Магия вооружает (ЛП)

— Я не знаю.
Придется позвонить Джиму и предупредить его, чтобы он исключил из команды, работающей над делом Анапы, любых шакалов. Лучше не искушать судьбу.
— Не меняй тему. — Кейт пристально посмотрела на меня.
— А какая была тема?
— Рафаэль.
— Ах, эта тема. — Я сунула в рот кусок гирос. — Я уже сказала, что еще не решила. Все сложно.
Кейт опустила вилку, оперлась локтем о стол и подперла кулаком подбородок:
— Я не тороплюсь.
Было неправильно лгать своей лучшей подруге. Даже если это скорее умалчивание. Я описала ей свои чудесные романтические приключения.
— Не могу поверить, что ты поцеловала черного волхва! — Изумилась Кейт.
— Получилось как-то тепло.
— Тепло?
— Ну, знаешь, не жарко, не холодно, просто умеренно тепло. На самом деле, я даже чувствую себя немного виноватой. Роман хорошо целуется. Мне должно было понравиться больше. Кроме того, лобзание с ним — это наименьшая из моих проблем. — Я перечисляла по пальцам. — Проход в зону IM-1, взлом и проникновение в офис Анапы, убийство демона Анапы, взлом и проникновение на место преступления, кража улик, угроза подвешивания за кишечник мирного жителя. . Боюсь твоя подруга ушла, и больше не вернется. Вместо этого у тебя появилась сумасшедшая буда.
— О чем ты, балда. Моя подруга никуда не уходила.
В этом вся Кейт. Как только она становилась вашим другом, она оставалась им. Навсегда. Я оскалила на нее зубы.
— Это кого ты называешь балдой?
— Тебя. Позволь мне сложить все воедино: значит, вы с Рафаэлем поссорились и не стали разговаривать, потому что чувства каждого были задеты и вы оба решили продолжать ранить друг друга, ведь ни один из вас так и не извинился. Затем Рафаэль притворился, будто у него есть невеста, с которой у него на самом деле ничего не было, а ваши чувства стали еще больше на пределе, потому, что ты вернула его только для того, чтобы сказать, что между вами все кончено; после этого он окончательно сходит с ума и выцарапывает «МОЯ» на твоем кухонном столе; но ты, тем не менее, решила поцеловать черного волхва, который до этого не сделал ничего ради тебя, и сейчас Рафаэль перевёз все свои вещи в твою квартиру.
— Да. — В целом, так все и есть.
Кейт наклонилась ко мне.
— Когда я была маленькой, Ворон как-то отвез меня в Латинскую Америку. На телевидении тогда еще крутили регулярные программы, и в течение недели по одному каналу показывали занятную любовную драму. Там было полно всяких привлекательных людей. .
Я ткнула в ее сторону вилкой.
— Ты хочешь сказать, что наши отношения похожи на испанскую мыльную оперу?
— Я не хочу сказать. А говорю это.
— Ты спятила.
Кейт усмехнулась.
— Вы в последнее время не обменивались такими многозначительными, мучительными взглядами?
— Жуй грязь, Кейт.
— Возможно, у него есть брат-близнец?.
— Ни слова больше.
Она захихикала на своем стуле. Я попыталась улыбнуться в ответ, но моя улыбка, должно быть, вышла угрюмой, потому что Кейт перестала смеяться.
— Что такое?
— Я облажалась. — Мне не хотелось этого говорить. Оно само вырвалось. — Я сопротивлялась и боролась против присоединения к Стае, а теперь сама вступила в нее. Я же не идиотка, соображаю. Я понимала, что это рано или поздно случится, ведь присоединение к оборотням пойдёт мне только на пользу. Не понимаю, почему я так долго противилась этому. Теперь вот Рафаэль. Он ведет себя как нелогичный психбольной, но я еще больше одержима им. Это похоже на зависимость, Кейт. Я могла бы просто сдаться и помириться с ним, но не могу. Что не так со мной?
— Ты ненавидишь, когда тебя заставляют, — сказала Кейт.
— Ты не права. У меня нет проблем с подчинением.
— У тебя нет проблем с подчинением, когда ты добровольно соглашаешься принять условия. Ты сама приняла право Ордена отдавать тебе приказы. Если бы кто-то другой пришел и попытался заставить тебя вступить в Орден, ты бы дралась с ним до последних сил. Тетушка Би пыталась заставить тебя присоединиться к Стае, поэтому ты отказывалась. Но теперь ты присоединилась на своих собственных условиях, добровольно приняла ее авторитет, и согласилась с этим, потому что это было твоё решение, а не ее.
 
