Мелодия для Короля (СИ)

— Давай поговорим, только не здесь, — процитировала меня Диана с усмешкой.
Я легонько подтянул Диану к себе, обняв ее за талию. А в моей душе была тревога и смятение. Ребёнок может быть инвалидом, а Диана этого точно не заслуживает…
Быстро дойдя до арендованной машины (новую купить себе ещё просто не успел), я усадил ее. Сев за руль, я понял, что сердце так колотится, что я не могу никуда поехать. Я развернулся к ней. Сканировал ее взглядом, пытался проникнуть в душу, но сейчас она была для меня загадкой.
— Он мой? — спросил я, сам не понимая, какого ответа жду больше.
Диана сверкнула молниями в меня взглядом.
— А если не твой, то что? — с вызовом спросила она.
Я сделал глубокий вдох, пытаясь разложить мысли по полочкам в голове.
— Ты моя, а значит, и ребёнок мой, — безапелляционно заявил я.
Диана подавила улыбку, но я заметил, как дернулись уголки ее губ.
— Не было у меня никого ни до тебя, ни после, — ответила тихо она, поджав губы.
— С ребёнком все в порядке? — выпалил я.
— Да, — смутилась Диана, — кстати, сейчас у меня должен быть плановый приём.
— Тогда поехали к врачу, — ответил я, все ещё переваривая новость.
Диана кивнула, поставила навигатор на своём телефоне и я тронулся с места, пытаясь заглушить панику в моей душе. Мы ехали молча около пятнадцати минут, кидая друг на друга озадаченные взгляды. У обоих были вопросы друг к другу, которые мы зададим, только чуть позже.
Диана теребила букет в руках, явно показывая мне, что нервничает. Желая ее успокоить я взял ее ладонь в свою, крепко сжал и не отпускал до самой больницы.
Уже паркуясь около клиники, я не выдержал.
— Ты собиралась мне вообще сказать про ребёнка? — спросил я спокойно, но в душе полыхало огнём.
— Не знаю, — пожала плечами Диана.
— Мне кажется, я не такой плохой, чтобы скрывать от меня свою беременность. Я бы…
— Для меня ты был без пяти минут женатый человек! Это только мой ребёнок и…
— Нет, дорогая моя, это наш ребёнок, — перебил я ее, ощущая привкус горечи во рту.
— Сам виноват, — буркнула Диана в ответ.
Наверное, она права. Я виноват.
— Лина знает?
— Нет, — замялась Диана, — она бы поняла…
— И рассказала мне, — закончил за неё фразу я.
Диана кивнула, бросив на меня странный взгляд.
— Может я хотела отказаться от ребёнка в в роддоме, — попыталась равнодушно ответить Диана, — никто ничего бы и не узнал.
Я зло смотрел на неё, но увидел, как непроизвольно легла рука на чуть выпирающий живот Дианы… Знал, что блефует, выводит меня на эмоции, но все равно было горько.
— Этого никогда не будет, — твёрдо ответил я и вышел из машины, обходя ее, чтобы открыть дверь Диане.
Я столько раз прокручивал в голове наш диалог при встрече, но ни разу не представлял, что может быть так. Сердце стучало, готовясь выпрыгнуть. Мозг лихорадочно пытался анализировать все и дать решение. Душа болела и радовалась одновременно…
В клинике все происходило не быстро, но я заставил сделать внеплановое узи при мне, показать, что руки и ноги на месте, развивается плод нормально, генетических отклонений нет. Всматривался в каждую точку и линию на мониторе, как ненормальный. Только после этого я вздохнул с облегчением, хоть и понимал, что радоваться рано. Диана пыталась выпроводить меня с кабинета гинеколога, но я не позволил, буквально сам изучая каждый анализ Дианы. Она злилась, ее врач тоже, но обе терпели меня.
В кабинете врача Диана рассказала, что у неё тонус, часто тянет низ живота, врач же строго запретил какие-либо стрессы, красноречиво посмотрев на меня. Ну вот и как я должен сообщить ей о том, что, возможно, мы брат и сестра? Никак…
Уговорив сдать завтра ещё анализ крови, я пошёл договариваться о генетическом тесте, пока Диана была на осмотре у гинеколога. На удивление, с большим трудом мне удалось договориться с медсестрой, заплатив ей кругленькую сумму, чтобы сделать тест, и чтобы Диана не узнала об этом.
Выйдя с больницы через полтора часа, мы оба устали и проголодались. Зашли в ближайший ресторан. Сделав большой заказ, Диана первая начала задавать вопросы, к которым теперь я был не готов.
 
