Костяная колдунья
Я подняла руку и подманила летящие снаряды, подняв их на такую высоту, чтобы они ни в кого не попали. Саксон следил за их передвижением; зрители мгновенно притихли. Внезапно на поляну вылетели длинные кости, и я указала им, где складываться. Вокруг слышались вздохи, но я отключилась от всего этого и сосредоточилась на своей задаче.
Медленно, кость за костью, складывались простенькие ступеньки. Стараясь не задеть ни пень, ни Саксона, я складывала кости до тех пор, пока не поняла, что для моих целей ступенек уже достаточно. Я наступила на первый слой, сложенный из костей ног верблюда, чтобы проверить его на прочность. Убедившись в том, что конструкция выдержит мой вес, я поднялась на самый верх невысокого пролета.
Когда я забралась на костяную башню, Саксон перевел неуверенный взгляд с нее на меня. Теперь мы стояли лицом к лицу. Я широко улыбалась, надеясь, что это хоть немного его обезоружит. А он пытался понять, что происходит и зачем мне подниматься к нему по этой лестнице.
– Привет! – произнесла я, помахав ему.
– Привет, – осторожно ответил он, и я заулыбалась еще шире.
Не доверять мне было вполне разумным.
– Видимо, я замахнулась на то, что мне не по зубам, – призналась я.
Саксон снова взглянул на кости, на которых я стояла, а я как ни в чем не бывало продолжала:
– Я сглупила, приняв вызов. И как бы ни было любезно с твоей стороны уверять меня в обратном, мы оба знаем, что я ни за что, черт возьми, не сброшу тебя с этой деревяшки.
Он опять взглянул мне в глаза. Я заметила, что он чуть-чуть расслабился.
– И тогда я подумала: раз уж мне его не победить и не получить то, чего я хочу, может быть, вместо этого мне достанется что-то другое, столь же заманчивое? – Я вглядывалась в его прекрасные золотистые радужки.
Интересно, такой необычный цвет глаз у него от ликанов или дело в обычной генетике?
– Что бы это могло быть? – спросил меня Саксон.
Ложка любопытства в бочке спеси – вот каким был его тон. Тогда я спросила прямо в лоб:
– Можно тебя поцеловать?
Саксон в замешательстве нахмурился и непроизвольно взглянул на мои губы, прежде чем снова посмотреть в глаза.
– Ты хочешь меня поцеловать? – уточнил он так, будто не понял просьбы.
– Да, только если ты не против.
Он некоторое время изучал меня, словно искал подвох, скрытый в глубине моих глаз.
– Ну ладно, – нерешительно ответил Саксон, явно не разглядев там того, что я задумала.
Пока он не передумал, я подалась к нему и нежно прижалась своими губами к его. Сперва он не ответил на поцелуй; это слегка меня разочаровало. Но я подумала: с первой встречной, еще и на публике – да он же застеснялся! Так что я не стала отстраняться, а приоткрыла рот и обхватила его верхнюю губу, слегка посасывая ее и предлагая перейти от дружеского поцелуя к большему, если он этого захочет.
Я твердо стояла на верхней ступеньке костяной башни и, обхватив его голову руками, зарылась пальцами в волосы и слегка поцарапывала его затылок. Тогда же я перешла к нижней губе, нежно покусывая ее и побуждая его присоединиться. К моему удовольствию, он принялся целовать меня в ответ.
Безучастные и нерешительные губы Саксона стали жадными и властными быстрее, чем слово «застенчивый» катапультировалось из моего сознания. Он притянул меня к себе, обхватив руками за спину, и у меня вырвался удовлетворенный стон. Дразнясь и проверяя его, я провела кончиком языка по его языку. Он стал еще более требовательным, а поцелуй из плоского и неуверенного превратился в невероятно возбуждающий.
Он был хорош. Это был не лучший поцелуй в моей жизни, но все же приятный. Поначалу он совсем неумело обращался с языком, но я показала ему, как мне нравится покусывать, сосать, дразнить и вращать, и он, все это уловив, стал повторять за мной. Когда наши губы начали двигаться в плавной гармонии, я потянула его за волосы, а он в ответ зарычал. Мы слились в нарастающем порыве ненасытных губ и задиристых языков. Наши тела еще сильнее прижались друг к другу, а руки с жадностью исследовали и распаляли друг друга.
