажет?
— Мне, да… — уверенно ответил Северов. Видимо, подвязки имел серьезные. Собственно, полицмейстер, не последнее лицо в городе. — Если знает — расскажет. Но о таком с кондачка не спросишь. Надо момент подходящий выбрать. Чтоб лишних подозрений не вызывать.
— Не спорю.
— Вот и договорились. Дальше что? На базу или еще подышим?
— А есть предложение?
— Есть, — кивнул Северов. — До полигона НИЦ «Прогресс» отсюда примерно километра полтора. Прокатимся? До темноты еще часа два.
— Почему нет? Поехали. Хоть посмотрю, куда лезть придется.
Посмотреть удалось только издали. Грунтовка кое-как посыпанная щебнем вывела нас на сплошной забор из двухметровых бетонных плит, по верхнему срезу которых тянулась колючая проволока и посверкивала гребенка из битого стекла. Проволока, тоже обычная, не «егоза». Да и других новомодных наворотов не наблюдалось. Ни проводов на изоляторах, ни датчиков движения, ни лазерной сигнализации. Все просто, зато добротно и надежно.
— Здорово, — произнес я, глядя на забор, тянущийся влево и вправо метров на пятьсот. — А где вход? Хоть бы знак «тупик» повесили на въезде.
— Думаю, этой дорогой пользовались во время строительства, — объяснил Северов. — А как закончили, так проезд и закрыли. Надо будет обойти по периметру. По любому ворота должны быть. Хоть одни. Не в «автономке» ж они там жить собирались. Пожизненной. Хотя бы начальство с проверкой должно как-то на территорию попадать?
— Почему нет? — пожал я плечами. — Спецгрузы и начальство можно и по воздуху забрасывать. Судя по плечу забора, там не один гектар огражден. Есть где вертолетную площадку оборудовать. А ну-ка, подгоните машину впритык. Вылезу на крышу. Хоть так огляжусь.
Впечатляет…
Три огромные груды битого бетона, разнообразных размеров и геометрии, утыканные гнутой, ржавой арматурой. Видимо, все что осталось от корпусов лаборатории и цеха. В правом дальнем углу — четыре кучи поменьше. Наверно, жилые блоки. Рядом с ними, ближе к центру, двухэтажный куб. Вернее, уцелел только первый, от второго осталась часть стены и обломок крыши. Зато на нижнем даже окна уцелели, отражают багрянец садящегося солнца. Слева — вытянутые, сглаженные холмы двух ангаров. Эти пострадали меньше всего. Во всяком случае отсюда я каких-либо заметных повреждений не наблюдаю. На одном, кажется, даже антенна торчит. Слева, ближе ко мне, еще какое-то странное, ни на что не похожее сооружение из хаотически расположенных бетонных панелей, почему-то поставленных на ребро. Как ни прикидывал, так и не смог сообразить, что там хотели построить. Больше всего похоже на лабиринт… Но каких размеров должны быть те «крысы», на которых там ставили опыты?
И еще одна архитектурная достопримечательность. Самая малозаметная, но весьма неприятная. Позади бетонной ограды, шагах в пятнадцати, имелась еще одна заградительная полоса. В виде метровой траншеи, с обеих сторон которой, на бетонных столбах растянута спираль Бруно. По всему периметру. Но и это не все. Через каждые пятьдесят метров оборудованы БАОТ. Бронированные автономные огневые точки. Метровые, стальные колпаки вращающихся бронебашен, с отчетливо видными дулами пушек и КП на турелях. Пулеметы, правда, судя по неестественным углам наклона стволов, да и самих турелей, скорее всего, нерабочие. Ударная волна не прошла бесследно, но мне и одних пушек, если они все еще исправные, хватит. С учетом того, что в бронебашнях нет управляющих блоков и, в отличие от роботов, я не смогу взять их под контроль. В общем, приходи кума любоваться.
Зато и ворота нашлись. Аккурат в противоположной стороне забора. Заржавевшие, перекосившиеся, но закрытые. Всем видом показывающие, что ими не пользовались с самого начала Вторжения. Похоже, когда Хантеры ударили, здесь либо уже никого не было, либо уцелевшие после орбитальной бомбежки территорию полигона не покидали до сих пор. А то что я, сколько не вглядывался, никакого движения не заметил, вообще ни о чем. Подобные объекты редко бывают одноуровневые. Я бы даже сказал, никогда не бывают. Обычно, то что на поверхности — камуфляж, обманка для спутников, а все действительно важное располагается на минусовых этажах. И мне опять туда лезть…
— О, а вон и ворота, — прокомментировал очевидное Северов. Он не удержался и тоже залез на машину. Правда, только на капот. — Я, примерно, знаю как подъехать. Дорога не ахти, но проскочим. Завтра оттуда и начнем.
— Нет, — мотнул я головой. — Если даже тут такая защита, то с воротами могут быть сюрпризы гораздо серьезнее. Войдем через черный ход.
— В смысле?
— Прихватим пару кувалд, и твои костоломы пробьют мне дырку в заборе. Я не гордый, мне много не надо. Лишь бы пролезть…
— Думаешь? — более внимательно оглядел территорию полигона Северов.
— Интуиция…
— Добро. Ломать не строить, — ухмыльнулся полицмейстер. — Распоряжусь. За ночь проделают брешь.
— К слову, я не шутил, насчет дыры. Не надо лишнего шума. Только чтобы протиснуться и лучше — ползком.