Вик Разрушитель 4 (СИ)

— Да зачем ты мне мертвый нужен? — я сдул пыль со старого рассохшегося табурета, чудом не вывезенного прежними обитателями. Вот для чего эта рухлядь людям, переехавшим в новые красивые дома? Разве что в качестве музейного экспоната, чтобы внукам показывать.
Осторожно усевшись на него, я взглянул на Ворона, застывшего на середине комнаты, бывшей когда-то гостиной, с наручниками на запястьях. Куан категорически не согласился снимать их с моего старого приятеля, опасаясь какого-нибудь подвоха. Хм, приятель… Какой мне Ворон приятель? В сиротском доме наши отношения никогда не были дружескими. Старшие ребята постоянно шпыняли младших и норовили сделать наше существование чуточку невыносимее, утверждая личное верховенство над нами с помощью силы. Это называлось незатейливо: «чтобы жизнь медом не казалась».
— Ну как же, — кисло улыбнулся Ворон и покосился на Куана, устроившегося на подоконнике. Сквозь грязные, вечность не мытые окна лился тусклый свет дня. — Вы нас поймали как преступников, держите в подвале вместо того, чтобы передать полиции, потом с помощью шамана привязал наши души к тебе. А если подумать, зачем мы нужны вам?
— Если отдадим вас полиции, можете с жизнью прощаться, — сказал я уверенно. — Князь Вадбольский за своего сына головы оторвет не задумываясь. Не сейчас, но позже — точно. Чтобы спастись, будете всю жизнь от него прятаться. Мне кажется, шаманский ритуал для вас выгоднее. Хотя бы спокойно спать будете, пока не понадобитесь.
— Тебе? — уточнил Ворон.
— И мне, и шаману. Отец считает его очень сильным колдуном, и эта привязка обязывает вас куда серьезнее относиться к поступкам. Одна ошибка — и я потребую чью-ту душу.
Пусть подергается. Вон как съежился, глаза забегали в испуге. Рассказывать недругу, что его не коснулась длань Куана только по моему желанию, в планы не входило. Когда человек боится на расстоянии, у него еще остается ощущение свободы, но мысль о возмездии точит душу.
— С трудом верится, что ты из княжеского рода, — Ворон переступил с ноги на ногу. — Кто бы мог подумать… Маленький неуклюжий пацан, которого обзывали «жирной колбасой», вдруг изменился до неузнаваемости. Знаешь, а ведь я тебя узнал, когда ты проезжал в том такси возле дома Вадбольских. Узнал, но сам же засомневался.
— Я никогда не плакал, когда вы издевались над нами, — напомнил я. — Больше всего хотелось вцепиться в ваши глотки и душить, чтобы вы пощады просили и плакали.
— Разве это издевательство? — поморщился парень и покрутил кистями рук, стараясь размять их. — Так, баловство злых детишек, вынужденных жить под одной крышей. Все мы были зверьками. Надеюсь, на мне не станешь срывать свои обиды?
— Нужно больно, — фыркаю в ответ, осознавая, насколько я сейчас выше Ворона. — Ты лучше расскажи, как до такой жизни докатился. Тебя же брали в обучение на какую-то фабрику или…
— Да ни на какую фабрику не взяли, — поморщился Ворон. — «Автомастерские братьев Володиных» — слыхал?
— Краем уха, — признался я.
— Ну вот, туда и законопатили с помощью Попечительского совета. Год работал подмастерьем, обучался всяким премудростям типа «принеси-подай», потом стали подпускать к ремонту автомобилей высокого класса, — Ворон почесал переносицу, подняв обе руки. — Я люблю с железом возиться, что есть — то есть. А потом вдруг ни с того ни с сего инициация произошла. Корежило всего три дня, в горячке валялся.
— Инициация в семнадцать лет? — я был удивлен. Даже Куан заинтересованно поглядел на Ворона. — Ты ничего не путаешь? У тебя же искра до этого была!
— Была-была, но сам же знаешь, какая слабенькая. Я мог элементалей воздуха на пару минут призвать, а чтобы какой-то убийственный вихрь создать — о том речи и не было. Когда выздоровел, почувствовал, что могу управлять своей Стихией куда лучше. Даже странно, почему так поздно…
— Ну, а дальше? — поторопил я замолчавшего Ворона. Меня заинтересовали слова скаута о любви к железу.
