Царевна ужей (СИ)
Всеволод стремительно вышел из комнаты, хлопнув дверью. Вожак направился следом, ещё раз извинившись передо мной.
— Козёл, — буркнула Катерина. — Действительно гад ползучий — бесчувственный, холодный…
— Кажется, он обиделся, — озвучила девушке своё мнение, глядя на дверь.
— Не заметно, — не согласилась со мной волчица. — Как был весь вечер с постной миной на лице, так и остался. Он кроме злости не способен ничего испытывать. Уж коронованный!
В чём-то я была с Катей отчасти согласна — на эмоции Всеволод действительно был скуп, вернее на их проявление. В покере ему цены бы не было! Но вот глаза… он действительно переживал за меня. И пусть это было вызвано чувством долга, или обязательствами, или ещё чем, но он не раздумывая бросился на помощь мне. Опять. И слова волчицы его действительно задели. Как она этого не видит?
— Объяснишь, почему он на меня кинулся? — кивнув на свою руку, спросила волчицу.
— Защищал своего ребёнка, — вздохнула Катерина, присаживаясь на кровать рядом со мной. — Тот бред, что отец рассказывал тебе про Лену и Кирилла, с его зависимостью — не совсем ложь. Есть ситуации, когда волчья сущность действительно берёт верх над разумом, но это случается крайне редко. Вот, сегодня, например. Да и на счёт Кирилла — мы ведь поэтому и ждём ведьму на роды. Вряд ли он будет вменяем.
— И что будет?
— Ну, поначалу будет просто мешаться, — хмыкнула Катя. — Носиться, суетиться, паниковать. Потом, скорее всего, перекинется, и не даст никому приблизиться к своей паре.
— А ведьма здесь как может помочь?
Про этих личностей я вообще мало что знала. Святослав ничего не рассказывал, сама не спрашивала. Нет, общее представление я имела, само собой. Но что-то мне подсказывает, что действительность отличается от образа ведьм из мультиков и сказок.
— Они умеют подавлять волчью сущность, — пожала плечами Катя. — Я в подробности никогда не вникала, но, обычно, за несколько дней до родов, ведьма варит специальный отвар и даёт альфе выпить. Далее находится рядом, и контролирует состояние мужчины. Да и на родах присутствует — исполняя роль повитухи. Отец договорился с какой-то ведьмой, через вожака общины, в которой она живёт, но что-то она задерживается. По идее, она уже должна быть здесь.
— И что будет, если она так и не появится? — в шоке уставилась я на волчицу. — Лена будет рожать одна, в комнате с агрессивным волком?
— Нет, конечно, — нахмурилась девушка. — Держать его будут. Но будет трудно.
— Держать? — повторила я, медленно вставая с кровати.
— Угу, — поддакнула Катя, следя, как я подхожу к столу и начинаю перерывать коробку с принесёнными бинтами и имеющимися в общине лекарствами. — Что ты делаешь?
— Обезболивающее ищу, — ответила ей, перебирая всё, что тут было.
К сожалению, ничего подходящего не нашла. Что ж, придётся потерпеть.
— Василиса! — в комнату влетел запыхавшийся Кирилл. — Лене плохо!
Выругавшись, я посмотрела на Катю. Девушка лишь пожала плечами, вскакивая с кровати.
Спускаясь вниз следом за явно нервничающим альфой, я задавалась лишь двумя вопросами. Может ли мне настолько сегодня не повезти, что Лена решила рожать, и успеет ли их ведьма появиться в общине в ближайшее время. И если нет, то что делать?
Все вопросы отпали сами собой, стоило увидеть бледную и придерживающую низ живота Лену. Чёрт! Ну почему мне так не везёт?!
В дом набежали женщины общины, помогли устроить Лену в комнате, переодеть её. Я больше находилась в стороне от активных действий, наблюдая, как слова Кати начинают себя оправдывать. Кирилл действительно всем мешал своей суетой.
— Василиса, — закусив губу, позвала меня Лена. — ты ведь останешься?
И вот что я должна была ответить? Конечно, я максимально уверено кивнула.
Вскоре в доме начали появляться мужские представители общины, ожидая, когда понадобится их вмешательство и помощь в удержании Кирилла. Многие ждали на улице приняв волчью ипостась. Да-а… кажется будет весело.
