Величие ошибочного мира (СИ)

— Как? — захлебываясь произнес он и упал на землю.
Змей появился за спиной у Криса и, обвив хвостом его шею, поднял над землей.
— Чего ты ждешь?! — крикнул Балам Фуркасу, — Добей же его!
Рыцарь прицелился и метнул копье в грудь воина.
— Нет! — подумал Крис, глядя на то, как острие копья приближается к нему, — Я не могу здесь умереть! Не могу оставить все так, как есть!
Пространство перед копьем разорвалось на части, и на мгновение оружие исчезло, но тут же в паре метров от Фуркаса появился новый разлом, и копье, вылетев из него, пронзило голову демона. Крис попытался отрубить Баламу хвост, но тот вновь разлетелся в пыль.
— Жалкое ничтожество! Как ты посмел убить их?! — воздух вокруг был пронизан шипением демона, — Что ж, тем слаще будет победа на вкус! Ты не сможешь убить то, что не видишь!
Прежде чем все змеиные головы достигли своей цели, воин соединил осколки с ними воедино и нанес удар. Пространство вокруг вновь стало прежним, а вокруг Криса лежали головы Балама, который до самого конца не мог по достоинству оценить своего противника. Герой с превосходством посмотрел на побежденных Герцогов и продолжил свой путь.
— Что, даже не упадешь на одно колено и не отдышишься, как следует? — прозвучало внутри него, — Или теперь ты решил изобразить из себя, не знающего усталости, героя?
— Только не сейчас. Я не могу остановиться сейчас.
— Значит, вошел во вкус, Малыш Кристи? — голос захохотал, — Ты смотри, даже на недавние раны перестал обращать внимание! Себя давно видел? У тебя все тело в порезах, многие из которых до сих пор кровоточат! Мы так до боя с Сатаной не дотянем, Кристи! Мы так не договаривались! Не хочешь помереть в бою, а хочешь свалиться из-за потери крови и усталости?
— А что мне остается? Бинтов и медикаментов у меня нет, даже простого тряпья не осталось, чтобы перевязать раны. Других вариантов нет, так что придется терпеть.
— Ты чувствуешь демонов поблизости? Хоть одного?
— Возможно, я не уверен, но какой смысл сейчас вступать в битву? Разве ты сам не говорил только что, будто я еле на ногах держусь от усталости?
— Я и забыл, что тебе все приходится разжевывать. Переместись к нему и сделай тоже, что и сделал с Аллокасом, но не вынимай меч из груди, пока я не скажу!
Крис разбил пространство перед собой и нашел осколок, который показал ему рядового демона, что был неподалеку. Воин пронзил его клинком и тут же оказался перед чудищем Преисподней. Боевой клич оглушил Криса, но все же он не оставил своему противнику ни шанса, и уже спустя мгновение меч пронзил ржавую броню, разломав ее на части.
— Стой! Теперь твоей голове предстоит непростая задача, Малыш Кристи. Ты должен проникнуть во внутренний мир этого демона.
— Что? Опять погружаться на дно океана?
— Идиот! Внутренний мир этого ничтожества наверняка не так глубок, как наш! Он у каждого свой, неужели еще не понял? Внутренний мир — это отражение души, ну или, по крайней мере, показывает, какой она была прежде.
— Я в свой-то мир не могу по собственному желанию попасть, так как мне в демона забраться?
— Почувствуй кровь в его жилах, затихающее биение его сердца, крик его разума, боль, что пронизывает все его тело.
Крис закрыл глаза, смотря на побежденного противника, который стоял перед ним только потому, что герой крепко держал рукоять меча и не давал туше монстра упасть, но открыв, их он увидел, что стоит в комнате, заваленной детскими игрушками. На полу сидел мальчик и играл, что-то бормоча себе под нос, а рядом стоял его отец и, смеясь во весь голос, давал советы о том, как, по его мнению, можно сделать игру интереснее. Но ребенок не слушал его. Вокруг него были разложены кучи игрушек, но мальчик не отпускал фигурку маленького космонавта, поднимая ее над головой, и снова опуская на пол, изображая прыжки лунного героя в невесомости.
— Что это за место? — огляделся Крис.
