Ангелы живут на небесах

Бегло оглядевшись по сторонам, я поморщилась — квартиру Бахваловых в привычном смысле этого слова и квартирой-то назвать, было нельзя, такой это был гадюшник. Я подумала о том, что с виду Бахвалов совсем не производил впечатления человека, который проживает в подобных условиях — когда я увидела его на пороге подъезда Туманова, он показался мне вполне нормальным, даже приличным человеком и уж никак не беспробудным алкоголиком, проживавшим в таких кошмарных условиях.
Дальше рассуждать времени не было. Повернувшись, я вдруг застыла без движения — кажется, лежащая на диване женщина зашевелилась. Дыхание ее на мгновение замерло, и тут же она разразилась таким мощным храпом, что я едва не заткнула себе уши.
Высунув нос из приоткрытой двери и убедившись в том, что нежелательных свидетелей моего незаконного вторжения в обитель Бахваловых не имеется, я проскользнула наружу. Аккуратно, стараясь не производить лишнего шума, закрыла дверь и стрелой помчалась вниз по ступенькам.
На этот раз наградой за охрану автомобиля двум паренькам послужила лишь моя ослепительная улыбка и «спасибо», которое, как известно, в карман не положишь. Но этот абстрактный карман, на мой взгляд, в данном случае и без того уже оттопыривался.
— Снова без толку! — разочарованно произнесла я, отвечая на невысказанный вопрос Авторитета. — Похоже, она спит без задних ног. А Бахвалова увидите — передайте, что я на его место уже другого работника нашла, более ответственного!
С этими словами я взвизгнула тормозами и тронулась в путь, на прощание махнув рукой своим новым приятелям. Они так и сидели на скамейке, лениво лузгая семечки и попивая кока-колу, и уходить, похоже, не собирались. По всей видимости, уходить им было просто некуда, потому что в этом районе не было ни одного подходящего места, в котором пара подростков могла бы повести время с пользой и интересом.
Выехав на проезжую часть, я остановила машину, заметив невдалеке трамвайную остановку. А не подождать ли мне появления Бахвалова, прежде чем отправиться в отдаленный конец города? В том случае, если он выйдет из трамвая номер восемь, это будет только лишним плюсом в пользу полезности моего предполагаемого путешествия. Так как именно восьмой трамвай, насколько я помнила, следовал в самый конец Промышленного района, и улица Зеленая была конечной остановкой этого маршрута.
Если бы я знала, сколько времени мне придется ждать, я бы, наверное, предпочла совершить поездку на Зеленую без предварительного выяснения вопроса о том, откуда вернется старший Бахвалов. Потому что он появился аж спустя два часа, когда на улице уже совсем стемнело и силуэты людей стали почти неразличимы. Фонари в Пролетарском районе присутствовали лишь условно, и из пяти имевшихся в наличии тусклым светом горел только один — остальные были разбиты. Однако это все же не помешало мне разглядеть Бахвалова среди людей, которые выходили из трамвая номер восемь.
Это было достаточно сложно еще и по той причине, что я видела объект своего наблюдения всего лишь один раз в жизни, причем без верхней одежды. Вглядевшись в силуэт одного мужчины, я подождала, пока он подойдет к моей машине поближе, и наконец идентифицировала его с тем самым, который так недружелюбно разговаривал со мной несколько часов назад. Снова отметив про себя, что братья Бахваловы абсолютно не похожи, я пригнулась, сделав вид, что пытаюсь что-то отыскать на полу своей машины. Нежелательно, чтобы он меня здесь увидел — хотя ничего страшного тоже произойти не может.
Кажется, он меня не заметил, что было к лучшему. Когда старший Бахвалов скрылся за углом дома, я наконец запустила двигатель и поехала.
Поехала я домой — несмотря на то что теперь у меня имелись косвенные улики того, что искомый мною Бахвалов скрывался у своего приятеля Сивого, я посчитала, что на сегодняшний день работы с меня вполне достаточно. Время было без четверти одиннадцать. Да, пусть я частный детектив и график работы у меня ненормированный, но ведь работать с восьми утра и до одиннадцати ночи может только запрограммированный автомат, а я, как известно, была живым человеком. Поэтому решила заняться Бахваловым завтра с утра, справедливо рассудив, что утро вечера мудренее.
