Время Рыцарей (СИ)

– Конечно! Она жуткая и странная, лицо богомолье…
– Это как?
– Сверху широкое, снизу узкое, острое, – принялась объяснять Агата, – как у богомола. Но при этом очень красивое. Оно будто само наколдованное, а настоящее лицо она за ним скрывает. Но дело в другом! Я пока летела, увидела ее в толпе. Она в лавку заходила, «Хорошие вещи для хороших людей». Это лавка Джека! А у нее в руках коробочка была, как та, что она Сюзанне вручила! Я хотела тут же за ней бежать, но когда попыталась приземлиться, люди закричали и в стороны шарахнулись. А стражники, наоборот, ко мне рванули. Оружием трясли, ругались. Я испугалась и полетела к вам.
Льюис содрогнулся.
Не дай бог проклятая вещь попадет к Джеку!
– Агата, немедленно беги в ту лавку, скажи, что посылка доставлена по ошибке и забери ее. Любой ценой! Выкупи, вымани, можешь моим именем припугнуть, только осторожно! – приказал он. – Шарлотта, иди в цирк, поищи там эту колдунью и узнай, откуда у нее проклятое серебро! Сольвейн, Рейвен – отправляйтесь в город, ищите его на отмеченных точках и не только! Смотрите под ноги, заходите в лавки, глядите в оба!
Они разошлись, спеша исполнить его приказы.
Льюис рухнул в кресло, сгорбился и запустил пальцы в волосы.
Что это за колдунья Каллисто? Зачем она распространяла проклятые вещи? Откуда взяла их? Сколько уже успела разнести? Одну Джеку, одну Сюзанне – а не нарочно ли? Она что, пыталась проклясть его друзей? Но что он ей сделал? Может, она дочь Принца Ричарда или кого-то из Рыцарей, убитых Рейвеном? И приехала в город ради мести?
Восемь невинных людей проклято из-за него.
Так, спокойно. Нужно найти Каллисто и поговорить с ней. Продумать план решения проблемы. Они как-нибудь договорятся. Он подкупит ее… черт, золота почти не осталось! Тогда постарается воззвать к ее совести, объяснит, что месть не даст ей облегчения. Расскажет об ужасах проклятья и как не хотел никого убивать. Найдет подход. Справится. Главное, чтобы больше никто не пострадал.
Минуты летели незаметно. Льюис успокоился, погрузившись в планирование дальнейших действий. Набрасывал варианты диалогов. Прикидывал другие причины и мотивы колдуньи Каллисто. Ничего, им главное поговорить и все решится.
Он вызвал Кристину и узнал, что новых Воронов уже успокоили и познакомили с остальными. Правда, их голод рос. Сытой и бодрой была только вернувшаяся Фанни. Она пришла вместе с Бернардом и старательно оправдывалась за нападение на пьянчуг, клянясь, что ничего подобного с ней раньше не происходило и обычно люди ее любят. И она вполне может служить в кабаке, если новый господин ей позволит. Там требовалась еще одна подавальщица: Кристина с Маргаритой явно не справлялись вдвоем. Бернард, занесший проклятое серебро, подтвердил это, чему-то довольно усмехаясь. Льюис отправил Фанни отдыхать, пообещав решить этот вопрос позже. 
Вернулись Сольвейн и Рейвен. С пустыми руками: проклятого серебра нигде не было. Похоже, цирковая колдунья собрала все до них.
– Агату не видели? – хмуро спросил Льюис. – Ее слишком долго нет.
– Нет. Льюис, я полечу поищу ее, – встревожился Сольвейн, – вдруг ее стражники арестовали?
– За что? Она никому ничего не сделала.
– Кто знает. Если больше нет распоряжений, то я полетел за ней.
– Лети, – вздохнул Льюис.
Рейвен вертел в пальцах кончик своей длинной косы.
– Я собрал всех бойцов в убежище. Оставил только одного на воротах, чтобы следить, не войдет ли Прекрасный Принц в город. Бернарду тоже велел остаться здесь, он может пригодиться.
– Зачем?
– Над нами будто сгущаются тучи, – Рейвен бросил взгляд в окно, на закатное солнце и ясное небо, – я чую неприятности. Мы будем рядом и немедленно исполним любой твой приказ.
– Я поговорю с Каллисто, и все образуется.
– При мне. Не хватало еще, чтобы она тебя заколдовала.
Льюис хмыкнул.
– Я – Великий Ворон. Единственная угроза мне – Трусливый Принц, а он за городом.
Рейвен нервно передернул плечами.
