Вик Разрушитель 4 (СИ)

Куан на мою эскападу ответил, что я не заболел, а отравился переизбытком энергии. Слишком много ее взял, сначала отбиваясь от огненных конструктов, а затем еще и добавил для завершающего удара. Вот и захлебнулся. Хватило бы и небольшого количества. Лучше бы научил сбрасывать… ну, это я уже ворчу. Наставник мне реально помогать стать сильнее. Прогресс, хоть и медленно, идет.
Пробегаю мимо детской площадки с каруселями и разнообразными горками. Это так называемая точка отчета. Значит, осталось еще два круга — пять километров. Тропинка делает плавный поворот вдоль пожелтевших кустарников — и вдруг замечаю впереди пару крепких парней в тренировочных трико и майках, обтягивающих впечатляющие торсы. Причем, у обоих одинаково короткие стрижки, массивные затылки, мощные шеи. Они неторопливо бежали за стройной девицей в сером спортивном комбинезоне, обтягивающем точеную фигурку, за которую приятно цепляется взгляд. Тугой хвост чуть ли не до пояса, собранный из светлых волос, болтается по ее спине, длинные ноги в спортивных кроссовках отмеряют метр за метром, но я, даже не ускоряясь, обгоняю парней, и догнав незнакомку, пристраиваюсь сбоку, периферийным зрением успеваю разглядеть бегунью. Красивая, с пропорциональными линиями лица. Черные стрелки бровей подчеркивают притягательность больших карих глаз с оттенком легкой синевы. Слышал теорию, что по цвету радужки можно определить у одаренного его стихийную направленность. Если девица — носитель искры, то явно «дружит» с Водой или Воздухом.
Она покосилась на меня с таким видом, словно кипятком ошпарила. Нет, надменности в ней не было ни на грош, больше недовольства, что кто-то нарушил ее уединение. А взгляд у девицы очень и очень пробирающий, и в то же время с невероятным смешением насмешки и любопытства.
— Доброго утра, боярышня! — приветствую я, сбавляя ход. И чертыхнулся, потому что незнакомка тут же ускорилась, причем сделала это почти незаметно, и мне только оставалось лицезреть ее спину.
Догоняю.
— Я тут немного заблудился, — делаю попытку пошутить, — не знаю, как из парка выйти. Поможете?
— Бегите все время прямо, авось найдете нужную тропинку, — бегунья посмотрела на меня без намека на улыбку, но зуб даю, она только что смеялась. В глазах до сих пор плещется веселье и изумление от моей наглости.
Только открыл рот, чтобы закрепить мимолетное знакомство, как меня неожиданно оттеснили от девушки двое бегунов-крепышей и ловко взяли в «коробочку», замедлив мой ход.
— Оу-оу! Полегче, судари! — до меня вдруг дошло, что эти парни не иначе телохранители незнакомки. А она-то непростая штучка, выходит! Или княжна, или из серьезного дворянского рода. На пальцах, правда, не было никаких украшений, только золотые сережки с крохотными камешками-капельками насыщенного голубого цвета.
— Дергай отсюда, шкет, пока ноги не переломали, — довольно грубо произнес один из рынд.
— Ближе, чем на пятьдесят метров не приближайся, — добавил второй, как две капли воды похожий на приятеля. — Кивни, если понял.
— Да понял-понял, — проворчал я, разглядывая двоих из ларца, одинаковых с лица. Где только таких подбирают? Внешность ускользающая, не за что уцепиться. Но морды угрожающе опасные. — Только у вас приказы разнонаправленные, толком ничего не понял.
— Беги за нами, умник, и не вздумай выскакивать вперед, или ускоряйся, чтобы тебя не видели, — приказал первый. — Не твоего поля ягодка.
— Хоть подскажите, кто она такая? — неуклюже пытаюсь вызнать страшную тайну.
— Меньше знаешь — крепче спишь, — хохотнул напарник первого, и они оба рванули вперед, довольно быстро нагнав свою сопровождающую.
— Ладно, без вас разберемся, — проворчал я и неторопливо затрусил следом.
