Очень долгое путешествие, или Инь и Ян. Авалон (СИ)

— Ты удивишься, но так оно и есть — больше терпеть я не мог, — ответил он.
Бок о бок они поехали во главе отряда. Мона что-то тихо и возбуждённо шептала мне, но я не слышала. Какого чёрта здесь делает Иорвет? Если он здесь, то зачем Исенгриму была нужна клоунада с моим отъездом? Дающее решимость идти одной до конца, старательно взращиваемое, как чахлый росток, ощущение великого и одинокого ведьмачьего подвига, который я совершала ради Иорвета, разрушилось в дым, и теперь я только и могла, что в прострации сверлить взглядом его спину.
Когда шатры лагеря показались между деревьями, Иорвет приотстал от Киарана, пропустив вперёд скоя'таэлей. Мона с Роэлем пришпорили лошадей, и Туча с Бинки пошли бок о бок позади отряда. Я молчала, растеряв все слова. Иорвет потянулся с седла, перехватил поводья Тучи, и лошади остановились.
— Эйльхарт нет в Монтекальво, — сказал он.
— Письмо… — начала я.
— Ида получила его, настроила свои волшебные зеркала на Монтекальво и засекла след Филиппы, которая покинула замок, — перебил Иорвет. — Она обещала прибыть сюда в лагерь, как только узнает что-нибудь конкретное.
— Хорошо, — сказала я, старательно рассматривая гриву Тучи.
Иорвет помолчал, так и не отпустив повод моей лошади.
— Отдай кровь, — тихо сказал он.
Невольно я прижала руку к груди, где во внутреннем кармане куртки был спрятан пузырёк, и непонимающе уставилась Иорвету в сосредоточенное нахмуренное лицо. Отдать мой билет отсюда?
— Вот ещё! — воскликнула я.
— По-моему, ты не поняла того, что я пытаюсь сказать, — проговорил он, глядя мне в глаза. — Я пойду с тобой, как и обещал.
— Ты не можешь идти со мной, ты должен быть рядом с Исенгримом!
Иорвет усмехнулся.
— Я сообщил Исенгриму о своём решении. В Дол Блатанна я сделал всё, что мог, и теперь на время уйду в тень. Без меня эльфы договорятся быстрее.
Иорвет улыбался краешками губ и по всей видимости считал, что я должна прыгать от радости до небес, я же взбесилась так, что из-за нехватки воздуха не могла выговорить ни слова. Дурацкое объяснение в любви, расставание, два дня жизни с ощущением, будто я была раздавленной лягушкой, и ради чего? Чтобы Иорвет пошёл со мной, как это и планировалось с самого начала?
— Верни мне кровь, — повторил он.
Я одёрнула предательницу Тучу, которая нежно тёрлась мордой о шею Бинки.
— Кровь останется у меня, — воздух вернулся в лёгкие, и я жалела только о том, что рядом не было Исенгрима, чтобы высказать ему всё, что я о нём думаю. — У меня нет желания ждать очередной перемены эльфийских настроений.
— Что значит «эльфийских»?! — мгновенно рассвирепел Иорвет и притянул морду Тучи, намотав повод на кулак. — Может, мне стоит забрать мою собственную кровь силой?
— Попробуй! — зло ответила я.
Покачав головой, Иорвет отпустил повод, подал Бинки на пару шагов назад.
— Ты прошла со мной от начала и до конца. Не понимаю, почему ты вообще решила, что я не способен выполнить свою часть договора.
— Не понимаю, чем пузырёк с кровью у меня в кармане помешает тебе выполнять свою часть договора!
— Тем, что у тебя больше не будет возможности передумать и сбежать, чтобы искать Эйльхарт самостоятельно! — воскликнул он.
Из лагеря доносились голоса скоя'таэлей, приветствующих отряд Киарана. Лошади шагом шли рядом, и я смотрела, как на камешках на дне ручья играют солнечные блики. Мысли, наконец, отцепились от собственных страданий и обратились к Иорвету, который знать не знал об ультиматуме, поставленном мне Исенгримом. Очевидно, что моё неожиданное решение уйти должно было показаться ему полной блажью. Если бы я не подчинилась приказу Исенгрима, если бы не глупая ссора, мы остались бы вместе, и Иорвет был бы рядом со мной всё то время, что осталось. Я искоса глянула на него — он и был рядом, несмотря ни на что. Вздохнула. Расстегнув верхний ремешок куртки, достала пузырёк и протянула ему.
Иорвет кивнул, спрятал кровь в сумку, притороченную к седлу.
