Вик Разрушитель 4 (СИ)

Умиротворенно слушая сочное рычание двигателя, ребята на какое-то время притихли. А у меня из головы не выходила одна мысль, которую я решил выяснить, но только после того, как приедем на место. Говорить с Назаровыми на опасную тему, когда рядом Куан, не хотелось. Ведь наставник, как ни крути, служит отцу. Он обязательно расскажет о странных друзьях его сына, о странных разговорах про разные миры…, да я уверен, что Куан уже анализирует все, что связано с моими друзьями.
Наконец, показалась Саввинская набережная, по которой Куан довез нас до Новодевичьих Прудов, где остановился и высадил, сам оставшись в машине. Он демонстративно показывал, что его интересы не идут дальше своих прямых обязанностей.
Сразу потянуло сыростью. Между расставшимися с листвой деревьями проглядывала водная гладь прудов, отражавшей свет фонарей и далеких рекламных щитов вдоль дороги. Жилые высотки были похожи на янтарно-жемчужные бусы, опоясавшие тихий парк. Где-то мелькали тени запозднившихся гуляк, но в целом здесь уже стояла тишина.
— А почему вам надо было ехать именно сюда? — задал я волнующий меня вопрос. — Вывезли бы вас в пригород. Там полно пустырей, откуда можно спокойно уйти к себе. И лишних глаз не будет.
— Ты что-нибудь про реперные точки слышал? — спросил Ярик
— Доводилось, географию изучаем, — хмыкнул я, уже догадываясь, что скажет Назаров.
— Я за время своих путешествий создал целую сеть реперных точек, чтобы выходить в нужном месте, а не заморачиваясь каждый раз гаданием, куда меня выбросит. Самые основные в Петербурге, Москве, Вологде и еще в нескольких важных для отца городах. Да, иногда приходится и с ним вояжировать. Одна из точек находится здесь и ведет точно в наше поместье.
— А Крым? Оттуда тоже можно попасть в Вологду?
— Да. Я же говорю, пришлось потратить несколько лет, делая привязки по местности. Первое время помогал отец, потом я сам взялся за дело.
— Вы же еще придете? — с надеждой спросил я.
— Я думаю, наш папа сам захочет с тобой пообщаться, — улыбнулась Полина, а Мишка постучал пальцем по циферблату наручных часов. Он переминался с ноги на ногу, словно хотел побыстрее уйти. — Ну все, давай прощаться!
Она раскинула руки и неожиданно крепко обняла меня как старшая сестра, из чьих объятий не хотелось выныривать. Потом пришла очередь Мишки и Ярика. Крепкие ребята, сжали так, что косточки захрустели.
— Слон! Лязгун! — негромко бросила в тишину Полина. — Ну и долго вас ждать?
Откуда-то из-за кустов ракитника, свесившего свои обтрепанные ветрами ветки в воду, вышли две массивные фигуры. Они подошли ближе и замерли за спиной Ярослава. Я был прав! Все-таки ребята не одни путешествуют, а с охраной. И ведь как ловко прятались, что я ни разу их не видел в поле зрения!
А сила Ярослава растет. Тащить через сопротивляющуюся ткань мироздания четырех человек — это не семечки щелкать. Я в теории представляю, сколько энергии нужно потратить только лишь для открытия портала. Ярик — монстр! И это в семнадцать лет!
Я не успел засечь момент перехода. Только что пять фигур стояли передо мной, плотно прижавшись друг к другу — и осталось лишь легкое фиолетовое свечение на сетчатке глаз и мягкий толчок воздуха в грудь. Освобожденная масса энергии всколыхнула деревья, прошлась по воде и рассеялась в пространстве, не привлекая ничьего внимания.
Куан встретил меня возле машины. Он молча распахнул заднюю дверь, машинально исполняя роль слуги, а я не стал напоминать ему, что нахожусь, вообще-то, в обычном парке, да еще в столь позднее время, и никто не оценит его игру. Кивнул в знак благодарности и замер на мягком диване, ощущая витающий в салоне тонкий запах женских духов.
Наставник тоже не торопился нарушать тишину. Он даже радио не включил. Уютно подсвечивалась приборная панель, внутри что-то сыто пощелкивало, то и дело салон освещался пролетающими мимо уличными фонарями.