 
Печально улыбнувшись, я вспомнила о том, как совсем недавно говорила об этом с Тумановым. По возвращении домой нужно будет позвонить Вадиму и узнать о состоянии Андрея.
Однако звонить мне не пришлось. Кнопка автоответчика, как это часто бывает в случае моего длительного отсутствия в собственной квартире, мигала. Сообщение поступило буквально несколько минут назад, отметила я, взглянув на время, зафиксированное на табло телефонного аппарата.
— Здравствуй, Надя, это Вадим, — услышала я, секундой раньше уже догадавшись, кому принадлежит этот голос. — У меня хорошие новости. Андрей пришел в себя, и его состояние заметно стабилизировалось. Возможно, завтра он уже сможет давать показания, и нам удастся выяснить что-нибудь существенное.
И еще… Сегодня, когда ты показывала мне фотографию того человека, кажется, его фамилия Бахвалов, у меня, честно говоря, возникло ощущение, что лицо его мне знакомо. Но я не стал тебе об этом говорить, так как ощущение это было настолько смутным, что доверять ему не стоило. Не хотел тебя запутывать, ведь ничего определенного сказать не мог.
Но теперь я совершено точно могу сказать, где видел Бахвалова. Вернее, не самого Бахвалова, а его фотографию.
В альбоме у Андрея есть несколько фотоснимков Полины, и на одном из них именно этот человек стоит с ней рядом. Так что, скорее всего, этот выстрел был выстрелом из прошлого… Ладно, всего хорошего, — заметно смутившись, видимо, от неожиданно художественной окраски предыдущей фразы, попрощался Вадим, а я со всего размаха нещадно хлопнула себя по лбу. Ну конечно!
Вот откуда у меня еще в лаборатории возникло это ощущение, что человек на фотографии мне знаком. Приняв на веру гипотезу Киреева о том, что, по всей вероятности, я видела этот снимок в одном из репортажей местной криминальной хроники, я не стала напрягать мозги в поисках возможных вариантов. Но теперь я поняла, что какое-то неопределенное ощущение не давало мне покоя целый день — мое подсознание било тревогу, потому что гипотеза Киреева была ошибочной! На самом деле я видела фотографию Бахвалова в альбоме у Андрея.
Поднапрячь мозговые извилины, как выяснилось, мне бы не помешало. Следовательно, покушение на жизнь Андрея Туманова все же было каким-то образом связано с Полиной. Девушка с темным прошлым — кажется, именно так отозвался о ней Вадим. Выстрел из прошлого — красивая, но в данном случае уместная фраза. Однако, судя по всему, Вадим и понятия не имел, каким образом и насколько тесно Бахвалов был связан с Полиной. Прояснить этот вопрос мог только Андрей, конечно, в том случае, если он интересовался у Полины, что за парень изображен рядом с ней на той фотографии.
Вспомнив про Андрея, я облегченно вздохнула. Кажется, и на этот раз ему повезло и его жизни больше не угрожает опасность.
Часы показывали чуть больше половины двенадцатого, и я решила, что звонить сейчас Вадиму было бы не совсем в рамках приличия. Хотя, если подходить к этому вопросу с чисто практической точки зрения, повод для звонка у меня имелся более чем серьезный. Еще минуту поколебавшись, я все-таки решилась набрать номер, дав себе обещание, что после первых двух гудков повешу трубку.
Ждать второго гудка мне не пришлось, — Вадим снял трубку сразу же.
— Здравствуй, Вадим, не разбудила? — слегка извиняющимся тоном поинтересовалась я.
— Да нет, что ты, я в такое время никогда не ложусь. Ты мое сообщение прослушала?
— Прослушала, — ответила я со вздохом. — Самое интересное то, что, оказывается, я тоже видела ту фотографию в альбоме у Андрея!
— Самое интересное не в этом, Надя!
— А в чем?
Голос у Вадима был интригующий, и вместе с тем я сумела расслышать в нем тревожные нотки.
— В том, что она исчезла!
— Кто? — не поняла я.