Безрассудная династия (ЛП)

— Доброе утро, — хрипит она.
— Похоже, у тебя была веселая ночь, — говорю я тихо, чтобы не разбудить всех остальных, кто все еще спит вокруг нас.
— Лучшая ночь в моей гребаной жизни, — сияет она. — Я не думаю, что смогу ходить неделю.
— Женщина, — ворчит глубокий голос, прежде чем ее снова тянут вниз. — Прекрати этот гребаный шум.
Посмеиваясь про себя, я ложусь обратно, но не раньше, чем замечаю другую пару, свернувшуюся калачиком на другой кровати в комнате. Эмми и Тео заключены в объятия, и я улыбаюсь, когда вижу, как плохой мальчик, наследник Семьи, обнимает свою девочку, как будто она единственное, что имеет значение во всем мире.
— Должен ли я волноваться, что ты проверяешь моих мальчиков вместо того, чтобы быть здесь, внизу, со мной? — шепчет Тоби, заставляя меня подпрыгнуть.
— Черт возьми, нет. Я просто смеялась над тем, какими плохими мальчиками они выглядят, когда обнимаются.
— О, мы все достаточно плохие, Демон. Лишь очень немногим избранным удается увидеть эту сторону.
— Что ж, мне выпала честь, — говорю я, снова устраиваясь рядом с ним, закидывая ногу на его бедро и обнимая его за талию.
— Привет, — говорит он с сонной улыбкой.
— Привет. Прошлая ночь была—
— Потрясающей, — заканчивает он за меня.
— Да. — соглашаюсь я
— Итак, что ты думаешь об этой работе? Ты хочешь помочь управлять этим местом.
Я качаю головой. — Это безумие, ты знаешь это, верно?
— Какая часть моей жизни не сумасшедшая, детка? Пришло время тебе отправиться в путь. — Говоря это, он двигает бедрами вперед, позволяя своему твердому члену задеть мою более чем нежную сердцевину.
— Как? — выпаливаю я. — Как эта штука все еще работает?
— Ты голая. У него однонаправленный ум.
— И не говори.
— Так что насчет поездки? — спрашивает он, шевеля бровями.
— У меня слишком все болит и похмелье ко всему этому, — смеюсь я.
Он перекатывает меня на спину и устраивается рядом, наши ноги переплетены, когда он смотрит на меня сверху вниз. От любви, льющейся из его глаз, у меня перехватывает дыхание.
— Тогда я приму несколько поцелуев и объятий, — ухмыляется он.
— О, ты примешь? — поддразниваю я.
— Я это сделаю.
Игнорируя то, что, как я знаю, является ужасным случаем утреннего запаха изо рта, он прижимается своими губами к моим и просовывает язык мне в рот.
Поцелуй такой сладкий, что у меня мурашки пробегают до самых кончиков пальцев на ногах.
И он не останавливается, пока я не начинаю извиваться от потребности в том, чтобы он углубил это, мое тело доказывает, что мой разум ошибается насчет того, что я не могу больше терпеть после восхитительного злоупотребления, которое было прошлой ночью.
Когда он, наконец, отстраняется, моя грудь вздымается, и я обхватываю рукой его затылок, чтобы притянуть его обратно к себе, еще не готовая потерять эту невероятную связь с ним.
Но он держится стойко, довольствуясь тем, что просто смотрит на меня сверху вниз своими припухшими губами и щенячьими глазами.
— Скажи мне, что ты переезжаешь ко мне, Демон, — он почти умоляет. — Мой дом — не дом без тебя в нем.
Мое сердце воспаряет от его слов.
— Тоби, — вздыхаю я, и он, кажется, воспринимает это как мое колебание сказать «да», что абсолютно не так.
— Твоя мама будет прямо внизу. Ты можешь сбежать от меня, когда тебе понадобится. И Бри находится всего в нескольких минутах езды на твоей машине. Ты нужна мне, детка.
Я улыбаюсь ему, опуская руку, пока она не оказывается прижатой к его сердцу.
— Нет другого места в мире, где я предпочла бы быть.
Весь воздух вырывается из его губ в порыве, как будто он физически задерживал дыхание в ожидании моего ответа.
— Да?
— Я люблю тебя, Тоби.
— Я тоже люблю тебя, детка. Ты спасла меня. Исправила меня. Ты напомнила мне о том, кем я являюсь на самом деле, и ты сделала его лучше. Ты — все. Все, — повторяет он, когда мои глаза наполняются слезами.
