Магия вооружает (ЛП)

— Он был расстроен проигрышем на аукционе?
— Изначально он выиграл его, но разрешения не были должным образом оформлены, поэтому оно перешло ко мне, как предложившему вторую самую высокую цену. В небоскребе много ртути. Из-за термостатов. Когда здание рушится, ртуть вытекает на дно. Прежде чем берёшься за утилизацию, ты должен доказать городу. .
— Что достаточно квалифицирован, чтобы безопасно удалить ее, — закончила я за него. — Я помню. — Однажды я была с Рафаэлем, когда он подавал документы на разрешение. — Ты бы сказал, что Анапа способен на убийство?
— Да. Но я не думаю, что он убил моих людей. Похоже, у него нет мотивации. Я наблюдал за ним, когда он проиграл патент. Он просматривал какие-то бумаги, которые его помощник сунул ему под нос. А затем махнул рукой и сказал: «Да, что ж. Се ля ви.» И ещё он пригласил меня на свой день рождения перед отъездом.
Интересно.
— Третий участник торгов?
— «Гарсиас Констракшн». Я давно знаю Гарсиас. До того, как я начал, они находились в этом бизнесе уже около десяти лет. Семейное дело. В основном они занимались утилизационными работами среднего объема и не проявляли больших амбиций примерно ещё два года назад, пока Эллис не перенял компанию от своего отца. Они продвинулись очень быстро, слишком быстро и купили права на огромный жилой комплекс. — Рафаэль снова поморщился. — Такой жуткий дом. Я бы его не купил.
— Слишком дорого?
— Не слишком дорого для покупки, но слишком дорого для работы. Судя по тому, как он рухнул, там пришлось бы перевернуть тонну щебня, прежде чем можно было добраться до чего-то приличного. Слишком много человеко-часов. Эллис начал это в мае, а в феврале прошлого года Гарсиас все еще копались в нем, и дошло до того, что часть здания рухнула. Погибли семеро рабочих. Очевидно, Эллис вложил все свои ресурсы в здание и позволил страховке аннулироваться. Страховые компании действительно нас ненавидят. Выплаты зашкаливают. Гарсиас поступили честно и в любом случае заплатили пособие по случаю смерти из своего кармана. После этого компания прекратила свое существование.
— Так как же они могут позволить себе делать ставки на «Синюю Цаплю»? — Спросила я.
— Поговаривают, они получили крупные инвестиции. Это была их попытка вернуться в бизнес. Они порядочные, трудолюбивые парни, Андреа. Они не убили бы мою команду.
— Но кто-то это сделал, Рафаэль. Что насчет продавца?
— Город Атланта.
Это точно тупик.
— Ты знал о хранилище?
— Нет. — Он нахмурился. — Рианна, одна из охранников, только недавно родила ребенка, три месяца назад. Это был ее второй день на работе. Ник — ее муж. Ты помнишь Ника Моро?
— Ник плотник? Тот, что переделывал нашу, нет, извини, твою кухню?
Рафаэль кивнул.
— Да.
Я вспомнила Ника. Он рассказывал всякие смешные истории, когда устанавливал шкафы, показал мне фотографию своей жены и сказал, что она самая замечательная женщина на Земле. Он говорил, что они пытаются завести ребенка, и если это окажется мальчик, они назовут его Рори, а если девочка, то они все равно дадут ей имя Рори.
Рафаэль дразнил его, что они ставят ребенка на смех, на что Ник направил свой молоток на него и сказал, что, если он хочет раздавать советы по именам детей, пусть сначала заведёт своих несколько.
— Это девочка? — тихо спросила я. — Малышка Рори?
— Мальчик, — ответил Рафаэль.
А теперь его мама умерла. Я бы сама достала этих ублюдков из-под земли. Нашла бы и заставила заплатить.
Я пришла в себя.
— Спасибо за сотрудничество. Мы закончили. Я сообщу тебе, когда у меня появится зацепка.
Разговор окончен. Убирайся к черту из моего офиса и моей жизни.
— Разберись с этим.
Рафаэль поднялся со стула и ушел.
*** *** ***
Единственное, что у меня осталось — это работа. Все остальное пропало. Я найду убийц. Я бы нашла их, даже если это было последнее, что я сделаю. Я должна разобраться с делом, чтобы помешать им убить кого-либо еще, чтобы дать пострадавшим месть и утешение, и больше всего мне это нужно, чтобы доказать себе, что я все еще чего-то стою.
 
