Шиноби Скрытого Хогвартса (СИ)

— Но как? — удивился Снейп-сенсей. — Лагерь был под куполом антиаппарации. В лучшем случае можно было попытаться аппарировать в пределах лагеря, но не куда-то ещё. Меня оттуда забрал эльф Хогвартса, которого прислал директор.
— Ну да, а все остальные стояли в очереди, чтобы получить порт-ключи в свои регионы, — вспомнил я слова Луны, Чжоу и Рона.
Когда всё немного успокоилось и моё чувство опасности перестало верещать, я сбегал до палатки семьи Чанг. К счастью, они не пострадали, к тому же их периметр тоже был необычно укреплён, так что бегущие и паникующие маги обходили синюю палатку стороной.
— Значит, провокация, которая сразу работала в нескольких направлениях, — подытожил сенсей, загибая пальцы: — напугать обывателей тем, что Пожиратели ещё живы и остаются где-то на свободе безнаказанными, дискредитация Крауча, а также семьи Малфой. Похищение Барти-младшего, чтобы ещё сильней дискредитировать Крауча. Вывести его из гонки за министерское кресло. И кто может за этим стоять?.. — криво усмехнулся Снейп-сенсей, оглаживая несуществующую бороду.
— Думаю, что за этим стоит Дамблдор, — раздался голос, и к нам в гостиную вышел Барти Крауч.
То, что он стоит в коридоре, я почувствовал ещё тогда, когда мы заговорили про то, что мой план был сыроват. А если судить по довольно блеснувшим глазам сенсея, он это почувствовал тоже.
Нет ничего более притягательного для умника, как вставить правильный ответ, над которым другие ломают голову.
Снейп-сенсей встал, внимательно оглядывая своего старого друга.
— Мальчишка неплохо меня приложил, — рассматривая меня, заметил Барти, — я совсем не ожидал подобного от подростка. Подумал, что пацан просто заблудился или перепутал в темноте палатки. Вряд ли бы меня узнал кто-то из детей его возраста, так что я просто хотел его вывести и позвать Винки. А оказалось, что этот паренёк пришёл именно за мной. Твой сын, Северус?
— Нет, Барти, — ответил Снейп-сенсей, — это мой ученик. Хотя иногда и я многому учусь у него. Позволь тебе представить Гарри Джеймса Поттера. Гарри, это Бартемиус Крауч-младший.
— П-Поттер? — удивлённо рассматривал меня Барти. — Тот самый?..
— Единственный в своём роде, — не удержался я от шуточки. — Хотите перекусить, сэр? Вы, наверное, проголодались. Мы с профессором Снейпом уже позавтракали.
— Отец говорил, что ты работаешь в Хогвартсе, Северус. И что ты с потрохами принадлежишь Дамблдору, — не обращая внимания на моё предложение, сказал Барти. — Где гарантия, что ты не побежишь докладывать своему хозяину, что я у тебя? Если учесть, что на Чемпионате охотились именно за мной.
— Ну, допустим, что ты не у меня, а в Блэк-хаусе, где я такой же гость Гарри, как и ты, — хмыкнул сенсей. — А что касается Хигэканэ, — он подчеркнул тоном нашу кличку директора, — то в своё время он взял с меня несколько непреложных обетов за обещания, которые не выполнил. Но среди этих обетов я не припомню ни одного, который бы вынудил меня предавать своих друзей. К тому же, он мог влиять на меня из-за старых грехов и клейма преступника, но с некоторых пор я чист, — сенсей закатал рукав и продемонстрировал предплечье. — Я избавился от метки, и теперь Хигэканэ лишился своего главного козыря. Правда, он пока не знает об этом.
Барти некоторое время гипнотизировал взглядом руку Снейпа-сенсея, а потом с облегчением выдохнул.
— А я вот всё думаю, — прервал их переглядки я, — если вам удавалось прятаться и скрываться столько лет, откуда Хигэканэ вообще узнал о том, что вы живы? Расслабились и потеряли бдительность?
— Думаю, что Дам… Хигэканэ рассказала об этом Берта Джоркинс.
— Джоркинс?.. Что-то знакомое, — хмыкнул Снейп-сенсей, присаживаясь в кресло и делая Барти приглашающий жест.
— Она училась на пару курсов старше тебя, весьма глупая и недалёкая женщина, — закатил глаза Барти. — Берта работала в отделе отца и, насколько я понял, решила осчастливить давнего вдовца. Не знаю, было у них что-то или нет, где-то в начале лета Берта каким-то образом нашла и пришла в наш дом. Как я понял… Э… Ну, она хотела, — Барти чуть покраснел. — В общем, она весьма решительная, пусть и недалёкая особа. Некоторые женщины творят истинные чудеса, когда хотят выйти замуж.
 
