Ангелы живут на небесах

— Почему он должен был вас узнать, если раньше никогда не видел?
— В том-то и дело, что видел. Тогда, в гостинице. Ведь это был он, тот самый мужчина, отец Маринкиной дочки…
Первая мысль, которая посетила мое сознание после услышанных слов, была немного отстраненной. Оказывается, между Тагиром и Аленкой неспроста возникло такое взаимопонимание и выполнять обязанности няньки параллельно с обязанностями шофера у него были свои, достаточно веские причины.
Так, может, это он ее и убил? Но, кажется, в тот вечер он ездил в какую-то командировку в областной центр…
Я схватила телефон и набрала домашний номер Гордеева. Он ответил сразу, даже первый гудок в трубке не успел прозвучать до конца.
— Алло! — срывающимся голосом произнес он и тут же почему-то разочаровался. — А, это вы, Надежда Александровна…
Мне некогда было выяснять причину его разочарования, потому что в данный момент меня волновало другое.
— Скажите, куда ездил ваш водитель в тот самый вечер, когда убили вашу жену?
— В Пугачев, за сертификатами, — торопливо проговорил он. — Послушайте…
Мне показалось, что он станет сейчас занудно выяснять причину моего внезапно возникшего интереса, поэтому я его перебила.
— У кого он брал сертификаты? То есть я хочу сказать… — мысли мои путались, а нужные слова никак не приходили, — тот человек, который отдавал Тагиру необходимые документы, знал, что это ваш шофер?
— Знал…
— Он его видел когда-нибудь?
— Видел? — Гордеев на минуту задумался, а затем произнес: — Да нет, откуда он мог его видеть, мы же в разных городах живем, я и сам с ним по факсу общаюсь. А что?
— Дайте мне номер его телефона!
Гордеев не стал задавать больше никаких вопросов и через минуту выдал мне номер в Пугачеве.
— Это — домашний?
— Рабочий.
— Зачем мне рабочий?! Сегодня же воскресенье!
Его медлительность меня просто бесила.
— Откуда я знаю его домашний номер? Да в чем дело?
Немного поостыв, я поняла, что и в самом деле веду себя сейчас не вполне адекватно. В конце концов, все то, что меня интересует, я могу выяснить и завтра, когда человек, общавшийся с Тагиром, появится на работе. И если мои подозрения подтвердятся…
— Да ни в чем, — миролюбиво произнесла я, — так просто, интересуюсь. Как у вас дела?
Я задала последний вопрос не из любопытства, а из вежливости, потому что была уверена в том, что услышу в ответ очередную зануднейшую тираду по поводу какой-нибудь ерунды.
Однако то, что я услышала, заставило меня буквально подскочить с места.
— Знаете, я что-то не могу понять, куда пропали Тагир с Аленкой… Я пришел, а их нету. Сперва подумал, что они гулять пошли, но как-то странно, у нее же поднялась температура… И до сих пор не вернулись…
— Не вернулись?! А вещи, вы вещи в шкафу смотрели?
— Какие вещи? — не понял он.
— Аленкины вещи!
— Зачем?
— Сейчас же посмотрите, слышите! Быстро, трусы, колготки, кофточки, что там она еще носит…
Услышав в трубке, как открываются дверцы шкафов, я поняла, что Гордеев повиновался. Наверное, он догадался, в чем причина моего беспокойства.
— Нет, все на месте… Неужели вы думаете, что… Но зачем?
— Поверьте, у него есть причина. Но об этом позже. А теперь лучше скажите мне вот что. Тагир… кстати, как его фамилия?
— Мусаев…
— Мусаев ведь приезжий?
— Ну да, приезжий, он родом из Дагестана, лезгин по национальности…
— Срочно заявите в милицию о пропаже ребенка! Вы слышите, обязательно! Пока все. Позвоню, как только что-нибудь узнаю! — с этими словами я бросила трубку, чтобы набрать другой телефонный номер.
— Справочная железнодорожного вокзала слушает!
— Скажите, во сколько отходит поезд на Махачкалу или любой другой в сторону Дагестана?
— В сторону Дагестана отходит только один поезд, Москва — Махачкала, транзитный. Он уже прибыл, отходит в девятнадцать десять.
