Время Рыцарей (СИ)

В глазах Сольвейна мелькнула растерянность.
– Я… я имел в виду, не рассказывай Джейн и родителям. Никому за пределами убежища.
– Но почему? Что такого в том, что Великий Ворон любит серебряные вещицы?
– Агата, пожалуйста! Если это дойдет до Рыцарей, могут возникнуть проблемы. 
– Ладно, – Агата отдала ему ключ, Сольвейн запер дверь, и они ушли из подземелья.
Господин Льюис уже был в своем кабинете и что-то искал.
– Агата, ты не брала мой ключ? Я, кажется, его потерял.
Агата застыла. Что же делать? Соврать, что не видела, и тихонько подбросить? А если он спросит с магией? Тогда придется признаваться, как Бломфилду, в воровстве и дурости. Ее точно отстранят от всех дел, и господин Льюис будет разочарован в ней!
Она вцепилась в руку Сольвейна и одними глазами попросила спасти ее. Тот посмотрел на нее, вздохнул и ответил:
– Он у меня. Держи.
– Большое спасибо, – господин Льюис обрадовался и забрал ключ, – надо поменять этот чертов шнурок. Вечно развязывается. А что вы здесь делаете вместе?
– Агата пришла к тебе с отчетом, а я – заодно. Для меня дел все еще нет, так?
Господин Льюис внимательно на него посмотрел.
– Может и будут. Знаешь, приходи вечером, в восемь. Если все еще хочешь мне помогать.
– Хочу.
– Отлично.
– А мне тоже прийти в восемь? – уточнила Агата.
– Нет. Будут только Сольвейн, Рейвен и Шарлотта. Твоя помощь не потребуется. Да, я сейчас ухожу в город, так что давай отложим твой отчет.
– Как прикажете.
Господин Льюис покинул свой кабинет. Агата и Сольвейн тоже ушли. 
– Спасибо, что выручил меня, – она улыбнулась, – ты – настоящий друг.
– Не за что. Агата, скажи, тебе нравится Льюис?
– Конечно! Он умный, добрый и такой величественный, – Агата ни капли не кривила душой. 
Она снова видела его именно таким, и ей было стыдно, что она приняла Великого Ворона за безумного убийцу. Нужно было меньше читать «Полумрак». А то, что он убил Принца Ричарда, было закономерно: он же Великий Ворон! Это его обязанность. И он ее выполнил. Принца Ричарда Агата никогда не встречала, и его смерть ее не трогала.
– А если бы он начал за тобой ухаживать, ты бы приняла это?
Агата растерялась.
– Не знаю. Он добрый и симпатичный, но… нет, правда, не знаю! А что? Он велел тебе спросить меня об этом?
– Нет. Это я так.
Сольвейн выглядел обеспокоенным. Агата взяла его за руку.
– Да ну ее, эту любовь! Дружба – вот что главное! Здорово, что мы с тобой можем дружить, и ничто нам не мешает, правда? – ее слова прозвучали на редкость фальшиво.
– А что нам еще остается? – вздохнул Сольвейн. – Пойдем, займемся чем-нибудь интересным. Но знай, ты – чудесная девушка и заслуживаешь любви самого лучшего мужчины в этом городе.
«Только вот ты меня не любишь», – тоскливо подумала Агата.
А потом прогнала грустные мысли и пошла гулять с Сольвейном, предвкушая чудесный день.
  
Глава 24. Трусливый Принц.
 
Прекрасный Принц и его Рыцари собрались на складе для новой тренировки, но прежде чем начать, Гийом предложил обсудить дальнейшие действия. Джек ухватился за это с огромной радостью, и Нил снова подумал, что делает что-то не так. Молодые стражники обожали тренироваться с ним, а Джек чуть ли не сопротивлялся этому. Нужно было менять подход. 
Они устроились на пустых ящиках, и Гийом начал излагать:
– Итак, идея с Бломфилдом и Брауном не сработала. Рудольф предложил просто подходить и спрашивать Воронов, не они ли – Великий Ворон. Это надежный, но очень медленный вариант. Я предлагаю его усовершенствовать: подходим, представляемся, спрашиваем имя и Ворон ли это вообще. Дальше интересуемся, когда его прокляли. Великого Ворона можно вычислить по примерной дате: он появился восемь лет назад. Все, кто были прокляты раньше или позже – точно не он.
– А кто ему помешает соврать-то? – вмешался Рудольф.
– Никто. Но все Вороны лгать не будут, а мы будем собирать информацию о них. Можно будет навестить их соседей и родных, чтобы сопоставить показания. Таким образом тот, кто явно солжет, будет отнесен в список подозреваемых.
 