— Ты можешь кое-что для меня сделать?
— Что угодно. Просто назови это.
— В будущем, когда ты спросишь меня о чем-то не менее важном, например, о переезде к тебе, — он нетерпеливо кивает, и я знаю, что он думает точно так же, как и я, судя по тому, как возбужденно блестят его глаза, — может быть, на самом деле спросишь меня, вместо того, чтобы ставить перед фактом.
 
— Эх. Если это работает, зачем это менять?
Мой ответ на это прерывается еще одним из его поцелуев, от которых слабеют колени, и я закрываю глаза и позволяю себе утонуть в этом невероятном парне, который ворвался в мою жизнь и изменил ее в большем количестве способов, чем я когда-либо могла себе представить.
Все может еще быть запутано. Но вместе мы можем пройти через все. Я знаю, что мы можем.
КАЛЛИ
Пятью днями ранее…
Мои ноги двигаются так, как будто за мной гонится сам дьявол.
Ну, честно говоря, я в значительной степени в это верю. Просто сейчас он не в том положении, чтобы куда-то бежать. Я надеюсь.
Мое сердце так сильно колотится в груди, что, клянусь, я слышу это у себя в ушах.
Я не оглядываюсь назад.
Я не могу.
Если он там… если он не был таким спящим, как я думала, тогда я облажалась. По-королевски облажалась.
Я имею в виду, я в любом случае это сделала.
Когда он проснется и обнаружит, что я натворила, он будет охотиться на меня, как разъяренный бык, я не сомневаюсь.
Я просто надеюсь, что у меня будет достаточно времени, чтобы выяснить, как с ним справиться.
Черт. Как вы справляетесь с дьяволом?
Мои руки дрожат, а ноги едва держат меня, когда я лечу к лифту и своему спасению.
Я понятия не имею, что я собираюсь делать, когда выберусь из этого здания. Думаю, я разберусь с этим, как только прохладный весенний воздух коснется моих голых ног.
Все, что я знаю, это то, что я не могу остановиться.
Я нажимаю кнопку вызова лифта, подпрыгивая на пятках от нетерпения, не замечая, что он уже поднимался, прежде чем я нажала на кнопку вызова.
Я должна была заметить.
Я должна была спуститься по лестнице и убежать от того, кто неизбежно собирается выйти из него.
Я могу добавить эту ошибку ко всем другим, которые я совершила в эти выходные.
— Черт возьми, — шиплю я в ту же секунду, как он звенит, объявляя о своем прибытии.
Я собираюсь рвануть вправо, зная, что тот, кто там, не может видеть меня в таком состоянии. Если кто-нибудь из них узнает… если это Нико…
Черт.
Но я опоздала.
— Калли?
Я оборачиваюсь в ту же секунду, как женский голос достигает моих ушей, и я испускаю громадный вздох облегчения, когда вижу Брианну, лучшую подругу Джоди, стоящую передо мной с коробкой торта в одной руке и бутылкой розового просекко в другой.
— О… э-э… привет. Я должна—
Я киваю в сторону теперь пустого лифта и бегу к нему.
— Ты в порядке? — спрашивает она, несмотря на то, что ясно видит, что я не в порядке.
— Да, здорово. Ты никогда не видела меня, хорошо? — Я умоляю. Я понятия не имею, насколько она заслуживает доверия, но мне очень, очень нужно, чтобы она не разболтала Джоди и Тоби, как только войдет в его квартиру.
— Э-э-э. Нет, мы не играем в эту игру.
Прежде чем я понимаю, что происходит, она возвращается со мной в лифт и нажимает кнопку первого этажа.
— Я вызываю Uber. Куда мы направляемся?
— Домой, — шепчу я, моя нижняя губа дрожит, когда я понимаю, что она собирается помочь мне сбежать.
— Э-э… вот, напиши. — Она передает мне свой телефон, и дрожащей рукой мне удается ввести свой адрес, чтобы она могла заказать машину.
— Алекс действительно был настолько плох в постели, да? Он всё-таки тебя достал, милая?
— Что? Нет. Да. Черт, — рявкаю я, роняя голову на руки и разражаясь рыданиями.
— Вот, — говорит она, и когда я поднимаю взгляд, у нее в руке пара трусиков. — Они новенькие, не волнуйся. Они — моя пара на случай непредвиденных обстоятельств.