Петля, Кадетский Корпус. Книга четвертая (СИ)

Такие знания в библиотеке не найдешь, да и просто так за счет «помощника» не вытянешь. А там еще верховая езда, музицирование, магическое фехтование, сука, танцы! Короче выглядеть буду полной деревенщиной, аристократы все это изучают дома с ранних лет, со специально нанятыми преподавателями, в корпусе их знания шлифуют строгие преподаватели, так что мне предстоит долгий и трудный марафон. Из радостного, будущих генералов и адмиралов обучают тактике, стратегии на самом высочайшем уровне, хоть полезных знаний получу.
В общем на несколько дней остался в поместье Его Величества, жду официального приема, где меня должны представить широкой общественности, мощно наградить и сделать слушателем Первого кадетского корпуса. Граф Шувалов вместе с Рудневым занимаются обустройством московского поместья, Самохин умчался устраиваться на работу, отец опять исчез по делам, но обещал быть рядом, в Москве, так что на какое-то время оказался предоставленным самому себе. Только пара придворных по поручению Императора снабдила меня учебными материалами и помогали освоить некоторые премудрости.
*****
Одни считали службу в подмосковном поместье ссылкой, другие синекурой. Дело в том, что Самодержец хоть и любил бывать за городом, но из-за своей занятости мог позволить себе такую роскошь от силы дней десять в году. Поэтому работалось тут спокойно, сам себе хозяин, но и должностного роста, влияния или полезных знакомств ожидать не стоило. Сюда шли или без пяти минут пенсионеры, или новички.
— Григорий Иванович, с чего начнем обучение Михаила? — спросил пожилой чашник у ясельничего Его Величества.
— Да какая разница, Алексей Петрович, — тяжело вздохнул помощник конюшего, — Парень совсем в этом деле зеленый, сам знаешь науку придворную надо сызмальства впитывать, а так только одна насмешка и выйдет.
— При всем моем уважении, нам дано Высочайшее Поручение, так что надо попробовать! — стукнул кулаком по столу чашник.
Несмотря на то, что ясельничий в табели о рангах был выше, чашник имел в этом поместье сравнимое, если не большее влияние. Самодержец приезжал сюда редко и истинное значение определяла не должность, но доступ к винному погребу. Что делать слугам в отсутствии сюзерена? Развлечений немного, а в закромах хранится не только спиртное, но и сыры, окорока, колбасы… Часть продуктов постоянно обновляется, а совсем неиспорченные деликатесы достаются верным слугам…
— Прав ты Алексей Петрович, давай хоть посмотрим на что годится юный Соколов, может зря наговариваю, — покладисто согласился ясельничий, не гоже идти против воли Императора, так можно без вина и любимого копченого мяса остаться!
*****
Через некоторое время оба придворных и я уже стояли на небольшом манеже, изучая общие правила подготовки кадетов к верховой езде. Дисциплина архаичная, но в Первом кадетском корпусе она до сих пор имела весьма значимый прикладной характер. И дело не в конной охоте, которую любили Романовы, и не в значимых международных соревнованиях, оказалось, что кавалерия в некотором узком смысле все еще являлась весьма эффективным родом войск.
Когда-то закованные в доспехи княжьи дружинники и их кони были самой грозной силой сухопутных армий, и дело было не в длинных копьях и массе рыцарей, а конечно же в магии. Считанные боевые единицы имели полный доспех древних, закрывающий как всадника, так и лошадь. Артефакты действовали парно, перекрывая уязвимые места, ко всему воины имели специальное оружие и тщательно наработанные и апробированные плетения. Ну и поговаривают, что лошадей использовали магических или на худой конец полукровок.
Животное усиливало хозяина и наоборот, получался мощный боевой юнит, быстрый, выносливый, тяжелый, как раз чтобы вскрывать вражеский строй. Сейчас былое значение конницы утрачено, однако отдельные гвардейцы все еще на равных могут поспорить в бою с парой танков или ротой тяжелой пехоты, понятное дело такие экзотические воины несут службу только при дворе, например охраняя Самодержца во время охоты или на конных выездах в лесу, куда нет дороги современной боевой технике.