— И она узнала о вашем существовании? — вклинился я.
— Что-то вроде, — кивнул Барти. — Винки, пытаясь её выгнать, кажется, проговорилась, или Берта услышала наш разговор, в котором я приказал Винки избавиться от неё. Я точно не знаю. Но отец был в ярости. А потом сказал, что Берта внезапно совсем слетела с катушек и ничего обо мне не помнила. Отец перевёл её в другой отдел. Вот только я уже однажды наблюдал такое… И я был уверен, что Берта побежала к нашему «самому светлому волшебнику». К кому же ещё? И после этого, чтобы она никому не растрепала, он выпотрошил её память. Отец сказал, что недавно она взяла отпуск и куда-то отправилась. Он вздохнул спокойно, но я… Мне казалось, что надо мной завис дамоклов меч.
— Вы сказали, что уже наблюдали такое, — напомнил я. — Значит, нечто подобное уже было и Хигэканэ что-то сделал?
— Ну, а из-за чего тогда я попал в Азкабан?.. — невесело скривился Крауч-младший. — Я был весьма неудобным свидетелем и всеми силами пытался вызнать правду.
— Правду о чём? — насторожился сенсей.
— О том, что же случилось с Рэгом… С Регулусом Блэком, моим лучшим другом.
В коридоре было слышно, как ахнула с портрета леди Вальбурга.
  
Часть 2. Глава 17. Цепочка воспоминаний
 
23 августа, 1994 г.
Англия, Лондон, Блэк-хаус
Барти Крауч сел в кресло и дотронулся большим пальцем нижней губы, я такой жест замечал за сенсеем, когда он обдумывает, что сказать.
— Мы с Регулусом были лучшими друзьями. Познакомились ещё в «Хогвартс-экспрессе», поступили на Слизерин, сидели за одной партой, жили в одной комнате, проводили вместе каникулы, имели одни увлечения. Он был мне как брат, — тихо произнёс Барти, коротко взглянув на меня. — В тот год, когда мы поступили в Хогвартс, началась магическая война. Это было тяжёлое время для Слизерина. И ещё более тяжёлым это время было для меня, ведь мой отец возглавлял Департамент Магического правопорядка. Мы с Регулусом старались держать нейтралитет, просто учиться, не вмешиваться во вражду факультетов и ни во что не встревать. Правда, не всегда это выходило. У Блэков горячая кровь, так что к концу пятого курса Рэг стал довольно хорошим дуэлянтом: он всё время защищал меня. Я знаю, что родители Сириуса, мистер Орион и леди Вальбурга, поддерживали Тёмного Лорда, не официально, но разделяли его политические взгляды. От меня Регулус знал и оборотную сторону такой политики и войны, поэтому взглядов родителей не одобрял. Впрочем, он не объявлял об этом так же открыто, как его старший брат — Сириус, который закончил Хогвартс в семьдесят восьмом.
Он замолчал, явно погружённый в свои воспоминания.
— Когда мы с Рэгом перешли на шестой курс, война достигла своего апогея, — только я хотел спросить, что было дальше, продолжил Крауч-младший. — Сириус окончательно разругался с родителями и перебрался в Годрикову Лощину. На летних каникулах Рэг пытался поговорить с братом, но натолкнулся на непримиримость и вражду, а также узнал, что все слизеринцы, по определению, заодно с Волдемортом. Не знаю, было ли это отправной точкой, но когда Регулуса в который раз пригласили на одну из тайных встреч, он пошёл. Я отговаривал его, но мой друг что-то задумал и даже поссорился со мной на публику, заявив, что последние декреты моего отца о применении непростительных аврорами это слишком. Почти весь первый триместр шестого курса мы не разговаривали, но из слухов, которые ходили на факультете, я слышал, что Тёмный Лорд очень ценил Регулуса. Он родился в декабре шестьдесят первого, так что семнадцать ему исполнилось перед Рождеством. После зимних каникул Рэг появился с тёмной меткой на предплечье.
 
Барти снова умолк и закусил губу.