Костяная колдунья

– Не говоря уже о том, – скорее продолжила я в надежде на то, что все присутствующие забудут о мерзком словесном поносе и сосредоточатся на важных доводах, которые я приведу, – гобелен жизни это или нет, но то, как мы с Роганом оказались связанными, с самого начала было ошибкой во всех отношениях. Может ли все это сработать к лучшему или нет, но я не слышала, чтобы хоть что-то хорошее вышло, когда у человека отбирают право выбора и голоса. Можно ли при желании найти в этом плюсы? Уверена, что можно, но я не буду этого делать. То, что произошло, было в корне неверно, и это необходимо исправить.
Я чувствовала на себе взгляд Рогана, но не поворачивалась к нему. Не было и малейшей надежды на то, что он не посмеется надо мной из-за сказанного мной ранее. Но я хотя бы могла задержать это на некоторое время, притворившись, что его здесь нет.
Ковен молчал, а я наблюдала за тем, как семь магов и ведьм обдумывают и взвешивают мою речь.
– А ты, племянник, как относишься к тому, что было сказано и вынесено на твое рассмотрение? – спросила Алора.
Роган положил лодыжку одной ноги на колено другой и, кажется, обдумывал ее вопрос.
– Думаю, мне нужно больше узнать о процессе разделения, – наконец произнес он.
Я ждала, что он выскажет свое отношение к моим словам, но, впрочем, вопрос о предстоящем процессе разделения тоже был технически обоснован.
– Это опасно? Каковы риски? – продолжил он.
Дэйв смотрел на Рогана, слегка наклонив голову, словно внимательно к чему-то прислушивался.
– Что ж, – начал объяснять он, – сейчас вы связаны друг с другом. Вы можете использовать способности другого или все одновременно. С помощью взаимной связи вы можете отслеживать, где находится второй, и переноситься друг к другу. Связь действует, сближая вас, побуждая вас укреплять ее и использовать для защиты друг друга.
– Взаимные связи проявляются и развиваются по-разному в зависимости от чар тех, кто был связан, и от того, как они используются, – добавила Алора. – Например, наша связь со временем изменилась. С годами проявлялись разные способности и последствия. Однако из-за такого большого количества переменных мы не можем с уверенностью сказать, будет ли ваша связь развиваться и цвести или увядать и умирать, если на то будет воля связанных.
– Простите, вы сказали, что тоже связаны? – спросила я, совершенно ошеломленная ее признанием.
Алора тепло улыбнулась мне.
– Да. Я привязана и к мужу, и к жене, – пояснила она так, как будто в этих словах не было совершенно ничего особенного. – Поэтому Роган и обратился к нам за помощью, – добавила она так, будто это было очевидно.
На этот раз я посмотрела на Рогана, прямо ему в глаза, но он не поворачивался ко мне. Видимо, мы вернулись к той чуши из серии необходимо знать, от которой, как мне казалось, уже избавились. Я закипела от раздражения и начала терять терпение во всей этой игре в вопросы и ответы.
– Даже если мы разорвем взаимную связь сегодня, на это потребуется время. Мы не выясним, насколько глубока ваша связь, пока не проникнем в нее. Будьте готовы к долгому и непростому испытанию. Возможно, ваши чары будут сопротивляться разделению. Возможно, вы на некоторое время потеряете часть способностей или даже все, в зависимости от того, какой ущерб вам будет нанесен, если вообще будет. После этого у вас может возникнуть чувство одиночества или ощущение пустоты. Были случаи, когда разрыв связи проходил чисто и относительно легко. Но магия непредсказуема, и если уж ошибаться, то лучше исходить из осторожности, – объяснила Хармони.
Мне показалось, будто я прослушала рекламу какого-то рецептурного лекарства, в конце которой надо обязательно перечислить все чертовы побочные эффекты. Вероятно, я должна была чувствовать благодарность хотя бы за то, что в списке не было, скажем, недержания кала. Но я бы солгала, если бы сказала, что все остальные возможные последствия не напугали меня до чертиков.
