Вдоль границы тумана (СИ)

— Не будем откладывать, я собираюсь поужинать в Корвене, — деловито сообщил король и, в шутку нахмурив брови, сурово посмотрел на Орлика. — Твоё Верховенство, ты собираешься меня покормить там ужином сегодня? Может, хватит уже столоваться у меня? Пойдём, объясним Малии, что она должна будет сделать, когда мы поможем ей подойти близко к королеве.
Орлик кивнул, и оба друга направились к ничего не подозревающей «ученице», заканчивающей сто восемьдесят девятую руну и мечтающей, что вот скоро сможет отдохнуть…
***
Плея выбралась на берег недалеко от холмов, где располагалась деревня Бомора, и осмотрелась. Теперь оставалось найти кого-то из жителей и узнать насчёт ламорийских кораблей. Королева двинулась по лесной дороге, ведущей к первым домам деревни, как вдруг увидела паруса корабля справа от себя, бросившего якорь недалеко от берега. Вскоре от борта отделилась лодка с моряками и направилась в сторону Плеи. Очевидно, они собирались в деревню. Так как дорога, по которой шла королева, была единственным путём туда. Правительница Фалеппа остановилась, поджидая моряков.
Через пятнадцать минут мужчины поравнялись с ней. И Плея договорилась об отплытии с ними в морской порт Ламории, который назывался Риелф. Именно в нём находилась первая руна для телепорта в столицу страны, как и руна для связи с дворцом. С мужчинами был помощник старшего хранителя корабля. Он приказал подчинённым идти в деревню и завершить дела, а сам сопроводил королеву Фалеппа со всеми почестями, какими смог, на корабль, где ей выделили самую лучшую каюту.
Через два часа корабль должен был отплыть в Ламорию. Уставшая правительница сразу же уснула. Плыть предстояло около трёх часов, и можно было хотя бы немного поспать. Оставалось совсем немного времени, и она сможет обнять свою племянницу. Только вот Плея не знала, что принц Орлик активировал совместно с Релькией зеркало телепорта в свой корвенский дворец. И в это самое время принцесса Малия уже покидает гостеприимную Ламорию…
 Глава 26. Вторая часть лейро, или У Релькии не задался день 
 
Релькия, закончив разговор с сыном, пребывала вне себя от злости. Даже любимец раллер Фийр не радовал её, как обычно. Едва заметным движением руки королева отправила раба прочь из своих покоев и задумалась. Сын обозначил мельсапийскую принцессу как сильную в магии, даже очень. А название — живой источник, что бы это означало?
Наслушался, глупец, очередного вранья от божеств. Релькия сумела восемнадцать лет назад убить своего мужа и не получить никакого наказания от божественных наблюдателей. С тех пор она больше им не верила. Божества — слепцы! Посетивший вчера королеву красавец торговец из далёкого Верона вместе с дорогими подарками принёс и последние новости о принцессе Малии. Он рассказывал их за ужином, куда его пригласила королева, втайне возжелавшая этого сексуального мужчину.
«Стоп! — поймала она себя на мысли. — Я как-то и забыла про него! Он вообще-то должен находиться в своих покоях…» Подарки действительно оказались очень дорогими, а черноглазый смуглый мужчина очень притягателен, поэтому Релькия пригласила его остановиться в её дворце. Сладострастная извращенка, какой являлась королева Корвена, читая всё во взглядах, которые кидал на неё красавчик за ужином, поняла, что впереди её ждут бурные ночи с этим секс-символом и море удовольствия. И он совсем не прочь провести их с ней, даже не подозревая, какие жестокие игры она любит.
«Ах да! — вдруг вспомнила королева вчерашний рассказ торговца. — Во всех королевствах ходят слухи, что божественные наблюдатели нашли способ вернуть Мельсап, поэтому так носятся с выжившей принцессой, сохранившей родную магию! Вот это как раз он и сказал… Что ж, гивейские богатства куда обильнее, чем пустая земля Мельсапа! Там никого не осталось в живых. И даже если принцесска вернёт свою страну, там будет одна голая земля и никаких подданных…» — Релькия усмехнулась своим мыслям.
Но эта девка не вернёт свою страну, потому что её убьют здесь в скором времени. Именно этот вчерашний желанный гость королевской спальни сообщил ещё, о чём говорят в королевствах: принцессу Мельсапа можно убить холодным оружием, несмотря на её мельсапийскую магию. И уж она, Релькия, заблаговременно позаботилась об этом. И никто не посмеет её обвинить в смерти Малии. Обиженная невеста, Ивьера, имеет право убить соперницу. Королева не выдержала и расхохоталась. Её смех раздался эхом в огромной спальне, уносясь к стеклянному потолку. Малия сама, добровольно, шла на свою смерть сюда. Её и выковыривать из Ламории не пришлось!
 
