Обретая тебя вновь (СИ)

— Я буду рада, если миссис Харрис подумает о моей кандидатуре. Я порой неуклюжа, и ты сам это знаешь, но я готова стараться. Мои дела сейчас идут не лучшим образом. А магазин твоей мамы, это самое волшебное место из детства.
Я внимательно слушал. И вспоминал юную Милли на пороге магазина. Её восхищенный взгляд застывал на елке с игрушками, в надежде, что там появились новые. Каждый день мы прибегали и рассматривали их после школы. Мама всегда баловала нас этим. Мы могли часами там находиться, иногда учить уроки прямо за столом в уютных креслах. Моя мать заботилась о нас и часто приносила горячий шоколад с пончиками, что покупала в кафе, напротив. А еще моя мама очень любила Милли, и в детстве подшучивала над нами, что однажды мы обязательно поженимся. Да, смешная шутка, мам.
Раньше может это меня бы и ранило, но теперь я вижу, что каждый из нас ведет свою жизнь. И по-своему счастлив. Хотя я не могу сказать, что моя жизнь — это именно то, что я хотел, но это было бы не честно по отношению к Эмили. Она хорошая девушка.
— Эйдан, ты действительно хочешь вернуться туда?
Я перевел на нее быстрый взгляд и уловил переживание на лице. Зеленые глаза нерешительно взглянули на меня.
— Да, я планирую подписать новый контракт, Милли. Я уже говорил тебе об этом. Нужно лишь поправиться окончательно.
Она тяжело вздохнула.
— А твоя нога? Как ты получил ранение? Она сильно болит?
Я напряг челюсть. Не хочу сейчас вспоминать об этом. В этой истории мало хорошего, Милли. И знала бы ты, как часто я думал, чтобы мог оказаться на его месте, защитить его. Своего друга, ставшего мне настоящим братом.
Не сейчас, Милли.
Поэтому я проигнорировал пару вопросов.
— Терпимо, порой по ночам боль обостряется, но мне помогают таблетки. В моей ноге застряла пуля, едва не задев кость. Её совсем недавно благополучно извлекли, и чудо, что я не остался инвалидом, — рука крепче сжала руль. Я говорил это спокойным тоном, не хотелось, чтобы девушка жалела меня. Это вполне нормально явление в месте, где каждый борется за свою страну и жизнь.
— Мне жаль, Эйдан, — произнесла она тихим голосом. — Надеюсь, ты передумаешь.
Надеюсь, что нет.
— А что у тебя? Что на счет твоих планов? — решил перевести тему. И девушка сначала взмахнула бровями и задумалась, но потом прищурилась и улыбнулась.
— Наверно, я больше не хочу заглядывать вперед. Буду жить сегодняшним днем. А планы — к черту. Все буду придумывать на ходу.
Мои уголки губ потянулись вверх. Это уже была бы не Милли, а скорее Сара. Я знал обеих сестер, и прекрасно видел их различия. Сара была взбалмошной, веселой и никогда не задумывалась о последствиях, нежели Милли, что тщательно обдумывала каждое сказанное слов или действие.
Вот только говорить ей об этом не стал, знаю, как это ранит её. И не только её. Сара была нашей подругой, мы все помнили о ней, не смотря на то, сколько лет уже прошло.
— Твой план не так уж и плох. Но это совсем не похоже на тебя, — сказал я, повернув руль влево.
— Я уже давно не та девчонка, пора и перестать думать и жить, как она. Многое изменилось, Эйдан. Во мне.
Я чуть сдвинул брови, задумавшись над её словами. Что она хотела мне этим сказать?
— Но знаю, что в ближайшее время хочу начать бороться со своими страхами.
— Да? И что же на первом месте твоих страхов?
— Коньки, — она сморщила лицо. И я рассмеялся. — Да чего ты! — воскликнула она, надрывно смеясь. — Да, я до сих пор боюсь вставать на них и это не смешно, я тогда себе копчик отбила.
— Ладно, хорошо, извини. Просто я вспомнил это. Извини, хорошо? — я пытался успокоиться.
— К черту, в этот раз все точно получится. Я знаю это, — она сложила руки на груди.
— Забей, у меня тоже хреново получается, — пытался утешить её я.
— Перестань обманывать, я же помню, как вы с Сарой гоняли наперегонки, а я просто стояла у бортика, будто белая ворона.
Она видимо не стала упоминать, чтобы было после.
