Шиноби Скрытого Хогвартса (СИ)
Я посмотрел на крёстного, который смутился от этих слов.
— Да, я помню, мне мама что-то такое рассказывала, очень давно, в детстве, — подал голос Драко. — Ещё с этим связан ритуал принятия и Объявление Наследника, верно? Когда мне исполнилось девять, был праздник и много подарков подарили…
— Считается, что именно из-за этого все ритуалы введения в род совершаются в девять лет. А крайний срок пробуждения магии — восемь, — продолжила леди Вальбурга. — В опасный период между восемью и девятью годами родовое гнездо может убить ребёнка-сквиба. Поэтому таких детей отдают и не позволяют им возвращаться, — она пристально посмотрела на меня. — Отрезают от Рода. Когда ты упомянул о своём дедушке, я хотела тебе это рассказать, но тема для тебя была болезненная, и я не решилась ворошить прошлое.
Я кивнул, подумав, что для этих детей-сквибов в любом случае главным будет то, что от них отказались, возможно, поэтому в обществе сложилось столь предвзятое отношение к «недоволшебникам». А аристократы не будут бегать и каждому объяснять, что и почему. Магглорождённые же, которые не знают всей подоплёки, вообще просто обвиняют магические рода в притеснении сквибов. Но так ли легко отказаться от собственного ребёнка? Бывает, что и в обычной маггловской семье рождается ребёнок-инвалид, не очень умный или получивший травму, которая не позволяет ходить. Есть специальные учреждения, куда можно отдать такого ребёнка, но не все это делают. А если выбор между существованием до девяти лет и полноценной жизнью, пусть и не в магическом мире? Жизнь ребёнка, но полный отказ от него, причём, скорее всего, какой-то магический и хитро заверченный ритуал, и отказ как раз самый настоящий, без контактов с семьёй. Кто знает, не помогали ли тому же Гансу Валентайну Хубе через посредников, всё же дед Гарри прожил довольно насыщенную жизнь и получается, что занимал не последнее место в мировой истории.
— Так вы считаете, что я не сквиб? — спросил Дадли, покраснев под проницательным взглядом нарисованной леди.
— После девяти лет сквибы не могут увидеть или войти в старинные родовые особняки. Простые, сокрытые чарами места — могут. Тот паб, который соединяет маггловский Лондон с Диагон аллеей, или ту платформу на вокзале, даже спокойно смогут попасть в Министерство Магии. Но, например, Хогвартс сквибам недоступен. Это слишком старый замок, там слишком много родовой магии. Когда-то поднималась тема, чтобы организовать в Хогвартсе что-то вроде приюта для сквибов, обучать их азам, всё же не все профессии требуют магии или махания палочками, это вам мистер Снейп может подтвердить. Помощник зельевара, на подай-принеси, вполне может быть сквибом.
— Это верно, — кивнул сенсей.
— Но в Хогвартс сквибы не смогли попасть, а когда их протащили туда через камины — начиналась такая же реакция, как и в магических особняках. Даже сильнее. Поэтому есть железное правило об учащихся строго по реестру Книги Выбора.
— Но, мама, а как же Филч? — спохватился Сириус. — Он же сквиб! И он работает завхозом в Хогвартсе уже целую вечность!
— Мистер Филч, — перебил крёстного я, — стал сквибом в стенах Хогвартса, и, скорее всего, из-за этого не может выйти из замка.
— Если это правда, возможно, так сработала защита учащихся, — кивнула леди Вальбурга. — Когда-то я входила в Попечительский совет и знаю довольно много странных историй, связанных с Замком Основателей…
— Завтрак готов, хозяйка, — появился эльф. — Кричер накрыл в столовой.
Домовик поклонился нам и уставился на Дадли.
— Чего это он? — громким шёпотом спросил меня брат, который замер перед эльфом. Про эльфов вообще и Кричера в частности я Дадли рассказывал, но на самом деле несколько не по себе, когда тебя так разглядывают с непонятными намерениями.
— Не знаю, — впрочем, уточнить у эльфа не получилось, так как Кричер попросту исчез.
— Позавтракайте, — дала нам напутствие леди Вальбурга. — Потом я хотела бы поговорить с каждым из вас.
Мы гурьбой прошли в столовую. Кричер расстарался. К чаю и кофе были тосты с джемом и маслом, варёные яйца в специальных подставках и даже жареные сосиски.