– Хорошая идея, – одобрил Нил, – не забудь исключить бойцов, женщин и пожилых Воронов. 
– Уже, – Гийом самоуверенно улыбнулся, – более того, мне пришла в голову еще одна идея. Услышав ее, ты поймешь, что я недаром занимаю место твоего Рыцаря.
Рудольф тихо усмехнулся, но ничего не возразил. Принц Джек хмыкнул:
– Кстати, об этом. Ты нашел способ передачи моей силы Нилу? 
– Нет пока, – Гийом отвечал небрежно, но Нил заметил, что он напрягся, – я работаю над этим.
– Слушай, давай пошустрее. У меня уже все руки отбиты вашими тренировками.
«Вашими». Нил мысленно выругался. Вот в чем было дело! Джек не старался, потому что не видел в этом смысла: он ждал, что Прекрасным Принцем станет Нил, а ему сражаться не придется. Неуважительное отношение Гийома и Рудольфа только укрепляло его в этой мысли. Нужно было вселить в него больше уверенности.
– У тебя неплохо получается, – соврал он, – ты многого добился с тех пор, как взял в руки меч. Постарайся еще немного, и ты станешь куда сильнее.
– Правда?
– Конечно. У тебя есть все задатки хорошего воина.
Рудольф изумленно посмотрел на него. Гийом презрительно фыркнул.
– Нил, ты серьезно? Он даже не…
– Да, – с нажимом ответил тот, – я серьезно. Наш Принц должен стать самым сильным человеком в городе, и он идет к этому, медленно, но верно. Я горжусь, что обучаю его. Потенциально он очень талантлив.
Джек просиял и расправил плечи. Рудольф сообразил, в чем дело, и подтвердил:
– Ты прав! Еще немного поднажмет, и Вороны от страха разлетаться будут, завидев его! Верно, я говорю, Гийом?
Тот поймал выразительный взгляд Нила, закатил глаза, а затем надел самую любезную из своих масок.
– Несомненно. Можно, я вернусь к своей идее? Вы все должны будете в ней участвовать.
– Рассказывай, – предложил Принц Джек, и Нил выдохнул.
Так-то лучше. Он должен почувствовать себя лидером, тогда и стараться будет лучше.
– Нил, мы ведь с тобой стражники?
– С утра были ими, – усмехнулся тот, – а что?
– Так почему мы об этом забыли? У нас под носом убийство, и расследовать его – лучший способ поймать преступника.
Нилу потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем он говорит.
– Ты предлагаешь расследовать смерть Принца Ричарда? Но какой в этом смысл? Мы же знаем кто его убил.
– Огромный. Мы не знаем, как и где это было. Узнав, поймем, какую ловушку ему устроил Великий Ворон. А, главное – он ведь был там, Нил! Его кто-то мог видеть и опознать не из Воронов! Нам нужно найти место преступления и свидетелей – и все, Великий Ворон будет схвачен!
– И как же ведутся подобные расследования? – заинтересовался Принц Джек.
– Мы соберем информацию о Принце Ричарде и его Рыцарях и восстановим последние сутки их жизни. Кто-то наверняка видел их идущими на битву. А там узнаем, куда именно они шли, и найдем свидетелей.
– Думаешь, Великий Ворон оставил их в живых? – с сомнением спросил Рудольф.
– Он мог их и не заметить. Они не обязательно присутствовали при убийстве, но нам хватит указания на Ворона, который направлялся туда. Сопоставим с нашим списком Воронов и определим, кто там был и кто точно не может быть Великим Вороном. Именно так расследования и проводятся: опрос свидетелей, сбор улик и вырисовывается полная картина преступления. 
– Отличная идея! – довольно согласился Принц Джек.
– Нет, – отрезал Нил.
Все замолчали и посмотрели на него. Нил и сам до конца не понимал, что вызвало у него такой протест. Но одна мысль о том, что он узнает о последних часах (днях?) жизни дяди Рутгера, будила в нем гнев и беспокойство. А что если тот вместе с Принцем Ричардом накануне творил ужасные злодеяния и убивал беспомощных Воронов? Тогда все узнают, что Нил не только племянник убийцы, но и лжец: он ведь рассказывал о дяде Рутгере, как о достойном человеке. Он будет замаран тем, чего не совершал. А дядя… пусть уж лучше покоится с миром. Многие в городе считали его хорошим человеком, и Нил не хотел становиться тем, кто это опровергнет.