— Почему ты соврал мне тогда, что у тебя есть невеста? — дрожащим голосом спросила Диана.
— Испугался, — ответил я первое, что пришло в голову.
  
Глава 27
 
Глава 27
Диана
Я чувствую себя тормозом. Будто боюсь, что моргну, и туман рассеется. Артур пропадет, а все происходящее окажется лишь сном. Поэтому, находясь в какой-то прострации, я молча еду в клинику на прием к своему врачу. Только когда я перешагнула порог кабинета, я вижу, каким недобрым взглядом смотрит врач на моего спутника и понимаю, что мне не мерещиться, сразу вспоминаю, как пришла к ней в первый раз.
— Оставляем или прерываем? — спросила она меня равнодушно.
— Не знаю, — ответила я, хотя была в полной уверенности до этой минуты, что оставлю малыша.
Страшно. Мне просто было страшно.
— Восемнадцать лет… Совсем еще девчонка, — проговорила вслух врач свои мысли.
— Девчонка, которая скоро станет мамой, — усмехнулась я.
— Оставляем?
— Да! — твердо ответила я, принимая самое важное решение в жизни.
Позже Лора (так зовут моего врача) скажет, что нужны анализы отца ребёнка, на что я ей грубо отвечу, что отец отказался от нас. Лора будет бранить Артура за такой поступок. А я лишь расти в своей уверенности, что все делаю правильно. Наши пути пересеклись и разошлись.
Я честно не знала, что будет дальше. Я ведь не сказала родителям, Лине, даже на учебе, хоть многие студенты и начали догадываться. Живот был не большой, но все-таки на моей тонкой фигуре выделялся сильно. Я не хотела сообщаться Артуру вообще никогда, но понимала, что рано или поздно моя тайна будет раскрыта. Я не могла этого допустить, он сделал свой выбор. Мое упрямство говорило за меня.
Артур… Артур… Навсегда ли ты вернулся в мою жизнь?
У меня столько вопросов в голове. Столько хочется спросить. Но я терплю, пытаюсь разложить в голове по полочкам свои мысли, но сердце прыгает от радости, затмевая радость. Не знаю, я когда-нибудь перестану радоваться Артуру со щенячьим восторгом?
Приём у врача длиться на удивление долго. Артур будто не доверяет всем докторам на свете, изучая каждый мой анализ. Вчитывается, всматривается, будто хочет найти ошибку. Я терплю его излишнюю педантичность только ради малыша.
Уже в ресторане я не выдерживаю и задаю мучавший меня вопрос:
— Почему ты соврал мне тогда, что у тебя есть невеста?
— Испугался, — ответил Артур.
Я смотрю на него и понимаю, что врет. Сказал первое, что пришло в голову.
— Если ты мне не скажешь правду, я развернусь и уйду отсюда, — заявляю строго ему я, насколько могу, конечно.
Артур смотрит на меня с такой тоской в глазах, что я впервые замечаю, что он похудел, осунулся. Мое сердце опять тает, и решимость улетучивается. Но я молчу, всматриваясь в родные черты лица.
За эти три месяца я часто спрашивала себя: за что я люблю Артура? Приводила миллион доводов сама себе, но, в конце концов, поняла, что я люблю его не за что-то, а просто, потому что он это он. Для меня Артур — самый красивый мужчина на земле, самый заботливый, ласковый, добрый… И еще тысяча эпитетов в его адрес проносится в моей голове со скоростью звука.
Он рядом. Сейчас он со мной. Я не могу не радоваться этому. Ругаю себя за мягкость, ругаю себя за то, что иду по первому зову, но не могу ему сопротивляться. Как бы я не пыталась скрыться от своих чувств, они вновь накрывают меня с головой.
— Тебе нельзя нервничать, Зефирка, — улыбнулся Артур самой моей любимой ласковой улыбкой, обнажая свои белые зубы.
— Мне ответы нужны, Артур, — ответила я из последних сил, ощущая, что готова просто забыть все и начать жить с чистого листа, лишь бы он был рядом.