Ректор для дерзкой (СИ)

«Повезло, — сказала Пион. — Я уж было начала нервничать».
Дыхание наконец восстановилось, и я выпрямилась.
— Надо уходить, — сказала тихо, оглядывая комнату. — Все проходы тоже наверняка осмотрят.
Красноватая мутная лампа свешивалась с низкого потолка, освещая два пути: по лестнице вниз, к выходу во дворик, и вверх — дальше вглубь школы. Прикинув местоположение, я поняла — отсюда можно попасть в кладовую обеденного зала. Нахождение студентов там также не приветствуется, но что делать? Выбора нет.
«Кстати, я, кажется, нашла то, что ты искала, — довольно произнесла Пион. — Бумажку целиком унести не смогла, но кое-что интересное тут имеется».
Двумя передними лапками Пион протягивала мне кусочек листика, буквально уголок от целого документа. Я осторожно взяла его и, пробежав глазами ненужные данные о реквизитах Исследовательского центра, прочла дальше: «… с благодарностью к поставщику ценных зелий: лаборатория Коммплайр».
***
Остаток дня я провела в библиотеке, пытаясь выяснить хоть что-то о лаборатории Коммплайр, хотя бы где она находится. Не сказать, чтобы это унылое, пахнущее книжной пылью крохотное помещение внушало хоть какое-то уважение или приязнь. Огромным усилием воли я заставляла себя просматривать карту за картой, списки торговцев, арендуемые помещения…
В конце концов раздраженно вздохнула.
— Вот что тебе стоило оторвать клочок чуть больше! — Я с укоризной покосилась на Пион. — Как мне теперь отыскать это место?
Пион недовольно щелкнула клешнями.
«Если бы меня лучше кормили, — ответила она, — может, подросла бы и смогла утащить свиток целиком».
Я хмыкнула, собирая вещи.
— Ну, это уже вопрос к мышам…
Решительно встала, развернулась и едва не угодила прямо в объятия Сомдейта. Как долго он вообще тут стоял?!
— Твое задание заключается в том, чтобы следить за мной? — возмутилась я, поправляя сумку. — В таком случае, стоит сделать лицо попроще, иначе выглядит непрофессионально.
Вот что за беда… Почему вместо нормальных слов с языка нет-нет да сорвется какая-нибудь гадость!
— А твое задание в чем заключается? — поднял бровь Сомдейт и ухмыльнулся. — Что вообще могло заставить тебя посетить библиотеку?
Для пущего эффекта он картинно развел руками.
— Да знаешь, — сказала, поджав губы. — Регенту понадобились кое-какие сведения…
— Хватит игр, Нила, — Сомдейт покчал головой и вдруг развернулся ко мне всем телом, преграждая выход. — И всех этих масок.
Друг стоял почти вплотную ко мне, и, кажется, решился на искренний диалог. Его глаза метали молнии, губы были плотно сжаты. Вдруг до боли захотелось прижаться к нему, такому родному и близкому — единственному, кто по-настоящему меня знал. Знал максимум из того, что я могу себе позволить рассказать живому существу.
— Нет, — Сомдейт вдруг отстранился и покачал головой. — Не здесь.
В ответ на мой недоуменный взгляд парень похлопал себя по карману мантии, и я поняла — он имеет в виду, что в любую минуту нас может подслушивать регент. Едва не фыркнула — зная регента, ему меньше всего захочется слушать, как несостоявшаяся пара выясняет друг с другом отношения. Но спорить не стала — пожала плечами. Пусть не думает, будто для меня все это много значит.
Сомдейт усмехнулся в ответ на мой безразличный жест.
— Давай встретимся позже, — вполголоса сказал он. — В полночь у фонтана.
Глава 16
Без четверти двенадцать я тихонько вышла из своей комнаты. Пион еще не вернулась — вновь ушла на охоту.
Я крадучись спустилась по старой винтовой лестнице, которая вела к выходу из общежития. Миновала широкий холл и открыла тяжелую деревянную дверь. В лицо ударил аромат ночных цветов. Днем так не пахнет… Звезды рассыпались по темному небу, прямо над головой ярко светила почти полная луна. Я вышла на дорожку, что вела вглубь парка, и двинулась в направлении фонтана.
Вдруг высокая фигура, незаметно появившаяся из тени особо ветвистой амрантии, схватила меня и притянула к себе.