– Принцы не бывают трусливыми.
– Но этот именно такой.
 
– Нет. Он затаился и что-то готовит. Что если эта колдунья с ним в сговоре? Они попытаются тебя выманить или усыпить, чтобы доставить к нему в беспомощном состоянии.
– Хорошо, будешь присутствовать при разговоре, только молча.
– Еще оставим охрану у двери и на балконе. И в соседней комнате. Чтобы она не знала о ней.
– Ты перебарщиваешь. Мы даже не знаем, действительно ли она колдунья или просто циркачка.
– Зато знаем, что твоя жизнь бесценна, и ты не должен пострадать.
Льюис улыбнулся. Некоторые вещи неизменны, и одной из них была готовность Рейвена всегда оставаться рядом и защищать его.
Это успокаивало.
Раздался шум крыльев. На балкон влетела Шарлотта, подбежала к столу и высыпала груду проклятых вещей. Все еще серебряных и не потемневших.
– Ты нашла их! Умница! – обрадовался Льюис. – Удалось договориться с Каллисто? 
– Нет, – выдохнула Шарлотта и обернулась к нему. – Льюис, у нас очень большие проблемы!
Глаза ее были полны гнева и страха. Рейвен поспешил ее обнять.
– Что случилось?
– В цирке целый сундук проклятого серебра! Огромный! Его раздают как призы в лотерее! Та самая колдунья, Каллисто! Я попыталась выкупить его, но она лишь посмеялась надо мной и предложила выиграть. Я спустила все деньги, потом развела каких-то бедолаг, чтобы они выигрывали его для меня, – Шарлотта облизала пересохшие губы, – пообещала поцелуй тому, что добудет мне больше всех вещей. Мы привлекли очень много внимания. У меня были шансы забрать все, были! Но Каллисто это не понравилось. Она закрыла лотерею и увела людей на представление. Сундук куда-то унесли, а меня выпроводили. Льюис, если не забрать сундук, у нас будет сотня проклятых, а не восемь! 
Льюис оцепенел. Страшная догадка ледяной змеей скользнула за шиворот и обвила его шею.
– Сколько цирк уже в городе?
– Неделю, вроде.
– Верно. Фанни безумно оголодала за этот срок, но не пришла сюда, не зная, что это необходимо, – мертвым голосом сказал Льюис. Дышать ему становилось все труднее. – Я тоже попал в убежище только через неделю. Всегда был черноволосым и не понял, что со мной случилось. Большинство горожан, получив проклятье, пытаются отсидеться дома, а не спешат сюда.
Шарлотта охнула. Она поняла.
Рейвен недоуменно нахмурился.
– Ты о чем это? И куда ты собрался?
– Забирать своих Воронов, – бесцветно ответил Льюис, чувствуя, как его начинает трясти, – у нас не восемь проклятых, Рейвен. Восемь – это лишь те, кто дошел до убежища.
Льюис раскрыл крылья и полетел в город. На лице возникла белая птичья маска, но он не стал ее снимать. Еще не успело стемнеть, и его могли узнать.
Разумеется, его узнали и без того. Нечасто Великий Ворон посещал город днем.
Люди, задрав головы, глядели на него. Кто-то поспешил спрятаться в здания, другие просто смотрели с любопытством и ждали, что он им скажет. 
Льюис использовал заклинание усиливающее голос, и глухо приказал:
– Всем Воронам немедленно вернуться в убежище. Всем проклятым, кто увидел у себя внезапно почерневшие волосы, я приказываю пойти в мой черный замок. Сейчас же!
Его должны были услышать все. Иначе магический приказ бы не сработал.
Захлопали двери. Где-то начали кричать.
Льюис, оцепенев, наблюдал, как на улицы выходят его проклятые подданные. Мужчины и женщины всех возрастов. Неловко, медленно ковыляющие старики. Дети. За двумя совсем маленькими гналась кричащая мать, но они продолжали бежать вперед, хоть и рыдали, зовя ее.
Десятки черных голов. Нет, больше. Их было не меньше сотни. И еще больше – перепуганных родных, пытавшихся остановить их. Мужья и жены, родители и дети, друзья и любовники – все пытались удержать самых дорогих людей, что у них были. Сохранить, спрятать, защитить от магии Льюиса. Вся эта людская река стремилась к убежищу.
Но лишь часть сможет до него добраться. Вороны. Остальные не пройдут магическую защиту. Сойдут с ума от страха и бросятся назад. Но весь город будет знать, где находится убежище Воронов. Нилу Янгу доложат об этом тут же.