Неправильная попаданка. Найти себя (СИ)

Айла уже вернулась, таща в зубах одежду. Примерив всё, что нашла для меня хранитель, я решила не откладывать побег на потом и, скинув всё необходимое в маленький рюкзак, раскрыла окно.
Вниз этажей пять, не меньше. Высоты боялась всегда, но теперь меня толкает безысходность. На улице ещё светло, поэтому я решила немного поспать перед долгой дорогой.
Увалилась на кровать, как была: в своём «новом» костюме. Спать мне не дали страхи и опасения. Сначала мне мерещилось, что кто-то заходит в комнату, потом, что за окном слышен топот копыт и это - о, Боги! – принц приехал. В общем, я так и не уснула. Сначала просто лежала в постели и думала обо всём на свете: начиная тем, как попаду в академию, и заканчивая тем, что влюблю в себя ректора и заставлю принять на какой-нибудь крутой факультет, например, боевой. В общем, какая ересь только мне в голову не лезла.
Когда мне надоело валяться, решила поговорить с драконом, но Айла, находясь в своём изначальном облике: тату на спине, не хотела выходить на связь. Смирившись с неразговорчивостью хранителя, я перепроверила рюкзак: вдруг забыла что-нибудь? Несколько лекарственных зелий, шкатулка с разными ценными штучками, мешочек с деньгами, простыня на всякий случай, местные средства гигиены, несколько нужных артефактов собственного изобретения. Всё. Больше ничего и не нужно.
Я уже не знала что делать. Ходила по комнате. Просто ходила. А когда надоело, решила поэкспериментировать в сочетании заклинаний. И заварила дверь. Не знаю, как так вышло, но я из двери, ведущей в коридор, сделала продолжение стены. Удивилась, порадовалась, испугалась и больше к экспериментам не возвращалась.
Открыла окно, начали сгущаться сумерки. Ещё чуть-чуть и можно вылетать. Чтобы остаться незамеченными, нам с Айлой лучше лететь ночью. Во-первых, дракон чёрный, значит, во время полёта мы будем сливаться с темнотой неба. Во-вторых, тьма – наша стихия, мы – дети ночи!
Айла, снова проявившись, жевала булочки, которые всегда были в моей комнате специально для неё, а мне есть не хотелось совершенно, внутри бушевали разные эмоции: и страх за свою судьбу, и предвкушение приключений, и волнение перед изменениями и ещё много чего. От этого мне не хотелось ни есть, ни пить, ни спать. Я просто сидела на подоконнике и наблюдала, как тьма постепенно захватывает в свои объятия мир вокруг и будто шепчет: «Дети мои, ваше время пришло, просыпайтесь», и этот шёпот действительно будит всех ночных тварей: от животных, ведущих ночной образ жизни, до нечисти, творящей пакости.
Наконец, на улице стало достаточно темно для полёта и я, стоя на подоконнике, вдыхала ночной воздух, он будто был пропитан чем-то волшебным, чем-то необычным, дарящим лёгкость. Передо мной появилась огромная драконья морда, взирающая на меня горящими серебром глазами с вертикальным зрачком. Дракон развернулся ко мне так, что я без труда устроилась, как обычно, на шее своего хранителя.
Взлетев под облака, Айла стала двигаться вперёд. А я просто наслаждалась чувством полёта. Это невероятно: чувствовать, как ветер обдаёт лицо, как тьма обволакивает тело, свобода и лёгкость – вот что я чувствовала во время полётов. Пока мы находимся в воздухе, ничто не имеет для меня значение, только я, Айла и небо.
  
ГЛАВА 3.
 
Не знаю, сколько времени мы провели в небе, но примерно (по моим подсчётам) через два-три часа весь кайф от полёта и чувства свободы остался где-то в мокрых холодных облаках, сквозь которые мы пролетели. Тело затекло и закоченело, волосы, хоть и короткие, лезли везде: в рот, в нос, в глаза, в уши, хлестали по щекам. Ещё через какое-то время я начала замерзать, даже периодические снижения не помогали отогреться хоть чуть-чуть. Айла иногда поворачивала ко мне голову и обдавала своим горячим дыханием, но и это вскоре перестало иметь эффект.
Когда зубы начали выбивать дробь, тело содрогаться в дрожи, а голова кружиться от высоты, под нами, наконец-то, начали виднеться огни. Город ли деревня это, я не знаю, но сам факт того, что какая никакая цивилизация появилась на горизонте (внизу), очень обрадовал мой замёрзший мозг. Когда я дала знак дракону на снижение, огни начали приближаться.
 