Гнев вырвался изнутри и вонзился в меня, словно у него были когти. Я едва поборола желание разозлиться на Рогана за то, что он поставил меня в такое положение, в котором пришлось иметь дело со всем этим дерьмом. Но я сомневалась, что его родня правильно поймет мою истерику, и вместо этого, сделав глубокий вдох, сказала себе: в любом случае скоро все закончится.
 
– Итак, что нам нужно для того, чтобы приступить? – спросила я.
– Нужно собрать кое-какие ингредиенты и заклинания. Через час уже можно будет начинать, – заявила Алора.
Она наблюдала за мной, словно ждала моего сигнала. Я сделала паузу и кивнула в знак согласия. Ее серый взгляд переключился на Рогана. Должно быть, он тоже кивнул, потому что она улыбнулась и встала из-за стола.
Потом все происходило как в ускоренной перемотке. Дэйв увел Рогана, чтобы вместе отыскать в библиотеке необходимые тексты. Хармони посоветовала мне больше налегать на углеводы, чтобы подготовиться к тому, что произойдет дальше. Меня вынесло из комнаты, как Дороти в страну Оз, и чувствовала я себя так, будто меня оставил единственный знакомый человек на вечеринке. И вот я стою в окружении кучки незнакомцев, чувствую себя чертовски неловко и думаю, что делать: пойти подрыгаться на месте под музыку, пока знакомый не вернется за мной, попытаться завести светскую беседу с первым встречным или заглянуть в бездну с надеждой на то, что она смилуется и поглотит меня.
– Не могли бы вы показать мне, как пройти в уборную? – спросила я у рыжеволосого мага, имя которого снова забыла. Может, Уоррен?
Он отвел меня к ближайшему туалету. Я тут же закрылась в кабинке и попыталась прогнать мириады эмоций, которые требовали первостепенного внимания. Я вдруг поняла, что все происходит стремительно и в то же время как-то недостаточно быстро. Время превратилось в моего заклятого врага.
Я на минутку остановилась, чтобы взять себя в руки и передохнуть от всех этих внутренних метаний. «Я ведь сделала правильный выбор, правда?»
Отражение молча смотрело на меня, пока я брызгала водой на лицо. Заглянув в золотисто-карие глаза, я погрузилась внутрь себя и на некоторое время осталась там. Что оно мне сказало? Спустя несколько минут самоанализа я снова сосредоточилась на своем лице и кивнула.
– Я справлюсь, – сказала я девушке в зеркале и, произнеся эту отстойную напутственную речь, вышла из уборной.
Я поискала «Уоррена» в холле, но его нигде не было. После небольших сомнений я так и не поняла, откуда мы пришли. Я пошла от уборной налево, затем передумала и пошла направо.
Тут из-за угла внезапно высунулась голова, и я подпрыгнула. Когда женщина заметила меня, ее карие глаза, кажется, наполнились облегчением, и она поспешила ко мне, неожиданно громко топая.
Я заметила, как она быстро огляделась вокруг, будто проверяя, нет ли здесь кого-нибудь еще, а затем остановила на мне свой пристальный взгляд.
– Тебе не стоит ему доверять, – внезапно заявила она мне шепотом.
Я недоверчиво нахмурила брови, не зная, что на это ответить.
– Кому доверять? – наконец спросила я, не понимая, кого именно она имеет в виду.
– Изгнаннику, – уточнила женщина, наблюдая за моей реакцией и ожидая, что это известие меня удивит.
Я заметила, как у нее по спине пробежала дрожь, когда она сообщила шокирующую, по ее мнению, информацию.
– Ты не знаешь, что у него на уме, остеомант! Тебе стоит убраться от него подальше, прямо сейчас! Он опасен, – добавила женщина вдруг испуганным тоном, снова проверяя, не идет ли к нам кто-нибудь по коридору.
– Если пойдешь за мной, я помогу тебе уйти, но это надо сделать прямо сейчас, – скомандовала она и торопливо прошла мимо меня, словно у меня не было времени обдумать или обсудить то, что она сказала.
Сначала я поспешила за ней, потому что так обычно поступают, когда кто-то велит следовать за ним, а потом начинает стремительно убегать. Но потом до меня дошло, что это не самая лучшая идея. Я даже не знала, кто она, и принимать ее слова за чистую монету вдруг показалось неосмотрительным.