Улыбка незнакомца (СИ)

— А-а-а-а! Спасибо-спасибо-спасибо! — кинулась я на мужа, повалила его с ног и уселась на него сверху, благо, мелко, а то утопила бы от избытка чувств. — Спасибо!
— Это я должен тебя благодарить, умная моя жена, — хохотнул муж и одним движением поменял нас местами. Теперь я барахтаюсь в воде, а Койдан надо мной нависает. — Ты решила последнее время остро стоящую проблему с кадрами. Коллектив как сума сошёл, начальника по персоналу закидали заявлениями с просьбой о свободном графике, чтобы работники могли детей по секциям водить, а если у нас будут свои, то проблема отпадёт сама собой.
— Рада помочь, — стирая с губ соль, ответила я.
— Это ты просто не знаешь, в какую авантюру ввязалась. Планирую именно тебе вверить поиск и одобрение команды тренеров для детей и отладить процесс.
— Вау-у-у! Это просто класс. Буду заниматься делом, в котором смыслю и которое обожаю! — возликовала, но тут от сына прилетела по лбу нечаянная оплеуха. Он не остался в стороне и тоже принял участие в наших с Койданом игрищах. — Тёма, не переживай, ты никак не пострадаешь, ни на минуту тебя не оставлю, может, проникнешься и в будущем пойдёшь по маминым стопам, — пообещала я сыну.
А что, и правда. Придёт ко мне потенциальный претендент на работу с детьми, а Артём рядом, вот и посмотрим, как он с малышом общий язык найдёт.
В съёмный дом с пляжа мы вернулись, волоча ноги, уставшие, но жутко довольные, помылись и сразу завалились на кровать. Мы даже с Ярославом препирались, кто встанет с постели и сделает три шага до пульта, чтобы телевизор включить. Тёма сразу вырубился и дрых, а мы с Ярославом изображали из себя ленивых тюленей, валялись и ели купленные по дороге фрукты.
Спрустя примерно час, Артёмка заёрзал, значит, скоро проснётся. Не хочется совсем, но надо идти кашу готовить, сыночек не станет терпеть, пока дойдём до кафе, и нам заказ принесут. Потребует пищу немедленно.
Следом за мной на кухне появился Ярослав. Зевающий, с взъерошенными волосами, тоже ещё не отдохнувший, но он пришёл помогать. Впрочем, как всегда. С мужем мне сказочно повезло, и я именно замужем постоянно ощущаю заботу и опору со стороны Ярослава.
— Ник, у меня новости есть относительно Алисы, — помешивая в кастрюльке кашу лопаткой, сказал Койдан, и у меня сердце упало в район пяток, а по спине, несмотря на жару, пробежался холод ужаса, и я взмолилась, лишь бы известия были хорошими.
— Она живая?! — сорвалось с губ то, что больше всего интересовало.
— Ага, более того, отлично себя чувствует и комфортно живёт, — как-то язвительно ответил Койдан. О его тоне подумаю после, главное - Алиса жива!
— Слава всему, — выдохнув напряжение, прошептала я и осела на стул. — Яр, ну так же нельзя, надо было с этого и начинать. У меня чуть инфаркт не случился!
— Ник, а тебя не смущает, что она ни разу с тобой не связалась и не попыталась подать весточку о себе?
Насторожилась, это он не мне вопрос задал, это он в Алисин огород камень кинул. Видимо, рано обрадовалась, неприятные сюрпризы ещё впереди.
— Яр, не виляй, говори, — сказала и морально настроилась на нелицеприятные подробности, а возможно и на откровенную грязь.
— Первое – эта девушка тебе не сестра, — заявил муж, и у меня открылась челюсть. — Нет, конечно, в теории все люди друг другу братья и сёстры, но… сама понимаешь. Алиса и сама свою родню не знает. Сразу после рождения её под дверь Детского дома подкинули. Обычно матери не выдерживают и даже если через несколько лет, но возвращаются за своими детьми, но Алисой так никто и никогда не поинтересовался.
— Ну мы же с ней вместе смотрели семейный альбом, она мне про нашего общего двоюродного дядю байки травила, — возмутилась я. От эмоций вскинула руки и смела со столешницы стеклянную чашу, та полетела на пол и разбилась на множество мелких кусочков.
— Сиди, где сидишь и ноги с пола подними, — осматривая меня на предмет ранений, приказал муж. — Я сам всё уберу.
Ярослав в шкафу под раковиной нашёл совок со щёткой и аккуратно собрал осколки.
 