— Мы уходим, — стоило мне выйти на улицу немного проветриться, как рядом оказался Всеволод.
— Нет, — уверенно ответила, осматривая суету вокруг. — Толку от меня мало, но я уже пообещала Лене, что останусь.
— Ты сама сказала, что помочь не сможешь, — холодно произнёс царевич, блеснув золотом в глазах.
— Психосоматика, — выдержала его взгляд, — Лене спокойнее, когда рядом дипломированный врач. И не важно, что помощи от меня здесь никакой не будет.
— Ты понимаешь, что тебе находиться здесь опасно? — рыкнул Всеволод. — Или предлагаешь мне посмотреть, как тебя снова попытаются случайно прибить?
— Так защити! — огрызнулась на него, неосознанно баюкая нещадно нывшую руку. — Превратись в змеюку и помоги волкам придержать Кирилла!
— Вась! — окрикнула меня выглянувшая из дома Катерина. — Тебя Лена зовёт!
Не говоря больше ни слова царевичу, я пошла обратно в дом, прикидывая, что сейчас он сделает за то, что я практически наорала на него. А всё из-за руки, нервы сдали. Но, как ни странно, Всеволод не схватил меня за шкирку, и не потащил в сторону предгорья. Более того, даже не сказал ничего в ответ, молча следуя за мной.
23
Восемь часов пролетели как в тумане. Нет, я прекрасно всё осознавала, несмотря на усилившуюся головную боль, да и рука не переставала о себе напоминать то ноя, то периодически стреляя. Только времени подумать о себе у меня не было. Когда я предположила, что помощи от меня не будет — ошиблась. Роль второго плана никто не отменял, вот и мы с Катериной носились как два сайгака по общине, то за сменой постельного, то за дровами для камина, то за посудой, то увести детей, и ещё тысяча «то». Я так устала, что даже превращение Всеволода в змея, с последующим удержанием им Кирилла пропустила. Нет, я мельком видела рвущегося на свободу волчару, в прямом смысле окольцованного царевичем, но должного внимания открывшейся перед глазами картине не уделила, несясь куда-то по очередному поручению Тамары — жены Руслана, которая взяла на себя главную роль на сегодняшнем мероприятии.
Не знаю, как остальные, а мы с Катериной первый крик новорожденного восприняли как манну небесную, выйдя на улицу и присев прямо на землю рядом с домом, и молча смотрели на начало нового дня.
А ведь, я помню, как перед выбором профиля многие мои однокурсницы пошли на акушерок. Ещё и меня с собой зазывали. Слава Богу я пошла в травму! Каждый день проходить через такое… интересно, как там мама?
— Есть хочешь? — повернула голову в мою сторону Катя.
— Нет, — честно ответила, сцеживая зевок в кулак. — В душ хочу и спать. Или просто спать.
Сил у меня уже не осталось ни на что. Положив голову на плечо Катерины, я прикрыла глаза. Она что-то говорила, но я лишь мычала в ответ, даже не пытаясь вникнуть в смысл её слов. Какое вникать! На меня навалилась такая тяжесть, что даже открыть глаза казалось невозможным. Именно, что казалось. Они сами распахнулись, когда я почувствовала, как кто-то взял меня на руки и поднял с насиженного места.
— Больше никогда не смей прилюдно повышать на меня голос, — заметив, что я на него смотрю, сказал Всеволод, занося меня в один из домов общины.
— А не прилюдно, значит, можно, — сделала я вывод, вновь закрывая глаза. Сил держать их открытыми больше не осталось.
Мысли совсем вяло шевелились в голове, отказываясь анализировать происходящее. Несёт царевич меня куда-то — ну и пусть несёт. Претензии предъявляет — да ради Бога! Только поспать дайте. Единственное, что отметило моё засыпающие сознание, что пах Всеволод приятно, да и вообще, тёплый он очень, даже сквозь одежду. Самое то, чтобы сладко уснуть!
— Попробуй, — уже сквозь дремоту донёсся до меня ответ царевича.
А дальше я снова оказалась в мрачном каменном коридоре с виднеющейся далеко впереди белой аркой в окружении тумана. Страха не было, как и желания идти вперёд. Я просто сидела, подогнув под себя ноги, наблюдая, как мимо меня туда-сюда снуют тени. Змеи были повсюду, но, ко мне не приближались, оставляя небольшой островок на полу.