Время Рыцарей (СИ)

– А ты что думаешь, Сольвейн?
– Что не давал разрешения звать меня по имени, – холодно ответил тот, – и что дурить головы девушкам – подло. Если ты ей понравишься, а потом просто используешь, то Агата будет страдать. Только абсолютно бессовестные люди способны так поступать.
– Да ладно тебе, я же не дурочка, – примирительно сказала Агата, – я просто шучу с ним.
– Я тоже шучу, – безмятежно отозвался Джек, – так что насчет платы, Агата? Если Великий Ворон заставляет тебя служить бесплатно, то это рабство и есть.
– Во-первых, не заставляет. Большинство Воронов бездельничают, и ничего им за это нет. А во-вторых, он нас содержит. Дает нам деньги, за которые мы покупаем жизненную силу горожан. Большинство Воронов не смогли бы платить столько.
– То есть, вы работаете буквально за еду? – уточнил Джек. – Но рабов тоже кормят, чтобы они не умерли. Пока получается, что вы все-таки рабы.
– Сам ты раб! – обиделась Агата. – Я не знаю, какой тупица выдумал это рабство, но Великий Ворон для нас как наместник: он защищает нас, кормит, обеспечивает всем необходимым, а решения принимает, исходя из наших интересов. 
– Он наказывает вас, – резко вмешался Нил.
– А вы преступников в тюрьмы не сажаете? Это тоже наказание. Наказывают тех, кто этого заслуживает.
– Рейвен ему верен, но постоянно получает наказания.
Тот покачал головой.
– Я нарушаю приказы повелителя. Он никогда не наказывает просто так.
– Он проклинает вас и запирает в убежище, когда хочет, – упрямо сказал Нил.
Сольвейн вздохнул.
– Вы заблуждаетесь. Я не во всем согласен с Великим Вороном, но единственные проклятые им люди – пастор Браун и Уильям Бломфилд. И то это была идея Шарлотты, а… он… повелитель, долго искал другие способы остановить «Врагов Воронов».
– А как же Агата? – спросил Джек.
– Повелитель сказал, это случайность, – та пожала плечами, – это не его вина.
Сольвейн бросил на нее странный взгляд.
– Что же до убежища, то нас запирают только при угрозе. Но ведь город тоже закрывает ворота при осаде. 
– То есть, Великий Ворон не проклинает людей? – медленно переспросил Джек, повернувшись к Нилу.
– Проклинает. Все другие Вороны были прокляты им.
– Что за бред, Нил? – спросил Рейвен. – С чего ты это взял?
– Это очевидно. Раз он может проклинать когда хочет, значит, проклинает Воронов именно он.
– Да хрен тебе! – Рейвен закатил глаза. – Я его много лет уговаривал проклясть нам побольше бойцов, чтобы собрать армию. Он мне отказывал. Каждый чертов раз!
– И новых Воронов в убежище нет уже два года, – растерянно заметила Агата, – мне говорили, что до меня были только Бломфилд и Браун. А после – никого. Я последняя.
– Наконец, я был проклят во Время Принца, – сказал Сольвейн, – когда Великого Ворона еще не было. Как вы это объясните?
Все взгляды сошлись на Ниле. Он помедлил и глубоко вздохнул. Но прежде чем Нил ответил, откуда ни возьмись появился непонятный карлик и запричитал:
– Вот она, бедняжка! Жертва злобной похоти Великого Ворона! Чего же вы ждете, бесстрашные Рыцари? Бейтесь! Спасайте ее скорее!
– Это еще кто? – удивился Джек.
– Карлик! – изумленно выдохнул Рейвен. – Настоящий! Я думал, их не бывает!
Он подошел поближе и протянул руку, но карлик шарахнулся от него.
– Спасите! Он сожрать меня хочет!
– Дирк, что ты делаешь?
– Хочу потрогать, – с каким-то детским любопытством ответил тот, – он точно настоящий? А борода накладная? Я таких длинных ни у кого не видел.
Руди вздрогнул.
– Это – Дирк? Мать твою… Нил, ты совсем…
– Это знакомый госпожи де Брисар, – перебил его Нил несколько смущенно, – прошу вас, успокойтесь. Вы в безопасности.
– Никто в городе не в безопасности, пока Рыцари сидят, сложа руки, – возразил тот, – прекрасная принцесса надеялась, что вы спасете ее подругу, а вы и не чешетесь. Девчонку утащат обратно в черный замок и никогда больше не выпустят. А Трусливый Принц станет Принцем-лжецом. Он обещал помочь ей, но не помогает.