Размышления королевы прервало появившееся зеркало связи, где Орлик сказал, что они готовы к телепортации во дворец. Релькия решила телепортировать их в свои покои, чтобы здесь разыграть «добрую мамочку», соскучившуюся по сыночку и смирившуюся с его выбором невесты. Правительница Корвена поднялась с кресла и помогла сыну настроить телепорт из дворца Ламории.
Орлик вышел первым из зеркала и увидел кинувшуюся ему навстречу ласково улыбающуюся мать. Та обняла его, повиснув на шее, и запричитала:
— Как ты мог, сын, сомневаться во мне! Да, я была очень зла на тебя! Но если уж ты принял такое решение, сразу бы связался со мной, а ты молчал столько времени!
Король с Малией, вошедшие следом за принцем, тоже застали сцену с выражением пламенной материнской любви. Релькия заметила принцессу, подошедшую к принцу и взявшую его под руку. Она стояла совершенно близко к королеве, всё ещё висевшей на шее Орлика, и была одета в корвенские цвета. Также Релькия отметила, что на ней очень ценные и редкие драгоценности корвенских мастеров. «Вот же сын, такой засранец, погляди-ка, как эту девку принарядил!» — возмутилась королева, но не показала виду и собралась нежно обнять эту выскочку принцессу, чтобы поприветствовать и её, пуская пыль в глаза сыну.
Малия, выйдя из зеркала, выполнила в точности всё, что наказали ей принц и король, заставив сотню раз повторить, какие действия она должна сделать, и потренироваться на своих «учителях». Увидев королеву на шее принца, она обрадовалась. Дело оказалось ещё легче, чем предполагалось.
Девушка приблизилась вплотную к Релькии и силой мысли вызвала браслеты из своей крови, которые ей туда помог спрятать Элвем. И сразу же, сконцентрировавшись, пожелала, чтобы они оказались на руках королевы. Это принцессе Малии, постигающей быстрыми шагами магию, удалось проделать настолько быстро и незаметно, что королева, тискавшая сына в объятиях, сначала и не заметила присутствия браслетов на своих запястьях.
Но зато она заметила присутствие ненавистного бессмертного короля и окатила его адским пламенем злобы, которое наполняло её взгляд. Правитель Ламории едва заметно улыбнулся, слегка поклонился и насмешливо произнёс:
— Я тоже так же безумно рад лицезреть Ваше Великолепие, как и вы меня!
— Я тебе совершенно не рада! И ты это прекрасно знаешь, наглый выскочка! — прошипела, не выдержав, королева, одновременно обнимая принцессу. Затем Релькия обратила своё лицо к Малии, озарив его лучезарной улыбкой, взяла девушку за плечи, чуть отстранила назад и произнесла сладчайшим голосом:
— Моя дорогая будущая невестка, я так рада… — и осеклась, увидев блокирующие браслеты на своих запястьях. Глаза королевы расширились, она гневно посмотрела на сына и, чеканя слова, процедила сквозь зубы:
— Ты! Как посмел! Ты! Я уничтожу тебя! Сотру в порошок, ты, последнее ничтожество, что возомнил о себе?! — она обвела всех троих бешеным взглядом, полным ненависти. — Вы! Все! Поплатитесь за то, что сейчас сделали! Вы будете умолять меня о пощаде, умолять убить вас сразу, чтобы избежать мук, которым я вас подвергну!
Все молчали и почему-то улыбались в ответ на её слова. Это взбесило Релькию ещё больше. Она усмехнулась и ядовито сообщила:
— Мне легко снимут эти браслеты. Если вы думаете, что спаслись от меня таким образом, то глубоко ошибаетесь!
— Попробуй, сними, — пожал плечами Орлик. Даже, если мать прикажет всем слугам дворца напасть на них, то просто приговорит бедолаг к мгновенной смерти от рук сильнейших магов Девальвира. Правительница Корвена из-за своей власти над этими землями была единственным опасным магом в этом дворце и государстве, кто мог бы с лёгкостью обездвижить принца и короля, кроме Малии. Так как на принцессу не действует магия Корвена. Магию самой принцессы в чистом виде лучше не трогать, иначе так можно и от королевства камня на камне не оставить. Оставался один верный и бескровный выход — браслеты. Наследник трона Корвена повернулся к королю и Малии: