Дуэльный Кодекс. Том 2: Черная Книга (СИ)

А Хлодвиг молодец. Постарался защитить моих, как мог. Думаю, я могу доверится старику полностью.
— Ты спать? — спросила Тома, когда Вика и Стас закрыли свои перегородки.
— Есть у меня еще одно дело.
— Какое? — Тома заглянула ко мне
Я же сидел на койке. Рядом, на прикроватной тумбе лежала черная книга. В руках я держал пробирку с иглой. Кровь на ней уже высохла и почернела.
Жаль, что не было возможности попробовать открыть ее раньше. Что ж. Попробую сейчас. Надеюсь, сработает.
— Это та странная книжка?
— Да. И я попробую ее открыть.
— А что с ней? — Тома посмотрела с интересом, — эта мерзкая слизь исчезла.
— Угу. Думаю, — я вытрусил иглу из пробирки на ладонь, — теперь она безопасна.
— Можно? — Тамара вопросительно приподняла бровь.
— Только осторожно, — улыбнулся я.
Девушка приблизилась и опустилась к книге. При этом я видел, как Тома передо мной рисуется и делает все движения так, чтобы они выглядели соблазнительно. Было видно, что хитрая девчонка хочет запрыгнуть ко мне в постель.
Тома же опасливо протянула ручку и тронула черную обложку. Она сморщилась, ожидая боль, но ничего не произошло.
— И правда. Не жжется.
Черная спора покинула книгу. Странная это была магия. Какая-то универсальная. Интересно, как Роялисты умудрились создать такое необычное заклинание?
— По-прежнему не открывается? — Тома попробовала открыть книгу и не смогла.
— Надеюсь, — я показал ей иглу, — сейчас отроится.
— А что это?
— На игле моя кровь. Она высохла, но, возможно, сработает. Если нет, — я решительно посмотрел на Тому, — найдем другой способ открыть. Но узнаю секреты этого дневника.
Тома не ответила, кивнув, она вернула мне книгу, а сама села рядом. При этом устроилась очень близко. Прямо прижалась ко мне.
— Ладно, — я положил книгу на колени, — проверим, откроется ли.
Взглянув на иглу зажатую в пальцах, я поместил ее на обложку черной книги.
  
Глава 14
 
Ничего не произошло. Мы с Томой так и сидели в почти полной тишине. За тонкими матерчатыми стенами Шатра слышно было, как волнуется арена.
Никакого магического эффекта открытия книги не случилось. Я внимательно смотрел на черную обложку.
— Я ожидала, что будет какой-нибудь блеск или магический огонь, — полушепотом проговорила Тома и посмотрела на меня.
Я не ответил. Аккуратно убрал иглу и тронул обложку. Она сдвинулась, и я открыл первую страницу книги.
— Сработало! — воскликнула Тома, но вспомнив про Вику со Стасом, сконфузилась и изобразила, что бьет себя по губкам.
— Да, — нахмурился я.
— А что ты ожидаешь увидеть там, внутри? Что там может быть? — с интересом посмотрела на меня Тамара.
— Ответы, — поднял я на нее глаза.
Потом же перелистнул страницу. Когда книга была зачарована спорой, все ее страницы имели черный цвет. Теперь же они окрасились в желтоватый бумажный оттенок.
— Пустая, — озадаченно проговорила Тома.
И правда, следующая страница оказалась чистой. Я перевернул еще. Другая тоже. Так, я начал листать книгу, все сильнее убеждаясь, что внутри нет ни строчки текста.
— Это новая тетрадь, — Тома непонимающе похлопала глазками.
— Нет. Это не может быть так. Тут явно все непросто.
— Возможно, — она задумалась, — может быть какой-то дополнительный уровень защиты.
Бегло пролистав всю тетрадь, я положил ее на колени.
— Так, — тронул подбородок, — а что если попробовать…
Я взял иглу со своей кровью и положил в открытый дневник. Ничего снова не произошло. Полминуты мы подождали, не проявится ли текст.
— Нет, — покачал я головой, — что-то не то.
Тогда задумался снова, а потом зажал иглу в руке.
— Что ты задумал? — недоуменно посмотрела на меня Тома.
Я не ответил. Вместо этого уколол свой палец магической иглой и прижал его к странице.
— Так это и так твоя кровь, — Тома поджала губки, — какая разница… — внезапно девушка округлила глаза.
Кровавый отпечаток пальца без остатка впитался в книжную страницу, исчезнув полностью.
— Это, — я показал иглу, — кровь, взятая силой. А это, — показал проколотый палец, — добровольно.
 
