Не все НПС попадаюn 2 (СИ)
От похлопывания по плечу парень проснулся не хуже, чем Петька от сырного храпа, и его фиолетовые крылышки встали дыбом — иначе и не скажешь.
— Слышь, пацан, у тебя есть ручка и бумага?
— Что⁈ — стражник ошалело смотрел в Петькино синее лицо, явно не понимая слов спросонья.
— Эчч, кривенс! Ручка и бумага? Писа́ть? — чувствуя себя миссионером среди дикарей повторил Петька.
— А! Сейчас!
Через три минуты перед ним лежал зеленоватый листочек и палочка, из которой выдавливался красящий сок. Пойдёт.
Петька быстро накидал лепреконам записку, оставил свой почтовый адрес (всё-таки теперь они почти что родственники), свернул листок и подсунул Рону под руку. Горацио проснулся и следил за его действиями с любопытством.
— Всё, брат, пошли, — кивнул ему Петька, — Покажу тебе твой новый дом.
Он подхватил своих сонных женщин — по одной в каждую руку — и кивнул сыру:
— Ты же член Нак Мак Фигловского клана, а потому у тебя тоже должно получиться. Тут, брат, главное — движение лодыжкой. Смотри, — он приподнял правую ногу, покрутил голеностопом… и шагнул на полянку у Ягусиной избушки. Если честно, он здо́рово боялся двух вещей: что Нак Мак Фигловская магия хождения между мирами не сработает, и что на поляне снова будет ошиваться тот малохольный эльф. Но не произошло ни того, ни другого.
Горацио выскочил следом и посмотрел вверх, на Петьку, вернувшего свой обычный размер.
— Извини, друг, — такой вот я на самом деле. Но я страшно рад, что ты последовал за мной. Сейчас, девчонок только пристроим.
Складывать Ягу с Мариной на покрытую росой траву категорически не хотелось. Он хотел уж выкрикнуть заветную фразу, но тут избушка поняла, что притащили хозяйку — заторопилась, затопталась и даже присела, распахнув входную дверь. Петька пошёл внутрь, стараясь не стукать дам об косяки, а навстречу ему выскочил кот, и пока Петька укладывал девчонок на печи, Васька и Горацио тщательно обнюхали друг друга и, кажется, пришли к какому-то соглашению.
— Свои, — на всякий случай сказал Петька, присев рядом с ними, и кот с сыром посмотрели на него укоризненно, мол — что ж ты нас дураками, что ли, считаешь?
Дураками — не дураками, — подумал Петька, — а предупредить надо было. Он полез в хран и достал пуховый узелок:
— Дело у меня к вам, мужики. Очень важное.
Через два с половиной часа, когда у Марины начал настойчиво пищать будильник, девчонки проснулись и с удивлением обнаружили себя на печке, прикрытыми лоскутным Ягусиным одеялком. А уж когда оттуда сползли…
— О как… — только и нашлась что сказать Яна.
Из подпечка были вытащены дрова, вместо них в тёплой нише лежал расстеленный Петькин свитер с оленями, на свитере покоился пуховый узелок с драконовым яйцом, а рядом, карауля, сидел Горацио. Горацио, перевязанный клетчатым килтом!
— Он, кажется, на нас смотрит? — осторожно спросила Марина.
Скрипнула дверь, и в горницу вбежал Васька с жирной мышью в зубах, положил добычу перед печкой, после чего они с Горацио поменялись местами. Сыр надвинулся на мышиный трупик, а буквально через минуту сместился в сторону, оставив на полу кучку сухих беленьких косточек.
Яга присела на корточки и аккуратно погладила чёрную глянцевую шкурку:
— Молоко будешь? Васька любит…
ФЛОРА, ФАУНА И ПРОЧЕЕ
Сегодня он для разнообразия не опоздал на завтрак. Наоборот, пришёл даже пораньше. Пока ждал Дрозда, полистал всякое, что про фиглов пишут — нигде не нашёл, чтобы им удавалось выходить за пределы локации. Вывод один — сработало всё то же его портальное свойство, с той только разницей, что… назовём это «с помощью фигловской лодыжки»… ему удалось открыть дверь, не имея собственно этой самой двери в наличии.
Хм.
Пришёл Дрозд, поинтересовался:
— Ну что, как вечер?
Скрывать что-либо Петька не хотел, да и в самих попытках смысла никакого не видел — поэтому рассказал о вчерашних похождениях как мог красочно.