— Ждём Иду, — сказал он, пришпорил Бинки и, не оглядываясь, поскакал к лагерю.
 
Я смотрела ему вслед. Даже если мы и были рядом, но, очевидно, не вместе.
***
С Иорветом прибыло несколько долблатанцев, которые расселись на лавках вокруг стола, а вергенские торговцы, подкатив поближе телеги, показывали товар. Один из краснолюдов бухнул на стол мешок, развязал и, зачерпывая мощной ручищей зерно и любовно пропуская между пальцев, расхваливал его чистоту и цвет.
К дубу около моего шатра была привязана рассёдланная лошадь. У её копыт лежали сумки, а сверху — лук в чехле и полный колчан. Мне даже не нужно было заходить внутрь, чтобы догадаться, кем была новая соседка — Иорвет был здесь, значит и Верноссиэль околачивалась неподалёку.
Эльфийка сидела, согнувшись, у очага, и, подойдя ближе, я увидела, что она держала на коленях книгу.
— Взяла у тебя в гамаке, — сказала она, подняв голову. — Интересная?
Я метнула взгляд на свою сумку — она казалась нетронутой.
— Очень. Про любовь, которая закончилась, — ответила я.
— То, что надо, — Верноссиэль криво улыбнулась.
В голосе её не было ни радости, ни бравады.
— Можешь взять, я уже прочитала, — сказала я.
Она медленно и как будто в нерешительности провела пальцами по странице.
— Эта книга о дхойне… Но любовь же у нас и у вас одинаковая? — задумчиво спросила она.
— Не знаю.
Я ушла к гамаку и, расстегнув перевязь с мечами, сняла пояс с эликсирами.
— Думаю, что одинаковая, — Верноссиэль поднялась, кивнула мне, показывая на книгу. — В походе пригодится.
Я ничего не ответила, а она переминалась с ноги на ногу, глядя на меня, будто ей необходимо было выговориться.
— С Иорветом ничего не вышло, прошлое не вернуть, — тихо сказала она и вскинула голову: — Ещё пытался запретить мне ехать сюда за ним, ха! Я сама себе хозяйка! Душно мне в Дол Блатанна. Доберусь до Вергена, а там — вниз по Понтару…
— Охотиться на дхойне? — спросила я.
Верноссиэль неожиданно рассмеялась, и на её щеках появились ямочки.
— Если попадутся, им же хуже! Я хочу найти каждого скоя'таэля в Темерии и Редании, который ещё не знает о том, что у него появился новый дом, и привести сюда! А куда идёшь ты? Может быть, нам по пути?
Она присела, выставив вперёд ногу, чтобы перевязать сползшие голубые ленты, охватывающие мягкое голенище сапога, и вопросительно смотрела мне в лицо.
— Нет, — покачав головой, ответила я. — Нам точно не по пути.
***
Ида появилась после полудня, когда все сидели за столами и гоняли чаи. Кутаясь в тёмно-зелёный плащ, она вышла из незанятой палатки как ни в чём не бывало, будто жила там, и остановилась у входа. Я вскочила с лавки, с противоположного конца стола поднялся Иорвет.
— Дела плохи, — быстро сказала чародейка, заведя нас за шатры к пустующему столу. — В Монтекальво Филиппу ждали. Я засекла след, который довёл до Ринды, потом по Понтару до Хиппиры…
Ида откинула капюшон. Её лицо было бледным, а и без того большие глаза казались огромными.
— Она сняла защиту от поиска, но через двимерит не смогла докричаться ни до кого из нас. Если бы я не шла по следу, её бы не услышал никто.
— Двимерит? — переспросила я. — Филиппу схватили?
Ида достала из складок плаща свёрнутую в трубку карту, расправила на столе.
— Да, она рассказала. Жрец Церкви Вечного Огня Виллимер. Раньше служил в Вызиме — один из тех фанатиков, что возглавили охоту на ведьм. После смерти Фольтеста переметнулся под крыло Иерарха Хеммельфарта, который пожаловал ему отряд Охотников за Колдуньями и полуразрушенный замок на юге от Оксенфурта.
Тонким пальцем Ида провела по испещрённому горизонтальными чёрточками участку карты ниже Понтара до точки на одном из островов посреди прихотливой формы озера, соприкасающегося с болотами.
— Велен… — произнёс Иорвет странным сдавленным голосом.
— Они везут Филиппу к себе в замок, — Ида свернула карту и практически впихнула её Иорвету в руки. — Я никогда не была в друзьях с Филиппой Эйльхарт, но ни одна чародейка не заслуживает того, что скоро сделают с ней.