Незнакомка сделала еще один полный круг и сошла с дорожки неподалеку от центрального входа в парк. В сопровождении рынд проследовала к большим кованым воротам, за которыми стоял «Сенатор» цвета мокрого асфальта, точь-точь такой же модели, как и у Евгения Сидоровича — моего советника и родового мага. Что могла дать мне эта информация? Ну, девица вряд ли из княжеского рода. Такие тачки относятся к сегменту дорогих, но не престижных машин. Скорее всего, будь она дочерью аристократа, разъезжала бы на «Венере» — спортивные кары сейчас очень популярны у большинства высокородных молодых людей — или ее возили бы на солидном бронированном внедорожнике.
 
А может, я ошибаюсь в своих оценках.
Но то, что она дворянка голубых кровей, и возможно, хорошо известна в аристократическом обществе — есть такое предчувствие. Лет ей шестнадцать, не больше. Можно сказать, мы ровесники. Но вот почему она бегает в парке, который расположен в «купеческом» районе? Это меня и смущало.
А так-то неправильно девица поступает. Ей сейчас необходимо походить, привести дыхание в норму, иначе все эти пробежки — псу под хвост. Мышцы закостенеют, молочная кислота свое дело сделает, будет весь день морщиться от дискомфорта.
В задумчивости я вернулся домой, и сразу понял, что Куан занялся стряпней. Из кухни пахло свежими лепешками. Наставник гремел посудой и напевал что-то на своем родном языке. Но умудрился услышать, как я пришел. И еще будет утверждать, что он не кумихо?
— Молодой господин, это вы?
— Все прикалываешься, Куан? — я заглянул на кухню, оценивая степень готовности завтрака, чтобы присесть за стол. Наставник стоял у плиты и шуровал сковородой, на которой румянились маленькие аккуратные лепешки. Поверх рубашки на нем был надет цветастый фартук. — Почему только здесь я слышу истинные слова, а на людях ты рта не раскрываешь?
— А зачем они нужны? — не оборачиваясь, спросил Куан. — Как говорят русские? Перед свиньями бисер метать? Пусть судят по поступкам и делам. Они видят, с каким уважением я отношусь к своему молодому господину, а выводы пусть делают сами.
— Ладно, философ, пойду ополоснусь, — я решил, что пока рановато чаевничать. Еще не все тесто использовано. — Ты омлет с сыром и зеленью сделаешь?
— Через десять минут будет готово, — был ответ.
Не торопясь, я смыл с себя пот, потом сделал контрастный душ, поочередно меняя очень горячую воду на ледяную. Почувствовав, как меня распирает энергия, тщательно вытерся до красноты кожи, и не надевая трусов, обмотался большим банным полотенцем.
Куан неодобрительно покачал головой, когда я сел за стол, но не стал поучать, как вести себя высокородному молодому господину. Он поставил передо мной тарелку с пышным омлетом, посыпанным мелко рубленной зеленью, полную кружку крепкого чая с сахаром, одуряюще вкусно пахнущие лепешки, и только потом присел напротив.
— Приятного аппетита, — сказал я. — Это очень вкусно.
— Ты еще не пробовал, — прицеливаясь вилкой в свою порцию омлета, ответил Куан.
— Я верю в твои кулинарные способности.
Быстро сметав омлет, я приступил к поеданию лепешек.
— Сегодня в парке встретил девушку. Никогда не видел ее у нас. Можешь узнать, кто она такая?
— Зачем тебе это? — Куан мелкими глотками пил чай из малюсенькой фарфоровой чашки.
— Любопытная особа, — я пожал плечами, поедая очередную лепешку. — Да и интересно, что она делает в парке с двумя телохранителями?
— Даже так? — Куан хмыкнул. — Княжеская дочь?
— Не уверен, что именно так. Но высокородная, зуб даю.
— Хо! Зубами-то не разбрасывайся, — пошутил наставник и поставил чашку на стол. — Ладно, постараюсь выяснить, кто эта леди, понравившаяся тебе.
— Я не говорил, что она мне понравилась!
— Но подразумевал, — ухмыльнулся Коля-Куан. — Иначе зачем со столь малыми вводными заставляешь выполнять поручение? Ты хотя бы опиши ее.
Я постарался максимально точно дать портрет незнакомки с синевой в глазах. Куан слушал внимательно, изредка почесывая висок, что говорило о его серьезной сосредоточенности. Но, когда я замолчал, укоризненно поглядел на меня:
— Ты заводишь слишком много знакомств с девицами, не осознавая, какую проблему они создадут тебе в будущем. Или, как отец, хочешь привести в дом несколько жен?