— Это место, где осталась душа того демона, которого ты только что убил. Все низшие демоны были когда-то грешниками, что попали в Ад по какой-то причине. Некоторые из них совершили множество плохих вещей, но большинство оказалось здесь, совершив лишь один проступок за всю жизнь. Как тебе такая справедливость? Разум этого человека давно помутился, и он уже никогда не станет прежним, но его душа навеки прикована к самому дорогому в его жизни моменту. Интересно, помнит ли он его и сейчас? Или все светлые воспоминания навсегда стерты в качестве наказания? Думаю, так оно и есть. У Всевышнего странное чувство юмора, не находишь? Низвергать всех и каждого в пучины Ада, не давая никому и шанса попасть в тот призрачный Рай, которого, возможно, даже и не существует. Будь ты на его месте, сыграл бы такую же шутку над людьми?
 
— Будь я на его месте, то создал бы Рай на земле. Поселил бы людей в мир, где нет жестокости и коварства, где нет притворства и лжи, предательства и отчаяния. Наш мир казался мне неправильным уже очень давно, что уж тут говорить, и я бы изменил его, будь у меня такая возможность.
— Даже против воли людей?
— А разве я бы сделал для них что-то плохое? Людям свойственно противиться переменам, даже если они ведут мир к лучшему. Иногда лучше не стоит слушать их, чтобы им же и облегчить жизнь в будущем.
— Почему же ты думаешь, что точно сделал бы их мир лучше?
— Потому что я знаю, как выглядит плохая жизнь. Я видел ее собственными глазами. Ты сам сказал, что я не просто так прыгнул в тот портал. Наверное, ты прав, люди не от хорошей жизни ищут сражения, и не из-за счастья бегут в Преисподнюю за спасением. Я знаю, как сделать мир лучше, потому что знаю, каким он не должен быть. На месте Всевышнего, я бы не допустил такого кошмара.
— Думаю, не стоит тебе объяснять, что для счастья многих, ты должен лишить счастья некоторых.
— Ты про душу этого демона?
— И про нее, и про тысячу других, которые тебе еще предстоит увидеть и почувствовать.
— Лишить этого человека того единственного, что у него осталось из его счастливой жизни, чтобы залечить свои раны? Разве это равноценный обмен?
— Тебе решать, Малыш Кристи. Мой ответ ты знаешь. Лишь восстановив силы, ты сможешь продолжить путь к трону, лишь заняв трон, ты сможешь спасти тысячи людей, таких же, каким был когда-то этот демон. Думал, придется лишь мечом махать? Иногда лишить самого себя счастья проще, чем лишить его кого-то еще, но выбор тебе сделать придется.
Крис вынул меч из тела демона. Раны на его теле зажили.
— Надо ли говорить, насколько я себя ненавижу, — уставившись на клинок, произнес он.
— Мне было бы приятно это услышать, Малыш Кристи, но, боюсь, сейчас мне тебя не в чем обвинить. Несмотря на всю свою тупость, ты сделал правильный выбор.
Тело демона засияло и растворилось в воздухе. Крис еще некоторое время простоял на прежнем месте, пытаясь простить себя за содеянное, но груз на его душе висел неподвижно.
— Теперь у меня не осталось выбора, — подумал он, — ни отступить, ни умереть.
***
Как я и предрекал, мне посчастливилось вновь увидеть свет.Ты наделил меня новой жизнью, за что я благодарен тебе, сколь сильно бы не ненавидел.Но храм мой был разрушен, а все его блага расхищены.Разум мой не знал покоя, когда я понял, что мои дары теперь причиняют людям горе.
— Пеймон! Я несказанно рад, что ты пришел столь быстро! — Сатана сидел на своем троне в темном пустом зале, в который только что вошел Герцог.
— Повелитель, — Пеймон преклонил колено и уставился в пол, устланный черными и белыми мраморными плитами, — я прибыл сразу, как только узнал, что вы хотите меня видеть.
— Поднимись, старый друг.
— Слушаюсь, Мой Господин, — Герцог выпрямился во весь рост. Золотые латы, что покрывали все его тело, кроме головы, сверкали даже в темном зале его повелителя. Драгоценности на гарде его меча переливались всеми цветами, которые только можно было различить, а на голове красовалась тяжелая корона.
— Я позвал тебя, чтобы услышать твои объяснения, Пеймон.