Внизу живота скапливалось возбуждение. От размышлений о генеральном плане я перешла к тому, где мы с Саксоном могли бы уединиться. Казалось, лучше тактического преимущества, чтобы застать его врасплох, мне не найти, но я уже сама была готова пропасть вместе с ним на всю ночь. Кто бы знал, насколько мне сейчас было необходимо снять напряжение. Руки Саксона скользнули вниз по спине, и это помогло обуздать путаные мысли. Как бы я ни была заинтригована нашей бесспорной физической совместимостью, мне очень нужно было заполучить кость кроленя. Вопрос лишь в том, чего я в тот момент хотела больше.
Саксон обхватил мою задницу своими ручищами, многозначительно сжал ее, призывая обхватить ногами его талию. Может быть, он сам сойдет с бревна, чтобы подбросить дровишек в огонь, разгоревшийся между нами, но если он этого не сделает…
Прогнав все сомнения, я приняла окончательное решение. Маячившая передо мной ночь безудержного секса могла бы стать грандиозной, но кость кроленя была превыше всего. Готова спорить: в этом была вина предков. Если бы неделю назад кто-то сказал, что я предпочту кость возможности переспать с настолько горячей штучкой, я бы, на ходу скидывая одежду, просто расхохоталась, готовая на все.
Я немного откинулась назад, всем телом показывая Саксону, что пора это все заканчивать. Хотя наверняка спутала все карты, целуя его при этом еще неистовее. Саксон прижался сильнее с явным намерением не отпускать меня. Все, на что меня хватило, – сдержать улыбку, вызванную его откликом. Втянув его нижнюю губу в рот с непристойным стоном, я еще сильнее прижалась к нему грудью.
Я была готова сделать следующий ход, который так ясно себе представляла: отзову чары из костей под ногами, башня рассыплется, и под действием силы тяжести я начну падать. Саксон почувствует, что я ускользаю, а я постараюсь свалиться на него всем своим весом, как мешок с песком. Поскольку он проявил способности в искусстве поцелуев и, надеюсь, был джентльменом, то постарается уберечь меня от внезапного опасного падения. Мне, конечно, придется, применив все свои актерские способности, сделать вид, будто я вот-вот сорвусь с настоящего обрыва, а не с метровой высоты. Но если я все разыграю как надо, Саксон оставит свою позицию на пне ради того, чтобы я оказалась на земле в целости и сохранности.
Я еще немного отклонилась назад, чтобы Саксон оказался в как можно более неудобном положении, когда я отзову свою магию через три… два…
Вдруг откуда ни возьмись кто-то отдернул меня от Саксона. Губы лишились его обжигающих знаков внимания, а руки оторвались от его шеи. Наши тела отделились друг от друга с такой скоростью и силой – я даже не сразу поняла, что происходит.
«Какого черта?»
За моей спиной раздалось рычание. Саксон ответил на него еще более грозным рыком, устремив золотистый взгляд на того, кто нарушил мои планы.
– Помеха в игре! – выкрикнула я в знак протеста, пытаясь высвободиться из хватки того, кто бы меня ни держал.
Буквально на глазах заветный рог кроленя выскользнул у меня из рук, так что я собиралась устроить неплохую ликанскую взбучку любому, кто посмел встать у меня на пути. Я уже было подумала, что это разъяренная ревнивая девушка или даже парень с пеной у рта от злости на то, что я перешла все границы. Но когда мне наконец удалось развернуться настолько, чтобы увидеть, кто схватил меня за талию, словно в тиски, по-собственнически рыча, я совсем не ожидала увидеть Рогана.
При виде него я была так потрясена, что мозг на секунду завис, будто не в силах считать происходящее и обработать при помощи серого вещества. В изумлении я отпустила костяную лестницу, и она развалилась, но на это уже никто не обратил внимания.
– Ты что творишь? – пролаял Саксон, слезая с пня и угрожающе шагнув вперед.
Роган по-прежнему тянул меня прочь.
– А это считается? – слишком уж отчаянно прокричала я, указывая на опустевший пень.