— Ник, а ты этого дядюшку сама-то хорошо знала?
— Нет, ни разу в жизни не видела, — отозвалась я. — Я вообще с роднёй плохо знакома.
Койдан поднялся с корточек, внимательно огляделся по сторонам и, сняв небольшую картину со стены, развернул её ко мне лицом и ткнул пальцем в изображённую на ней хрупкую девушку азиатской внешности.
— Вот это, Ника, моя двоюродная сестра. Брат отца, любитель путешествий и экзотики, нехило в Таиланде восемнадцать лет тому назад гульнул и заимел дочурку от местной красотки. Сейчас она учится в колледже…
— Хватит, Яр, я поняла твою мысль, — оборвала мужа, а у самой в голове не укладывается, неужели меня так легко обмануть.
— Если Алиса мне не сестра, зачем она тогда ею притворялась? Жила я скромно, деньги крупные не водились, она же ничего от вранья не получила.
— Ну почему это ничего. Крышу над головой, например, — спокойно сказал Ярослав и вновь взялся за осколки.
— Вот же я дура-а-а! Как так.
— Ник, ты не дурочка, а просто доверчивая, да и с мошенниками так всегда. Они песни складно поют, человек им верит, а когда узнаёт, что ему лапшу на уши навешали, не понимает, как это произошло.
— Алиса мошенница? Мы так дружно жили, весело, даже ни разу не поссорились, а когда две девушки одну жилплощадь делят и одной ванной пользуются, всякое бывает, — грустно сказала я и опустила ноги на пол, Яр протёр его влажной тряпкой, уже не порежешься.
— Мошенница, хоть и не совсем удачная. В твоём городе она от облапошенного и очень разъярённого бывшего ухажёра скрывалась, а когда угроза в его лице стихла, вернулась обратно в столицу. Алиса бы про тебя и думать забыла, но на пути ей попался такой же, как она, авантюрист и предложил заработать быстро и много. Для этого нужно было, как ты, наверное, догадываешься кое-что из моего компьютера украсть. Задача сложная и опасная. Свои руки марать им совсем не хотелось, вот они и приняли решение тебя подключить. Разыграли перед тобой спектакль, и ты, моё солнце, повелась!
— А где Алиса сейчас? — поинтересовалась я. Вот бы номерок её раздобыть и всё, что о ней думаю, высказать.
—  Ник, где она - пока неважно. То, что я тебе рассказал - лишь слова, у меня нет ни одного документа, подтверждающего мою версию. Нет ни фото, ни видеозаписи, нет и свидетелей. Выходит, моё слово, против слова Алисы. А теперь вопрос – ты мне веришь? Если есть хоть одно сомнение, даже где-то очень далеко и глубоко, скажи, для меня это важно.
Вот, значит, как – проверка на вшивость,. И это после трёх лет вранья муж хочет знать, насколько весомо теперь его слово.
С прищуром посмотрела на Ярослава, он полностью сосредоточен на мне и видно, что нервничает. Конечно, легче всего сказать – верю и ни капли не сомневаюсь, но в этом случае выходит, что я лицемерна. Закрыла глаза, отстранилась от доводов разума и прислушиваюсь к внутреннему голосу. Да, он, по сравнению с разумом, менее логичен, зато более постоянен. Факты его не сильно волнуют, одна чистая интуиция без перетягивания решения из одной плоскости в другую.
— Сомневаешься, — неверно расценив моё долгое молчание, разочарованно резюмировал Ярослав, а я-то всего-навсего хотела в себе разобраться. — Ладно, — Койдан потёр переносицу и, подойдя к плите, чтобы помешать кашу, повернулся ко мне спиной.
Обиделся.
Легонько и бесшумно спрыгнула со стула, на цыпочках подобралась к мужу и, широко распахнув руки, крепко к нему прижалась.
— Верю-верю-верю! — выдала я и ещё сильней сжала Яра в тисках. — И, между прочим, нетерпение – это порок. Мог бы и побольше времени выделить, прежде, чем за меня отвечать.
 
Лицо мужа не вижу, но уверена, он улыбается, я тоже довольна. Ведь не для него одного было важно, верю я ему или нет. Жить под одной крышей, строить совместные планы, идти по жизни рука об руку и главное - любить человека, которому нет доверия – тяжкая ноша.
Понимаю по телодвижениям, Яр отставил кастрюльку с горячей конфорки на холодную, положил лопатку в блюдце, вот характер – даже в такой ситуации Койдан остаётся аккуратистом, а затем муж повернулся ко мне лицом. Я не ошиблась, Ярослав светился счастливой улыбкой, в уголках его глаз сеточка из крошечных и родных морщинок.