Девятнадцать десять… Я посмотрела на часы. Без пяти минут семь. Пятнадцать минут… У меня есть всего лишь пятнадцать минут для того, чтобы успеть помешать Мусаеву вывезти девочку за пределы города. Это в том случае, если он решил ехать на поезде. А если на машине? Если я сейчас упущу время, найти Мусаева в Дагестане будет слишком сложно, даже если объявят всесоюзный розыск. Ведь в этой республике сотни маленьких селений. В горах никакой паспорт ему не понадобится.
 
Моментально кинувшись к выходу и даже не попрощавшись с хозяйкой квартиры, я пулей вылетела во двор. Пятнадцать минут… Хватит ли мне этих пятнадцати минут, чтобы успеть доехать от набережной до вокзала? Если ехать достаточно быстро, то доехать можно и за пять, максимум за семь минут, расстояние не такое уж и большое.
Остановив первую попавшуюся машину, кинувшись ей буквально наперерез, я сразу положила на колени совершенно обалдевшему от неожиданности и моей наглости водителю «шестерки» сторублевую купюру и произнесла умоляющим голосом:
— Пожалуйста, на вокзал, как можно быстрее.
С водителем мне повезло. Не задавая лишних вопросов, он резко нажал на газ и помчался, лихо обгоняя ехавшие впереди машины, среди которых достаточно часто попадались иномарки.
— Что, на поезд опаздываешь? — поинтересовался он наконец, не переставая внимательно следить за дорогой. Я в ответ только кивнула, продолжая мысленно молиться о том, чтобы успеть. И тут я перевела взгляд на панель приборов, где располагался круглый циферблат, и сердце у меня упало. Они показывали ровно 19.10.
— У вас часы, что, спешат? — затаив дыхание, спросила я с надеждой.
— Да нет вроде.
— Черт! — выругалась я, почувствовав, что мои молитвы, наверное, не будут услышаны. — Так нет или вроде?
— Ну может быть, минут на пять, не больше…
Как выяснилось, они спешили даже не на пять, а на четыре минуты, потому что в тот момент, когда я оказалась перед зданием вокзала, электронное табло возле входа высвечивало цифры 19.08. До отправления поезда оставалось две минуты.
Мимо здания я помчалась в ту сторону, где располагался мост через пути, сбивая на ходу прохожих и игнорируя проклятия, которые так и летели мне вслед.
— Поезд Москва — Махачкала отправляется с пятого пути. Будьте внимательны и осторожны…
Какая тут, к черту, осторожность! Я только успела подняться на мост и сразу увидела, как стоявший на пятом пути поезд лениво, словно гусеница, пополз подо мной, постепенно набирая скорость. За считанные доли секунды прикинув, что спуск по лестнице вниз займет у меня гораздо больше времени, чем прыжок, я не стала дальше раздумывать и перекинула ногу через железные перила. Рассчитав приземление, прыгнула и опустилась в нескольких сантиметрах от того места, где между вагонами зияла дыра. Мысленно поблагодарив судьбу за спасение и отругав себя за неточный расчет, я растянулась пластом и принялась медленно ползти по направлению к той самой пропасти, в которую едва не свалилась.
С некоторым трудом все же преодолев это небольшое расстояние, так же медленно развернула корпус и, ухватившись за железные поручни, спустилась вниз.
На мое счастье, дверь в вагон была открыта. Не раздумывая, я резко ее распахнула, решив для начала пройти ту часть поезда, которая была более короткой и состояла всего из пары вагонов.
Как оказалось, они были плацкартными, поэтому я смогла увидеть всех пассажиров, которые в них находились. Мусаева не было. Сидевшие на чемоданах мужчины и женщины, по преимуществу кавказских национальностей, смотрели на меня, как на инопланетянина, а проводница смерила меня недоумевающим взглядом и поинтересовалась:
— Девушка, вы из какого вагона?
— Из соседнего, — ответила я неопределенно и промчалась мимо нее как ошпаренная, услышав вслед:
— А билет свой показать не хотите? Эй, стой, куда помчалась-то?
Но я ее проигнорировала и понеслась дальше, в следующий вагон. Еще два плацкартных вагона — результат поисков тот же. Поезд уже набрал приличную скорость — бросив мимолетный взгляд в окно, я заметила, что он уже движется по территории Промышленного района.