— Но я же не оставил тебя там. Забыла, как я заставил тебя оторваться от борта и выйти в середину?
 
Улыбка расплылась на её губах.
— Ты держал меня, и я знала, что не упаду. Тогда у меня вышло неплохо, но все равно было страшно.
Мы замолчали каждый уставившись на дорогу. Уже прошло минут двадцать не меньше, и нам оставалось не так долго ехать. Снег вновь завьюжил и падал крупными хлопьями. Жизнь по-прежнему бурлила. Люди торопились, частенько перебегая дорогу на красный. Таксист звонко сигналил, делая предупреждение.
Мы остановились на красном свете, вслед за такси. В уютном кафе справа сидела пара, мужчина гладил девушку по щеке, пока та, что-то рассказывала ему. Милли смотрела в их сторону, и я в это время мог рассмотреть её.
Шелковистые волосы разлеглись по плечу девушки, спадая на сидение. Она тихо вздохнула и будто старалась не поворачивать голову в мою сторону, пока в машине повисло неловкое молчание.
Я чувствовал, как от неё пахло моим гелем и шампунем, и мне это нравилось.
Проследив за её взглядом, я также взглянул на пару. Они выглядели счастливыми. Мужчина казался таким влюбленным, ведь слушал уже пару минут точно, как девушка без остановки говорила видимо, что-то очень важное. Глаза горели, и она засмеялась. Я медленно перевел взгляд на Милли. И она будто почувствовала это, посмотрев на меня.
Наши взгляды переплелись, и я едва смог отвести глаза, когда загорелся зеленый.
Машина тронулась еще резвее, едва я нажал на педаль. И Милли слегка коснулась моей руки. Я уставился на неё таким озадаченным взглядом, пока девушка явно боролась с собой в следующих словах.
— Эйдан… — не успела договорить она, как мой телефон зазвонил. Милли тут же отпрянула и вернула свою руку на колено. Я мысленно послал к черту этот звонок. Что она хотела сказать?
Достав мобильный из кармана, я увидел на дисплее, что это была Эмили.
— Да, Эмили, — поднес телефон к уху.
— Эйдан, куда ты пропал с утра пораньше? Опять бегаешь? Я же сказала, что тебе опасно этим заниматься, швы могут разойтись.
— Нет, я решил отвезти Милли домой. Скоро буду. Тебе нужно, что-нибудь по пути обратно, я заеду в магазин.
Девушка на соседнем сидении заметно съежилась. Наверно ей стало неловко, хотя раньше она уже говорила мне об этом.
— Нет, ничего не нужно. Я сегодня уйду на ночную смену, мы можем не увидеться.
— Ладно, набери мне позже. Я отвезу тебя на работу.
— Хорошо, увидимся. Целую, — она первая сбросила трубку.
Вернув телефон в карман, я понял, что Милли больше не решалась заговорить. Её лицо было спокойным, но я-то знал, что она чувствует. Оставшееся время мы ехали молча, пока не подъехали к дому её родителей.
— Спасибо, что подвез. Надеюсь больше не буду ставить тебя в такое неловкое положение, — она отстегнула ремень безопасности.
— Нет никакого неловкого положения. В чем проблема, что я подвез тебя до дома?
— Твоя девушка проснулась, а ты повез другую девушку домой. И я чувствую себя обязанной перед ней, спасибо, что вчера она выручила меня с платьем. Передай ей это еще раз, хорошо?
Я кивнул и быстро выдохнул через ноздри.
— Когда-нибудь ты перестанешь так много волноваться за других и подумаешь наконец о себе.
Её брови чуть дрогнули, возникла ложбинка между ними. Она закатила глаза и тут же прикрыла их. Я проследил за её взглядом и увидел на пороге миссис Смит. Женщина, одетая в темный комбинезон, махнула нам рукой.
— Твоя мама совсем не изменилась, — я сказал, улыбнувшись ей.
— Если она тебя узнала, то точно захочет, чтобы ты зашел на чай. Не переживай, я скажу, что ты очень торопишься к своей девушке, — она начала поспешно выбираться из машины.
— Знаешь, я ведь не против горячего чая.
Она вдруг остановилась, едва успев приоткрыть дверцу. Обернувшись, кажется сомневалась, хорошая ли это идея, но все же натянув улыбку кивнула.
— Хорошо, мама бы все равно заставила меня бежать вслед за твоей машиной, — она подавила улыбку и пошла по дорожке к дому.