Побратимство с лепреконами Дрозд одобрил. Эпизоду с Горацио даже восхитился:
— Слушай, ну умеешь же ты везде приключения находить! Мне начинает казаться, отправь тебя в бухгалтерию — ты и там шороху наведёшь!
На это Петьке возразить было нечего, кроме как:
— Раньше ни в чём подобном замечен не был, так что это всё ваше влияние.
Дрозд поднял брови и захохотал:
— У ты какой! Ещё и за словом в карман не лезешь! — внезапно сделался серьёзен, — Развивай. Ловко отбрехаться — навык, полезный в большинстве локаций. Ладно. Давай-ка мы с тобой отправимся в такое место, где слово тебе поможет очень мало, — Дрозд развернул трёхмерную карту тёмных земель, — Вот сюда.
Вокруг был лес. Преимущественно лиственный, очень чистый и светлый. Прямо как парк. Наверное, так мог бы выглядеть специальный прогулочный кусок леса в каком-нибудь очень ухоженном европейском поместье.
— Ну как? — Дрозд огляделся, уперев руки в бока.
— Подозрительно образцово. Мы здесь что-то конкретное ищем или вообще?
Куратор пришёл к какому-то решению:
— Скорее, вообще. Продолжаем знакомиться с общей концепцией, — в понимании Петьки это звучало скорее как «объять необъятное». Дрозд продолжал: — Смотри. У тёмного властелина есть за́мок. Это, так скажем, сердечник тёмных земель.
— М-гм.
— Вокруг замка — довольно большая площадь — это твоё личное владение. Герцогство или вотчина — называй как хочешь.
— Так.
— Вокруг этой территории — всяческие баронства, мелкие княжества и отдельные посёлки.
— Да, мы же это рассматривали. Часть — на тёмных землях, подчинённые или условно подчинённые тёмному замку, часть — на серых, преимущественно нейтральные.
— Во-от. А есть такие, как здесь. Враждебные ко всему. Они, как правило, не населены — мы сейчас имеем в виду разумные и полуразумные расы. Зато чего тут в переизбытке — так это разнообразной фауны. И флоры, кстати! — Дрозд сделал многозначительные глаза, — Дизайнеров в этот сектор набирают с изощрённой фантазией, расслабляться не советую.
В траве у самых ног Дрозда зашевелилось, на свет выползла крошечная — сантиметров двадцать — серебристая змейка… половина длины которой внезапно раскрылась блеснувшими сталью челюстями! Там и зубы были! Челюсти лязгнули, смыкаясь. Дрозд подпрыгнул и пинком отправил злостную рептилию в кусты:
— Вот только зазевайся! Враз полноги отхватят!..
Петька подумал, вынул из храна гномьи подкованные сапоги. И шлем, потому что полноги — это, конечно, неприятно, но полголовы — куда хуже.
— Неплохо, — одобрил куратор, тоже извлёк шлем и обулся в нечто укусопрочное, — Ну, пошли, оглядимся.
Лес усиленно прикидывался мирным пейзажем. Натурально, картинка как с рекламного плаката какого-нибудь экологически чистого района. Листва зеленела, облитая настолько жизнерадостным солнцем, что, казалось, оно говорит: «Посмотри, какая красота! Здесь мир, покой и полная гармония. Иди сюда скорее!» — и это дико настораживало. К тому же амулет начал тихонько покалывать. Петька шёл рядом с Дроздом, озираясь по сторонам. Откуда тревога? Тут, главное, и в подлеске-то не спрячешься — потому что нету его, этого подлеска! Лес простирался вокруг, прозрачный, светлый, и даже трава была как будто подстрижена, примерно по щиколотку. Кроны деревьев время от времени шевелились под порывами ветра, и это тоже нервировало. Медальон сигналил всё чаще. Да что ж такое!
И тут Петька увидел, как под очередным порывом ветра часть одной кроны оторвалась от своего дерева и перекинулась к другому!
— Это не ветер!!! — заорал он, — Сверху, на деревьях!
И они посыпались. Зелёные антропоморфные фигуры, сплошь покрытые нежной весенней листвой. У них были тела, руки и ноги. И, наверное, всё-таки головы. Только вот ни глаз, ни ртов, ни вообще чего-то похожего на лица у них не было. Зато были лианообразные плети, выстреливающие подобно кнутам, обвивающие руки, старающиеся подсечь ноги… И от того, что эти существа одновременно были похожи и непохожи на людей, становилось жутко. Скьявона сама прыгнула в руки — и понеслось!