— И что должно произойти теперь?
Ответом была яркая вспышка света, который загорелись страницы.
Я распахнул глаза и понял, что оказался в полутьме. Деревянное помещение: низкий потолок, толстые балки, стены из неаккуратно подогнанных досок.
Первое, что пришло на ум — охотничья хижина.
Тут был широкий стол, на стенках висели веревки, пучки сухой травы и шкуры животных. Пол — земля и солома. Деревянный лежак в дальнем углу. Пустое окно сбоку. Здесь гулял зябкий сквозняк и пахло дождем, который шумел в ночи за окном.
— Книга тоже портал? — недоуменно произнес я, а потом дверь, что оказалась за спиной со скрипом, резко открылась.
Самое удивительное, что открылась она сквозь меня, как сквозь призрак. Также, сквозь меня в сторожку вошел мужчина в дорожной одежде и мокром черном плаще. Он совершенно не замечал меня. Я даже притопнул, чтобы убедиться, что он никак не отреагирует. Мужчина не заметил и этого.
Когда незнакомец откинул капюшон, я нахмурился. Это был князь Малиновский. Тот самый, что всучил мне сосуд черной споры. Только это был моложе. Лицо не такое морщинистое и бледное. На лбу нет старческих пятен, а серебристые от седины волосы еще полностью укрывают череп.
Малиновский беспокойно принялся ходить по сторожке и выглядывать в окно. Он нервничал и ждал кого-то. Очень скоро я понял, кого именно.
Дверь грюкнула снова, и внутрь зашел еще один человек. В руках он держал что-то завернутое в шерстяной плед.
— Ты отобрал ее! — Бросился к мужчине Малинин.
Откинув уголок пледа, он всмотрелся в оказавшееся там белокожее лицо. Лицо Кати.
Увидев это, я поджал губы. Это что? Прошлое? Кажется… кажется, это воспоминания запечатанные в книгу, при помощи какой-то магии. Но чьи?
— Замятины решили, — прозвучал низкий голос второго мужчины, что принес Катю. Его лицо было скрыто капюшоном плаща, — что инсценировать собственную смерть достаточно умно, чтобы спасти сына и уберечь последнюю из них.
— Инсценировать смерть, — холодно произнес я.
— Ты убил их? — спросил Малиновский.
— Да. Но нам это стоило десятерых. Замятины, даже женщина, бились как звери, защищая девушку.
— Ну, — помолчав ответил Малиновский, — главное, что с ними покончено. Все представители Ордена, о которых мы знаем, мертвы. И это отличная новость. Я сообщу ее Сновидцу.
Проклятье… Инсценировали смерть? Мои родители сделали это, чтобы защитить меня? Но отчего? И как? Я ведь хорошо помню тот день. Мы попали в одну автомобильную аварию. Вчетвером: я, Катя, отец и мать, катались на отцовском спорткаре за городом. Попали в аварию. Катю я вытащил своими руками, и она осталась жива. А вот родители…
Черт… я сам видел их мертвые тела! Черт. От всего этого мерзко на душе…
Мужчина в капюшоне не ответил. Он лишь прошел к столу и положил на него Екатерину. Потом мужик снял капюшон и посмотрел на Малиновского. Это был Сергей Орловский, отец Игната. Отец моего нового тела. Проклятье… Выходит, он убийца моих настоящих родителей.
Лицо было точно таким, каким я видел его на фотографии в книге, рассказывающей об истории рода Орловский: волевой подбородок, широкие скулы и челюсть. Тяжелый взгляд небольших голубых глаз, серые коротко стриженные волосы.
— Осталась еще она, — кивнул Сергей Орловский на Катю.
— Сновидец сказал, если она еще не готова, — серьезно начал Малиновский, — то убить девушку.
Услышав это, я сжал зубы так, что они скрипнули. Стиснул кулаки против собственной воли. Я понимал, что сейчас будет, и некоторое время боролся с желанием отвернуться и закрыть глаза. Не смотреть на ее смерть. Спустя мгновение я отбросил эти мысли. Решил, что выдержу. И отомщу.
Сергей Орловский извлек свой проводник, и он зажегся заклинанием Феррум. Оба мужика приблизились к Кате и раскутали ее по грудь. Уставились на ее красивое молодое тело, и мне стало мерзко в двойне.