Снижались мы быстрее, чем взлетали. Это даже снижением не назовёшь. И ни посадкой, ни приземлением… мы падали. Падали!!!
Я сказала дракону направляться вниз, ибо нам срочно нужен костёр, чтобы погреться и поляна, чтобы подкрепиться, а если там есть какой-нибудь хостел (постоялый двор, если переводить на здешний средневековый язык), то это вообще будет замечательно. И вот как только я сообщила об этом хранителю, она просто сложила крылья и мы камнем полетели вниз, а меня чуть не снесло. Я, конечно, знала, что Айла меня не угробит, но было всё равно страшно. Как только я смогла рассмотреть в предрассветных сумерках вершины деревьев, дракон снова распахнула крылья, и мы резко рванули вверх. Ну, и потом, наконец, я почувствовала резкий толчок, означавший приземление и только теперь смогла выдохнуть.
С трудом разжала пальцы, которыми вцепилась в наросты на шее дракона, сползла со своего персонального средства передвижения и упала прямо на траву. А здесь, оказывается, недавно дождь прошёл. Как я узнала? Всё просто: трава, в которой я утонула, была такая мокрая и холодная, что я поняла – на спине дракона высоко в небе мне было тепло. Я почувствовала укоризненный вздох над собой и поняла, что пора вставать.
Пока мы шли по полю в сторону тех самых огней, которые заметили ещё в небе, я вымокла до нитки. Причём вымокла именно из-за травы, доходящей мне до груди. Что это за пшеница чернобыльская?! Один колосок высотой с человека – это не нормально! Хотя, что ты хотела, Милка, в другом-то мире!?
«Хватит пыхтеть», - сказала Айла и пошла вперёд.
Когда закончилось поле, перед нами распростёрлась деревня. Наконец-то!
Сделав три круга вокруг этой деревни, мы поняли несколько вещей: во-первых, на улицах ни души; во-вторых, никакого даже самого страшненького и бедненького хостела здесь не видно; в-третьих, мы нереально устали, замёрзли и проголодались (про «замёрзли» - это я о себе). В общем, мы решились и постучали в первый попавшийся домик.
Про такой дом можно смело сказать «избушка на курьих ножках», причём эта избушка находится немного в стороне от остальных. Покосившийся забор шатался от самого лёгкого дуновения ветерка. Крыша выглядела так, будто в неё несколько раз упала бомба. Сама избушка тоже выглядела так себе. В общем, не знаю, почему я выбрала именно этот дом, но меня будто потянуло туда магнитом.
Впервые я почувствовала движение Силы в себе, не прикладывая усилий к этому. Она будто хотела мне что-то сказать, но стоило мне только подойти к избушке, как я поняла, что от меня хотел мой тёмно-тёмный Дар. Здесь живёт ведьма. Колдунами и ведьмами в этом мире называют тёмных магов пятой степени. А «своих» я чувствую, как мухи мёд. Поэтому точно могу сказать, что в этой избушке живёт ведьма.
А женщина, видимо, почувствовала меня и вышла на порог, прежде чем я осмелилась открыть калитку. В дыре, которая служит здесь дверным проёмом, показалась старушка. Как Баба Яга из русских сказок: седая, в странном балахоне, с деревянной тростью и горбом на спине.
- А я-то думаю чегой-то Рыська притих, - проскрипела старушка, - а эйто он хозяйку чуствуеть.
- Здравствуйте, - тихо сказала я и вошла во двор.
- И не ошибся же Рыська, правда сильная, - продолжала скрипеть старушка, - ну, проходи, раз не боишься.
 
- А чего я должна бояться? – Спросила я, проходя ближе к домику. Всё же делать-то мне нечего, кто ещё приютит путника, как не добрая бабуля?
Ведьма не ответила на мой вопрос, а лишь позвала за собой.
- Кто такой этот Рыська? – Спросила я, входя в избушку, которая изнутри была вполне себе приличным деревенским домом: очень светлая, с самосвязанными ковриками, белыми шторками на окнах и гуляющим повсюду ароматом каких-то пряностей.