— А Рафаэль?
— Рафаэль — придурок, без сомнения. Испорченный, иррациональный, сложный. Но ты любишь его, и при этом чувствуешь давление неисправленных ошибок. Потому что у вас двоих было что-то потрясающее, но ты помогла этому исчезнуть, и теперь считаешь себя виноватой. Все в ваших руках — вернуть все как прежде. Только сначала нужно простить друг друга.
— И когда ты стала такой мудрой?
Кейт вздохнула.
— Я провожу все свои среды в зале заседаний, слушая обращения оборотней. Ты не поверишь, как часто они пытаются использовать суд Стаи для решения личных любовных перипетий. Слушай, Энди, что бы ты ни решила, я на твоей стороне. И, если тебе нужна помощь, я помогу. Просто скажи мне, что надо сделать. Если хочешь сидеть здесь и хандрить — я найду носовой платок.
Платок, хех?
— Тогда ты должна пойти со мной.
— Куда?
— В дом Рафаэля. Пришло время расплаты.
— О нет. Еще один случай взлома и проникновения? — В глазах Кейт вспыхнул озорной огонек.
— Мне не придётся взламывать и проникать. — Я вытащила из кармана связку ключей Рафаэля и звякнула ими. — Он оставил мне этот замечательный комплект запасных ключей. Было бы жалко ими не воспользоваться.
Кейт засмеялась.
Я заранее сделала необходимые звонки, еще перед отъездом на встречу с тетушкой Би. Мой зловещий план уже был приведен в действие.
Я взяла свой розовый бокал.
— За шикарную месть!
Кейт подняла свой бокал, и мы звонко чокнулись ими.
— Это должно быть что-то действительно крутое, — сказала она.
— Поверь мне, это будет грандиозно.
*** *** ***
Входная дверь дома Рафаэля была распахнута. Мгновение спустя Кейт появилась в дверях ванной комнаты. На ней был пластиковый костюм химзащиты.
— Все чисто, — сообщила она. — Сейчас двадцать минут после полуночи. Он скоро будет дома.
— Почти готово.
— Мы бы уже закончили, если бы ты не настояла на том, чтобы поработать и над ванной.
Я вытерла пот со лба. Я потратила почти двенадцать часов, используя каждую каплю своей силы и скорости оборотня. Кейт помогала, особенно с разрезанием вещей, но я хотела, чтобы в доме был только мой запах, поэтому ей пришлось завернуться в пластик, а на мне были лишь майка и капри, и я старательно потела, оставляя свой аромат повсюду.
— Почти готово, — пообещала я.
Кейт резко повернулась. Мгновение спустя я тоже услышала это — какой-то грохот у входной двери.
— Я проверю, — Она направилась к двери с решительным выражением лица.
Через мгновение я приклеила последнюю полоску и высунула голову наружу.
У входной двери стояла Кейт, крепко скрестив руки на груди.
Это была ее фирменная поза противостояния Кэррану. Какого черта здесь делал Царь Зверей?
Я спустилась в прихожую.
— Во-первых, ты не вернулась домой. — В голосе Кэррана отсутствовал юмор. — Во-вторых, мне сообщили, что моя подруга задерживается в доме Рафаэля. А у тебя не могло быть никаких веских причин находиться здесь.
— Вы шпионите за мной, Ваша Пушистость? — спросила она.
— Нет, — сказала я, выходя в дверной проем. — Джим держит дом Рафаэля под наблюдением.
Кэрран посмотрел на меня, затем посмотрел на Кейт.
— Месть, — произнесла она. — Я позже объясню.
Что-то зашипело. Мы трое подняли глаза наверх. На соседней крыше поднялась темная тень, я узнала Шона, одного из людей Джима. Помяни черта.
 
— Он идет, — прошипел Шон. — Рафаэль идет.
Вот дерьмо.
— Помогай! — Кейт вытянула руки вперед.
Кэрран схватил защитный костюм и разорвал его пополам, стащив с нее. Кейт мигом сунула костюм в ближайший мусорный бак.