Шиноби Скрытого Хогвартса (СИ)

— Гермиона, а я тебя предупреждал! — торжествующе заявил Драко. — Тебе придётся отказаться от какого-то предмета. У тебя же не получится быть в двух местах сразу? Индивидуальные расписания составлены для всех потоков, ты не сможешь посещать занятия с другим факультетом, как говорила.
В принципе, если бы здесь получались теневые клоны, это было бы вполне возможно, но теневые клоны, как ни пыжься, на магии не выходят.
— Профессор МакГонагалл уже вчера поговорила со мной по этому поводу, — ответила Гермиона.
— И что? — спросил я.
— Всегда есть решение, — передёрнула плечами она. — Ладно, я опаздываю. Увидимся на трансфигурации.
— Да, до Северной башни, в которой проходят прорицания, далековато идти, — спохватилась и Келла. — Пока.
Остальные девчонки тоже поспешили на урок. Невилл и парни, которые выбрали маггловедение, двинулись на второй этаж.
— Гарри, как насчёт индивидуальной тренировки? С магией? — спросил Малфой. — Я как раз хотел тебе показать, что у меня начало получаться.
— Идём, — кивнул я. — У меня тоже для тебя есть парочка задумок.
* * *
После обеда состоялся урок УЗМС. У нас он был вместе со Слизерином. Кстати, Келла сказала, что никто из слизеринцев не выбрал прорицания, там вообще были только наши, несколько девчонок с Хаффлпаффа и Падма Патил с Рейвенкло. Невилл на обеде сказал, что маггловедение ведёт та светленькая женщина, которая появляется в замке трижды в неделю. А тётка в смешных очках и увешанная бусами и побрякушками, которая периодически появляется на праздниках за столом учителей — Сивилла Трелони — профессор прорицаний.
До этого УЗМС было почти теоретической дисциплиной, да и профессор Кеттлберн часто болел и уроки у нас через раз отменяли, пару раз только приносил небольших магических существ в клетках, и тех не выше чем второго класса опасности. Так что посмотреть на животных вне замка мы вышли впервые.
Хагрид встретил нас возле своей избушки и сопроводил к загону.
— Вставайте все вдоль изгороди, чтобы всем было хорошо видно. А теперь откройте свои книжки…
— И как это сделать? — спросил Драко.
— Что? — осёкся Хагрид, посмотрев на нас.
Все достали свои «Чудовищные книги о чудовищах» из сумок. У Драко, как и у меня, книга была перевязана верёвкой. Блейз стянул книгу ремнём. Дин запихнул гримуар в тесную папку с молнией. Гермиона воспользовалась скотчем. Симус — изолентой. Келла закрепила страницы мощными зажимами. Невилл плотно перемотал грозный фолиант тонким шпагатом, которым подвязывают растения. В общем, у всех каким-то образом эти книги были усмирены: скрепками, бечёвками, липкими лентами и прочим.
— Как их открыть-то? — спросил Рон.
— Неужели никто не открывал? — немного расстроенно спросил Хагрид.
Все помотали головами.
— Это просто. Надо только погладить корешок, — удивлённо, словно само собой это разумелось, сказал Хагрид. — Вот так.
Он забрал у стоящей ближе всех к нему Лаванды книгу и снял скрепки. Учебник тут же попытался его укусить, но Хагрид уже успел погладить корешок. Книга издала странный утробный звук, вздрогнула и раскрылась.
— И какой идиот придумал так зачаровать книги? — пробормотал Драко. — Их, оказывается, надо было гладить! Вот бы ни за что не догадался.
— А я думал, это понятно, — услышал его Хагрид, — они же такие… милые.
Его удивление и какая-то детская обида были так явно видны, что мы, переглянувшись, только вздохнули.
— Ну вот… Учебники у вас есть теперь. Но… Главное же волшебные существа, верно? Ждите здесь, я сейчас приведу кое-кого!
Хагрид быстро развернулся и ушёл за деревья.
— Ладно, попробуем открыть эту книгу, — почувствовав на себе взгляды остальных, сказал я, доставая кунай и перерезая верёвку.
— Осторожно, Гарри! — ахнул кто-то из девчонок, но я уже успел погладить корешок. Книга послушно замерла. Да и после открытия и раскрытия больше не пыталась ожить и начать откусывать пальцы.
— Какое-то разовое колдовство, которое делает их такими агрессивными, — пояснил я, прислушиваясь к своим ощущениям. — Давайте свои книги, будем их гладить и приручать.
 