– Нил, он ведь не знает, что мы тут болтаем? – спросил Рейвен, потеряв интерес к карлику.
 
– Нет.
– Вот и хорошо. Великому Ворону мы тоже не говорили об этом.
– Почему? – спросил Джек.
– А тебе бы понравились такие обвинения? – нахмурилась Агата. – Как ему о них сообщить? Лучше уж тайком исправить недоразумение, чтобы он не расстраивался.
– Бедная глупышка! – карлик подошел к Агате и схватил ее за руку. – Ты поверила его грязным речам? Но Великий Ворон не любит тебя! Хоть и похитил.
– Никто меня не похищал, – возмутилась Агата, вырывая ладонь, – не трогайте меня.
– Ты пойми, сейчас твой единственный шанс на спасение! Упустишь его – и останешься в беде!
– Что это за сумасшедший? – Агата поморщилась и отступила на шаг назад. – Уберите его от меня.
– А Сюзанна, бедняжка, думала, что тебя надо спасти, – поцокал языком карлик, – все глазоньки выплакала, Рыцарей снарядила тебе на помощь, Прекрасного Принца обещала полюбить навеки, если спасет тебя. И все зря?
Джек покраснел. Об этом ему Нил не рассказывал. Проклятье, если Сюзанна узнает, что он и есть Прекрасный Принц, выйдет ужасно неловкая сцена! Он уже как-то смирился с тем, что они расстались, и думать о ней забыл.
Агата пошла неровными пятнами. Ее лицо исказилось.
– Так это все ради Сюзанны? А без просьбы дочки наместника никто бы и не почесался меня спасать?!
– Это не так, – возразил Нил, – конечно, мы спасли бы вас.
– А чего же ты хотела? – удивился карлик, вновь хватая ее за руку и снисходительно поглаживая. – Ты – не прекрасная принцесса, до Сюзанны тебе далеко. И доброты в тебе нет: зря что ли проклятье получила? Сегодня у тебя есть шанс войти в историю: ради твоего спасения Трусливый Принц может убить Великого Ворона. А ты все портишь, глупышка.
– Не трогай меня руками! – зарычала Агата. – Я же просила! Посмотрим, как тебе понравится, когда тебя будут хватать без спроса!
Она вцепилась карлику в бороду и с силой ее дернула. Тот заверещал.
– Агата, дорогая, успокойся, – взмолился Сольвейн, – он грубиян, но не нужно опускаться до его уровня! Перестань, здесь же Рыцари!
– Нил, нам вмешаться? – с сомнением спросил Руди. – Если она его пнет, то может ребра сломать.
– Спокойно, я сейчас все улажу, – сказал Джек. – Агата, не сердись на этого дурака, чего ты? Он наглый из-за возраста, но бить стариков нехорошо. Отпусти его. Ты ведь прекрасная и удивительная девушка, с чудесными манерами и…
– Вы из-за Сюзанны сюда пришли, да? Только из-за нее?
– Да нет же! Мы пришли ради тебя! – Джек очаровательно улыбнулся, но это больше не действовало: Агата почему-то рассвирепела и никак не желала успокаиваться.
– Госпожа Милн, прекратите хулиганить, – строго сказал Нил, – я, как начальник стражи, выношу вам предупреждение.
– А я не подчиняюсь стражникам! Я – поданная Великого Ворона! Пусть этот мерзавец извинится, тогда отпущу!
– Дирк, ты так и будешь молча смотреть?
– Буду. Это весело, – ухмыльнулся тот.
– Отпусти мою бороду, грязная, завистливая девчонка! – завопил карлик и внезапно взлетел на полтора метра над землей. – Она волшебная, я ее тридцать лет растил!
– Ах, так? Расти еще тридцать лет! – Агата взмахом когтей отсекла бороду почти под корень, а потом бросила на землю и подожгла чернильным пламенем.
Борода вспыхнула, карлик дико заорал, рухнул на землю и рассыпался сотней зеленых искр. Рыцари и Вороны шарахнулись в разные стороны.
Джек не верил своим глазам.
– Что за черт? – потрясенно выдохнул Руди.
– А я говорил, что он ненастоящий! – фыркнул Рейвен. – Карликов не существует.
– Я убила его? – испуганно спросила Агата. – Меня теперь посадят?
– Не волнуйся, мы тебя не выдадим, – Сольвейн обнял ее и успокаивающе погладил по плечам.
– Вряд ли это можно считать убийством, – озадаченно заметил Джек, – Нил?