Информация, полученная от леди Вальбурги, заставляла задуматься. Дадли «не сквиб», потому что это нечто иное, чем я думал изначально, или потому, что он уже полтора месяца принимает настойку эльфэука, которая как-то стабилизирует магию? Для волшебников «сквибом» был человек, который не мог колдовать, но при этом частично соприкасался с магическим миром, вроде того же посещения Министерства или «Дырявого котла». А может, есть несколько «подвидов» сквибов? Или они разные? Из сквибов я знал ещё только старую кошатницу старушку Фигг, которая жила в Литтл-Уингинге. Ну и по идее можно было проверить тётю Петунью, которая ещё не принимала эльфэук. Увидит ли она особняк Блэков? Предлагать тёте настойку я пока не решался. Всё же она ещё кормит грудью, и неизвестно, как это скажется на Лили. Ну и они вроде счастливы с дядей, жизнь сложилась. Не знаю, стоит ли вообще о чём-то ей говорить. Может, только расстроится или ещё что.
Да и пока всё очень не точно с настойкой. Дадли и то я наказал, чтобы принимал с огромной осторожностью, и если вдруг что, если хотя бы что-то будет необычное — чтобы сразу мне сказал. Я даже пообещал, что после Чемпионата мы с ним сгоняем до Диагон аллеи вместе, чтобы он посмотрел на магический квартал, и что куплю ему сову почтовую. На всякий случай. У них там возле академии есть небольшой то ли парк, то ли лесок. Купим кого-то типа Стрелки Уизли — маленького, серенького и незаметного. Пусть живёт в этой лесополосе, а если понадобится, прилетает за почтой.
* * *
Чжоу мне написала ещё два письма, у нас завязалась довольно бурная переписка, так что послания приходили через день. Первое ароматизированное письмо заставило мою паранойю поднять голову, я показал его Драко, что вдруг это каким-то зельем облито, которое заставит меня влюбиться. Малфой поржал и прочёл целую лекцию о подобных составах и их влиянии, а Блейз, понюхав письмо, авторитетно заявил, что оно пахнет очень модными в этом сезоне у девчонок духами «Сладкая красавица» или «Красивая сладость», я уже не помню. Порадовался только, что у сенсея не спросил, а то бы много нового узнал о своих умственных способностях.
Рано утром, перед тем как мы посетили Блэк-хаус, я отправил Ураги с новым письмом к Чжоу. В финал вышли Ирландия и Болгария. Их игра будет завтра вечером.
Вчера ещё получил письмо от Гермионы, которая сообщила, что Рон Уизли позвал её на финал Чемпионата. Семья Уизли достала билеты, и они прибудут с утра двадцать второго. Гермиона предложила нам встретиться где-нибудь в палаточном лагере, чтобы мы с Драко всё им показали, что тут и где. Малфой сразу заподозрил, что Уизли решил заработать немного очков перед нашей отличницей. Дадли, когда узнал, что будет Гермиона, предположил, что она может нравиться Рону. Я прикинул, что, скорее всего, у их семьи был только один лишний билет, поэтому Рон не стал звать Дина, Симуса или Кевина — своих соседей по комнате. Потом только обид будет больше, чем радости. С другой стороны, Гермиона — хотя и магглорождённая, умненькая и красивая, а тут на самом деле рано всякие браки затевают. Кто знает.
Забавно, что, оказывается, про нас с Гермионой ходили те слухи, будто бы мы встречаемся. Наверное, из-за того, что она тогда со мной секретничала из-за хроноворота и мы вместе в Хогсмиде ходили, чтобы с Дэниелом повидаться…
Я написал Чжоу, что с Гермионой мы просто друзья и, подумав, приписал, что она очень нравится моему кузену. Это, насколько я знаю, девчонок успокаивает. Типа, я с Гермионой дружу, потому что мой брат имеет на неё виды, вот и приглядываю. Многим нужна какая-то определённая причина для дружбы парня с девушкой, и «она просто боевой товарищ» не прокатит.
* * *
После совместного завтрака мы вышли во внутренний дворик, чтобы проведать эльфэук и посмотреть, как дерево растёт.
В Лонгботтом-тауэре, Малфой-маноре и Запретном лесу эльфэуки были такими же высокими, но «наш» мне показался чуточку толще. На чёрной коре уже даже появились серебристые трещинки. А ещё более раскидистый, что ли.