Мы разделились на несколько групп и быстро нейтрализовали чары, помогая девчонкам. Теперь у всех были просто книги, с необычной обложкой.
— Ой, смотрите! Смотрите! — выкрикнула Лаванда.
Мы оглянулись. С конца загона на нас неслись десяток здоровых необычных животных, а за ними, притормаживая и удерживая цепи, прикреплённые к широким кожаным ошейникам, рысил Хагрид.
— Кто это? — спросила Гермиона.
— Это гиппогрифы, — узнал существ я.
Все они были разного цвета: чёрные, сизые, белые, рыжие и вороные. Задняя часть действительно больше всего походила на лошадиный круп: короткая лоснящаяся шерсть, пышный волосяной хвост, копыта или что-то на них похожее. Передние лапы были трёхпалыми с явными когтями и больше напоминали птичьи. Также птичья голова с крупными и ярко-оранжевыми глазами, мощным, хищно загнутым клювом. Небольшой хохолок. Сначала крыльев я не разглядел, так как они были такого же цвета, как круп, и плотно прижаты к телу, поэтому издалека казалось, что к нам несутся странные лошади с птичьими головами.
— Но! Но! Вперёд! — подбадривал Хагрид свою упряжь без повозки.
Мы попятились. Но он остановил гиппогрифов у изгороди и прикрепил цепи к специальным столбам частокола.
— Знакомьтесь, ребята, это — гиппогрифы! — довольный произведённым впечатлением, Хагрид сиял. — Ну как? Красавцы, да? Если хотите, можете подойти поближе.
— Класс опасности ХХХ, — вспомнил я. — Должен справиться любой квалифицированный волшебник.
У грифона, которого мы наблюдали на ферме мистера Зерваса, класс опасности был на один больше, и сейчас я видел, что, как и сказал Снейп-сенсей, эти существа вряд ли близкие родственники. Слишком уж они отличались, несмотря на определённое сходство и «полуорлиность».
— Гиппогриф — зверь очень гордый, — вещал Хагрид. — Никогда ему не грубите. Они всё понимают. Не то на белом свете не заживётесь. Гиппогриф всё делает по своему желанию и любит церемонии. К нему надо подойти, поклониться и ждать. Если гиппогриф в ответ поклонится, то можно погладить. Но если не поклонится, то лучше не трогать, а отойти подальше. Когти гиппогрифа невероятно остры и прочны как сталь. Ну, кто хочет первым познакомиться с гиппогрифом?
— Я хочу! — вызвался я.
— Гарри! Осторожней! — воскликнули девчонки.
— Ты уверен? — спросил Драко с сомнением в голосе.
— В любом случае, я всегда смогу увернуться, — пожал я плечами.
— Удачи, Гарри! Удачи! — зашептался народ.
Я перемахнул через изгородь, которая отделяла класс от гиппогрифов и Хагрида.
— Я готов.
— Молодец, — растроганно воскликнул Хагрид. — С Клювокрылом ты должен поладить. Сейчас! Стой там.
Он подвёл поближе к изгороди сизого гиппогрифа и снял его ошейник.
— Спокойно, Гарри. Смотри ему прямо в глаза и старайся не моргать. «Глазной контакт» называется это. Гиппогрифы не верят тем, кто часто моргает.
Мне стало интересно, может, у них тоже какие-то способности к ментальному воздействию или внушению мыслей, похожие на волю грифонов? Из-за того, что им надо кланяться, гиппогрифов принимают за родичей грифонов?
Клювокрыл поворачивал ко мне то один глаз, то другой. В отличие от грифонов, глаза гиппогрифов располагались так, чтобы одновременно видеть всё по бокам. Точно как у голубей, и такие же оранжевые. Скорее всего, слепое пятно у них находилось прямо перед клювом, если успеешь, конечно, ударить.
— Хорошо, Гарри, кланяйся, — подсказал Хагрид после минуты разглядываний.
 
Я склонил голову, искоса наблюдая за тенью гиппогрифа. Если как-то опасно дёрнется, сразу отпрыгиваю.
Клювокрыл уркнул и тоже поклонился, забавно согнув чешуйчатые колени. Я выпрямился. Наши глаза стали на одном уровне.
За спиной дружно выдохнул весь класс.
— Гарри, — сипло прошептал Хагрид, — можешь погладить его клюв.