— Мне докладывать князю о твоих друзьях? — неожиданно спросил Куан, не отрываясь от дороги.
— Нет. Я давал слово, что не нанесу вред их семье, — ответил я, скрывая удивление. — Еще не пришло время.
 
— Я хочу быть уверенным в твоей безопасности, и что подобные визиты не нанесут вред, в первую очередь, тебе.
— Не переживай, Куан. Никто не узнает, откуда мои друзья.
— Будь ответственным, — обронил наставник и замолчал до самого дома.
****
Ломакин умел быть невидимым, когда этого требовала ситуация. А интуиция прямо-таки вопила, что нужно удостовериться, в самом ли деле появившаяся в жизни княжича Андрея троица Назаровых — дети его врага… Нет, неправильно. Мальчишка из уничтоженного рода не был ему врагом никогда. Упрямым, дотошным и цепким противником, которого толкала на месть обида за причиненные его девушке страхи — да, был. Но врагом… Ведь он не сделал ничего плохого для княжны Тамары, даже наоборот — следил, чтобы его помощники пальцем не прикоснулись к племяннице императора. Разве что магический препарат, введенный в ее кровь, мог вызвать какие-то побочные действия. Но об этом Странник не знал.
Дети Никиты, как он понял, должны были со дня на день куда-то уехать. И Ломакин подозревал — куда. Поэтому на следующее утро маг занял удобную позицию неподалеку от дома, где жил Андрей, подъехав на белом «Сатурне», выпрошенном у старшего механика семьи Тучковых на пару-тройку дней. Пришлось мотивировать это тем, что «Сенатору» требовался технический осмотр: масло там заменить, прокачать тормоза, смазать все, что мажется — в автоделе Странник не был силен. Механик согласился, только выпросил разрешение покататься на его машине, якобы для проверки всех узлов. Почему бы и не уважить доброго человека?
Главное, сейчас его «Сатурн» не бросается в глаза. А сидя в салоне, комфортно наблюдать за перемещениями молодых людей. Назаровых он отслеживал целый день с одной целью: увидеть, каким образом ребятишки уйдут в свою Явь. К его удивлению, они не торопились. Ходили целый день по московским улицам, заглядывали в магазины, посетили кинотеатр, купили зачем-то гитару.
В тот вечер Странник по обыкновению снова занял свой пост напротив подъезда, настраиваясь на очередное бесплодное наблюдение. Отметил, что подъехала «Спектра», из которой вышла весьма симпатичная девица, в которой он узнал певичку Анжелику Салтыкову. Ломакину стало ясно, что молодежь устраивает небольшую вечеринку и подумал было, что пора прекращать маяться дурью. Ему ли бояться мальчишку Назарова? Пусть все идет так, как идет.
Но ближе к десяти часам вечера маг оживился. Телохранитель княжича Николай подогнал к подъезду «Фаэтон». А куда на ночь глядя гонять машину? Явно не вечернюю Москву показывать. Назаровы собирались в обратный путь — эту мысль Странник почувствовал столь пронзительно и ясно, что все остальное просто вылетело из головы. Азарт охотника, заглохший в нем, казалось, навсегда, всколыхнулся волной и заставил бурлить кровь.
Он не ошибся в своих предположениях. Назаровы точно собирались домой. Куан привез их на Новодевичьи Пруды, которые в этот час уже опустели. Да и погода не располагала к долгим прогулкам по едва освещенным дорожкам. Оставив машину возле входа в парк, Странник поспешил в сторону остановившегося «Фаэтона», ориентируясь на габаритные огни. Используя чары невидимости, он подобрался поближе, прячась за густыми кустами. Хорошо, что ребятишки не стали углубляться далеко в заросли. Встав возле ракитника, опустившего свои гибкие ветки в стылую воду, Назаровы попрощались с княжичем Андреем и отошли в сторону.
А вот дальше стало интересно. К ним присоединились еще две фигуры. Телохранители, уверенно определил Ломакин, вглядываясь в разбавленную отраженным от воды светом фонарей и дальних реклам. Они все время были с ними, но не показывались на глаза.
Неяркая, бледно-сиреневая вспышка вытесненной из пространственного тоннеля энергии, осветила берег, оставив на сетчатке глаз тающее изображение эллипса, который поглотил Назаровых. Потянуло невероятным холодом, как будто открыли громадную морозильную камеру.