— Хозяева автомастерских не нарадовались. Я же мог теперь машину поднять, не прибегая к помощи домкратов, если такая необходимость появлялась. Пару раз попробовал, а на третий не удержал. Хорошо, что не так высоко поднял, на метр всего. Подвески живы остались… Да баловство все это и нарушение техники безопасности! Предупреждал Антона Ивановича, директора предприятия, что нет у меня таких сил, чтобы держать многотонную махину в воздухе. Для таких операций нужны два-три «воздушника». В общем, стали меня потихоньку поддушивать. Жалованье маленькое, жил в какой-то съемной дыре за пару рублей в месяц. Надоело, если честно. Вот тогда и встретился с Кавказом…
 
— Кавказ — это Максуд? — спросил Куан.
— Да, — кивнул Ворон, оглянувшись на моего телохранителя. — Я же говорил, что с железом умею работать, освоил схемы интеграторов, с артефактами на «ты». Познакомились случайно, разговорились. Вот он и предложил мне работенку. Сразу предупредил, что придется нарушать закон, но, если все делать тонко и без палева, никто никогда не узнает. И знаешь… мне понравилось. Да, мы преступали закон, но никто из пилотов не погиб, не покалечился настолько, чтобы вообще на ноги не встал. Да и что сделается одаренным? У каждого серьезного рода есть Целитель, запросто сращивающий сломанные кости. География поездок была обширной. Сам же знаешь, что бои в бронекостюмах — развлечение для большей части горожан. Вот и катались в Ярославль, Тверь, Владимир… Это только навскидку.
— То есть, вы устраняли конкурентов?
— Да. И за это мне платили хорошие деньги. Потом я ушел из автомастерских. Кавказ устроил меня на фиктивную должность в своей конторе. Он маклер.
— Если я правильно понял, члены вашей банды имеют постоянную работу, но как только поступает заказ, вы собираетесь и выезжаете на место? — Куан спрыгнул с подоконника и стал расхаживать по захламленному полу, откидывая носком туфли куски упавшей сверху штукатурки.
— Вы правильно все поняли, — Ворон пожал плечами. — Больше говорить нечего.
— Ты сказал, что умеешь работать с интеграторами, — напомнил я. — А создать механический экзоскелет с нуля сможешь?
— В одиночку не потяну, — мотнул бывший приютский головой. — Если будет команда, то вполне… А починить что-то, подладить, настроить — это без проблем.
Я задумался. Нет, в моей душе не всколыхнулось желание помочь Ворону только из-за того, что он пошел не по правильной дорожке. По мне, пусть и дальше шагает, если находит в том, что делает, какое-то извращенное удовольствие. Но сейчас мне нужен человек, который запустит работу моей мастерской. Мне нужен еще один «скелет», и сделать его должен я сам. Ни Зворыкин, ни Булгаковы уже не помогут, а значит, нужна группа механиков с инженером. А где достать квалифицированных работников, если большинство уже расхватаны или военными структурами или кланами?
— Есть желание поработать над моими заказами? — поинтересовался я, готовый к любому ответу. — У меня механический «скелет», который требует постоянного технического обслуживания. Хочу сделать еще один.
— А зачем тебе «механик»? — Ворон нешуточно удивился. — Ты же теперь богатый, проси у отца современный бронекостюм. Неужели откажет сыну?
— Нужен именно механический экзоскелет, — надавил я. — На интеграторах любой дурак сможет пилотировать.
— Дурак — не дурак, но он же куда удобнее, чем старое железо, — справедливо заметил Ворон и задумался. — Я бы попробовал, но Максуд башку мне отвернет, если узнает, что я ухожу из их команды.
— Твоему Максуду лучше затаиться в норе и сидеть тихо, пока я добрый, — мой голос зазвенел от злости. Опять вспомнилось, что Вадбольский мог серьезно пострадать в аварии. — А вашим работодателям точно не поздоровится, если хоть кто-то из вас вздумает и дальше заниматься подобными делами. Не забывай, что теперь их всех я держу в кулаке.
Для наглядности я поднял руку со сжатым кулаком.
— Один мысленный приказ — и сдохнут все. Даже в полицию обращаться не буду. А вот князю Вадбольскому могу шепнуть, кто был виновником аварии.