 
А я поступаю на Пажеское отделение, так что для меня верховая езда становится не пережитком прошлого, а вполне себе прикладной дисциплиной. Беда в том, что для всей страны конный спорт давно стал необязательным развлечением и хобби отдельных чудаков, а вот высшая аристократия все еще содержала конюшни, разводила потомков боевых коней прошлого, тренировала их, в том числе и работе с всадником-магом. Ни у меня, ни у Миши Соколова, к глубокому сожалению, такого опыта не было, максимум прогулочные полкатушки. Как обычно придется наверстывать трудом и терпением.
— Ну вот подобрали тебе смирного коняшку, однако строевой, по всем статьям по службе будет аттестован, — ясельничий вывел на манеж огромного жеребца.
— Эээ…, Григорий Иванович, я же просил лошадку как можно спокойнее и благонравнее, — реально растерялся, у представленного мне «Буцефала» разве что огонь из ноздрей не шел, животное било по земле мощным копытом, уверен был бы там асфальт, то искры полетели бы во все стороны.
— Ну Михаил Владимирович, для воинской службы пригодны только такие, ему ведь воина в полном доспехе на себе тянуть, опять же свою защиту, — добродушно прогудел ясельничий, — Это самый благонравный из боевых коней, другие бывает и меня не слушаются!
— Сам боюсь их, сколько народу покалечили, — еще больше напугал меня чашник, — Однако служение отечеству — нелегкое дело.
— Черт, — не сдержался, реально придется лезть на этого монстра, скорее всего от греха подальше буду использовать петлю, иначе никакие киллеры уже не понадобятся.
— Вы не бойтесь, я Буяна возьму на поводок, если надо осажу, — ясельничий, видя мой неподдельный страх, видимо решил меня немного ободрить.
— Хорошо, — взбираюсь на могучего самца.
Блин даже подумал привязать его, наплевав на конспирацию, но проблема в том, что в коне магии практически нет. Буян явно непростой породы, и в его предках однозначно были магические звери, только сейчас драгоценная кровушка размыта как минимум один к десяти, если не к ста. И на этой животине мне необходимо в кратчайшие сроки освоить конное троеборье? Ладно манежная езда, худо-бедно можно освоить, но кросс и конкур? Да на это надо потратить лет десять жизни!
— И-го-го!!! — возмущенно орет конь и начинает крутиться на месте.
— Тпру!!! — в панике кричит зазевавшиеся ясельничий, поводок вырван из расслабленных рук, Григорий Иванович явно все прозевал.
— Твою мать! — коняра встал на дыбы, я естественно валюсь из седла, благо готовился к такому повороту заранее и смог отпрыгнуть в сторону, а не позорно скатиться под копыта.
— Ииииии-ооооо!!! — торжествует гад, красуется, крутится на месте, высоко поднимает передние ноги и хитро поглядывает на меня одним глазом.
— Ой, блин, — упал не очень удачно, обошлось без серьезных травм, но ушибов немеряно, да и в пыли изрядно извозился.
— О-хо-хо, это будет тяжелее чем я думал, — закручинился старый конюх.
— Ты же обещал самую спокойную животину, а это же форменный убивец! — праведно возмутился чашник, — Посмотри на его хитрою рожу, специально ведь сделал!
— Да что вы понимаете, Буян самый добрый из всех, только подход к нему нужен, уверенная рука и ласка! — ясельничий и сам не понимал причину такой буйной реакции.
— Может какого другого коня попробуем? — Алексей Петрович нашел, на мой взгляд, разумный выход.
— Да мы на самом спокойном не смогли секунду продержаться! — в сердцах бросил неподдельно расстроенный ясельничий, — Эхх! Буянка, тпру, тебе говорю! Чего развыступался?
В итоге еще три раза попробовал прокатиться на своенравной скотине, прогресс определенно есть! Но не в смысле, что мы поехали, просто травм стало меньше, ибо с ходу готовлюсь к прыжку и откатываюсь от строптивца как можно дальше. Однако такими темпами и десяти лет не хватит для освоения верховой езды, скорее всего этот коняра меня раньше в могилу отправит! Даже упрямый ясельничий пошел навстречу и повел в конюшню, где стояли боевые кони, принадлежащие роду Романовых.