— Ты что здесь делаешь? — прошипел на ухо Всевластный.
Одной рукой он крепко держал меня за плечо, другой — по-свойски обхватил за талию. От такой наглости я на миг оторопела, но тут же пришла в себя и ловко выскользнула из рук регента.
 
— А что здесь делаете вы? — возмущенно прошипела я, одергивая легкий плащ, наброшенный поверх простого черного платья. — Тороплюсь, значит, по своим делам, и тут из кустов выпрыгивает сам Всевластный Эригард и хватает меня!
— Твои дела меня не волнуют, Нила. — Регент скрестил руки на груди и взглянул на меня в упор. Карие глаза будто пронзили меня насквозь. — А вот то, что ты снова облажалась — весьма. Почему ректор так странно себя вел с тобой?
— Что за вопросы? — Я подняла бровь. — Можно ведь было проследить с помощью кристалла слежения. Наличие которого в кармане, разумеется, помогает почувствовать себя раскованной и идет на пользу делу.
Регент, похоже, не заметил моей ядовитой интонации.
— Я и следил, — спокойно ответил он. — Потому спрашиваю в последний раз: отчего он так странно себя вел? Чем ты не заслужила его доверия?
Доверия… Я нахмурилась. Чего ждал Всевластный? Того, что ректор Академии Верховных, единственный оставшийся в живых правитель мира, вдруг проникнется доверием к первой же девчонке, которая предложит ему танец? Думать о том, что он просто-напросто узнал меня, не хотелось. Тем более, говорить об этом Эригарду.
— Не знаю, — твердо ответила я. — Мне кажется, он не так прост, как вы думаете.
Эригард сощурившись смотрел на меня. Вероятно, размышляет — вру или нет. На всякий случай сделала каменное лицо и не стала отводить взгляд. Даже если почует ложь — пусть поймет, что я не собираюсь рассказывать ему больше.
Наконец Эригард вздохнул.
— Придумай уж что-нибудь, — сухо сказал он. — Между прочим, мы ведь оба знаем, за кем именно приехал ректор, так что вокруг поглядывай тоже. В следующий раз подкрасться к тебе могу уже не я.
Внутри все сжалось. Как я могла забыть, что охота ведется не только мной на кристалл ректора, но и ректором — на того, кто направил шпионов в Академию Верховных… Вот так и работай с регентом. Чуть что — окажешься крайней, он ведь не может быть виноват в чем-то, он правитель!
— До встречи, — буркнула я, поглощенная этими мыслями.
Краем глаза увидела, что регент кивнул в ответ, и пошла дальше по дорожке, ведущей к фонтану — туда, где меня уже должен был ждать Сомдейт. В пустоши все! Не желаю думать о ста вещах сразу. Сейчас нужно разобраться с другом, любопытство до сих пор не отпускало — он ведь так и не сказал, зачем нам надо поговорить.
Ночь была волшебной. Обычно меня подобной романтикой не проймешь, но что-то было в этом парке, от чего я на удивление самой себе вдруг заулыбалась. Запах ласциндрий — цветов любви, как их называют в народе — приятно щекотал нос. Раскрываются мелкие голубые соцветия, похожие на звездочки, лишь ночью — когда, по поверью, влюбленные дарят себя друг другу на измятых от страсти простынях. Если же успеть собрать ночью букет — цветки не закроются и простоят еще некоторое время, радуя глаз.
Лунный свет местами проходил между листьев высоких деревьев, изящно пригнувших кроны над небольшой аллеей, выложенной мелкими камушками. В свету кружились ночные бабочки, то и дело мерцая всеми оттенками синего и фиолетового. В самом конце аллеи уже виднелся тот самый фонтан с семиконечной звездой наверху, и, судя по едва различимому отсюда блеску темной воды, его и впрямь запустили.
Не дойдя до фонтана шагов десяти, я увидела Сомдейта — тот стоял ко мне спиной и задумчиво смотрел куда-то в темноту.
— Ну вот, я и здесь, — сказала, подходя ближе.
Сомдейт медленно повернулся. В лунном свете часть его, что передалась от великого предка — теневого призрака — была куда более заметна, чем днем или даже вечером. От друга исходило легкое сияние, контуры его тела были как-то странно смазаны, будто отделяясь от него струйками дыма.