Я вытащила телефонную книгу и отыскала три адреса участников торгов.
Запах Рафаэля все еще витал в комнате. Я зарычала на него, но он отказался бесследно испариться.
Во мне кипели боль и разочарование. Я была слишком взвинчена, мое тело напряжено, и я хотела выстрелить во что-нибудь, чтобы выпустить всю боль, накопившуюся внутри.
Итак, Рафаэль заменил меня семифутовой тупицей, ну и что? Скатертью дорожка. Мне без него лучше.
Задняя дверь открылась со слабым скрипом. Асканио вошел в офис и замер.
— Что? — спросила я.
Он разинул рот, его глаза расширились.
— Говори уже!
— Буфера, — выдавил он.
У женщин-оборотней не было груди в форме воина. В ней просто не было необходимости. У женских особей была либо плоская грудь, либо ряды сосков. У меня же были настоящие груди. Покрытые мехом, но все же вполне узнаваемые взрослые женские сиськи.
— Ты ведь не первый раз видишь грудь, не так ли?
— Гм. Нет.
— Тогда перестань вести себя как дурачок.
Асканио со звуком захлопнул рот.
— Не нарывайся на Рафаэля, — предупредила его я. — Если будешь пытаться, он порежет тебя на маленькие кусочки и оставит их ровной кучкой на полу. — Мне пришло в голову, что мне по душе мой звериный тембр. Он был глубже, мощнее и звучал лучше. Своего рода привлекательная женщина-монстр.
— Ну, не знаю. — Он наградил меня взглядом, полным подросткового высокомерия. — Думаю, ему пришлось бы туго.
— Нет, не пришлось бы. Однажды мы дрались с собакой размером с двухэтажный дом. Рафаэль оторвал ей одну голову.
Асканио моргнул.
— Одну?
— Их было три. — Я встала и вытащила из сумки сменную одежду. Другая «я» была примерно на двадцать пять процентов крупнее, но моя футболка с длинными рукавами неплохо растягивалась. Я натянула ее и надела штаны. Теперь они больше походили на капри и туго облегали мои икры.
— Я ухожу.
— Прямо так?
Я вытащила нож и разрезала подол штанов. Так намного лучше.
— А кто меня остановит?
— Но ты. . не в человеческом обличие.
Да, и мне надоело стыдиться того, кто я есть. Я пристально посмотрела на паренька.
— Если я снова захочу стать человеком, мне необходимо будет вздремнуть. У меня нет времени на сон. Если у кого-то есть проблемы с тем, как я выгляжу, пошли они к черту.
— Э-э-э. .
— И перестань смотреть так ошарашено. Я же прикрыла грудь, не так ли?
— Но я все еще знаю, что они там. Я их видел.
— Дорожи памятью. — Я взяла сумку со стола.
Асканио прыгнул перед дверью.
— Могу я пойти с тобой?
— Нет.
Он захлопал своими ресницами передо мной.
— Я буду предельно тихим.
— Нет.
— Андреа, мне надоело оставаться здесь одному. Пожалуйста, пожалуйста, можно я пойду с тобой? Я буду хорошо себя вести.
Последние несколько недель он сидел взаперти в офисе, сначала из-за полученных травм, а затем из-за того, что выздоровел, и мы хотели, чтобы таким он и оставался.
— Я иду искать убийцу. Если ты пойдешь со мной, то можешь быть ранен, когда мы столкнемся с неприятностями на пути. И тогда мне придется провести очень неприятный разговор с тетушкой Би, который будет выглядеть примерно так: «Ты не присоединилась к клану, ты рассталась с моим сыном, и ты позволила этому милому драгоценному мальчику пострадать.»
Асканио демонстративно взял мой стол одной рукой и поднял его на четыре фута над землей.
— Меня беспокоят не твои мышцы. А твои мозги. Или отсутствие таковых.
 
Он поставил стол на место.
— Пожалуйста, Андреа.
Он сходил здесь с ума и проводил учения, используя метлу в качестве вспомогательного инвентаря. Я могу его понять. Была на его месте.
— Умеешь водить? — Если бы я полностью откинула сиденье назад, я бы поместилась в джип, но вести машину с моими габаритами и трёхдюймовыми когтями довольно проблематично.