Любовь и полный пансион (СИ)

Этот зов был настолько силен, что папа не мог долго усидеть на одном месте. Дома ему все быстро наскучивало, и уже через пару месяцев после каждого своего возвращения он начинал страдать, пока…
Пока не срывался в очередное плаванье, хотя ему и был положен длительный отпуск.
Я знала, что причина была вовсе не в домочадцах, а в том, что сидеть на одном месте было попросту не в его натуре. Отца звала лунная дорожка, которой он не в силах был противостоять. И пусть каждая наша разлука причиняла мне боль, но когда я подросла, то поняла, что иначе он не может.
Поэтому я делила его с морем. Так долго, пока оно окончательно его не забрало.
Вздохнув, я заморгала, прогоняя непрошенные слезы. Повернула лицо ветру, дожидаясь, когда очередной порыв осушит застывшие на ресницах капли.
Одно я знала наверняка – отец бы не одобрил, если бы я продолжала так долго по нему убиваться. И еще – ему бы пришлось по вкусу то, что я делала в Монрее.
Мой новый дом и то, что нам удалось установить контакт с существами из другого мира – о да, уверена, папа бы одобрил! – а те сумели помочь пострадавшим в катастрофе. А еще – тэрги готовы были продолжать, а я собиралась сделать все, чтобы это стало возможным.
Потому что доктор Легран не только подкинул мне пищу для размышлений, но и… шестерых новых пациентов, которые уже завтра в первой половине дня должны были перебраться в три освободившиеся комнаты.
 Да-да, по два пациента в каждую.
- Но ведь у нас нет свободных комнат! – помню, как возразила я доктору Леграну, с удовольствием доедавшему тушеную баранину с легким ароматом специй, потому что мне удалось заманить и накормить его ужином.
Оказалось, что места будут, потому что Перси Страута, Алекса Эванса и Харви Гирка признали окончательно идущими на поправку, поэтому переводили в госпиталь – и прощайте виски с коньяком и ужины с обедами с чудесным видом на звенящие фонтаны и синее ласковое море!..
Узнав об этом, биржевики возмутились. Принялись сопротивляться, заявив, что никуда они не поедут и это нарушение их гражданских прав, но доктор Легран был неумолим.
Тогда Перси Страут намекнул, что они готовы доплатить – наплевать на то, что лечение оплачивали Королевские Воздушные Линии, – лишь бы только остаться в моем доме!
Не помогло – завтра утром эта троица дружно перебиралась в госпиталь, но доктор Легран их утешил, заявив, что они всегда смогут вернуться в «Охотничий Уголок», если мисс Дорсон согласится сдать им комнаты.
Но уже после того, как этот самый госпиталь перестанет нуждаться в услугах мисс Дорсон.
Потому что сейчас они отчаянно были им нужны.
К нам направляли шестерых пациентов в крайне тяжелом состоянии, за чью жизнь давно уже шла битва, но с переменным успехом. Если уж быть честным, заявил мне доктор, то успех состоял лишь в том, что эти люди до сих пор оставались живы. Они лежали, погруженные в магический сон, поддерживаемые сильнодействующими препаратами, постоянным вливанием магии и молитвами.
Но прогнозы были неутешительными.
Их состояние оказалось настолько тяжелым, даже отчаянным, что их решили перевести в «Охотничий Уголок».
- Мне все равно, мисс Дорсон, как вы это делаете, – заявил мне доктор, когда, отужинав, пригласил меня пройтись с ним по территории «Охотничьего Уголка».
Мы шагали по дорожкам, освещенным фонарями, минуя заснувшие на ночь фонтаны. Легран говорил, я слушала.
- Я не стану вас допрашивать, потому что по вашему лицу видно, что вы непременно станете отпираться и расскажете мне несколько немыслимых историй на любой вкус.
На это я с трудом удержалась от смешка. Доктор был прав – я собиралась отпираться, заранее придумав несколько этих самых немыслимых историй, включая снисхождение Богов по причине усердных молитв сестер Долорес и Лючии. Решила, что монахиням эта история придется по вкусу и они с радостью поддержат мою версию.
Потому что не знала, могу ли я доверять Густаву Леграну.
Вернее, как он себя поведет, узнав, что в «Охотничьем Уголке» завелись существа из другого мира, чьи непонятные и неизученные магические способности мы использовали для лечения наших пациентов.
 
- Не спрашивайте, – согласилась я, и доктор Легран кивнул.
- У меня уже есть несколько предположений, которые мне самому кажутся совершенно немыслимыми, поэтому я не рискну их высказывать. Но, как я уже говорил, мы планируем отправить в «Охотничий Уголок» тех, чья жизнь под серьезной угрозой, надеясь, что ваши необъяснимые методы сработают.
- Хорошо, – согласилась я. – Конечно же, отправляйте! Правда, с моей стороны все-таки будет одно условие.
- Какое именно, мисс Дорсон? – доктор устремил на меня внимательный взгляд.
- Пообещайте, что вы станете довольствоваться моими немыслимыми историями до тех пор, пока я не решусь вам все рассказать, – вот о чем я у него попросила.
И Легран мне пообещал.
Это означало, что завтра утром три заядлых алкоголика – тьфу ты, три биржевых деятеля – отбывали в Королевский Госпиталь до окончания своего лечения, а нам придется срочно готовить освободившиеся комнаты к прибытию новых пациентов. Сделать уборку, застелить чистое белье, а потом перестирать грязное – с этим наблюдались большие проблемы, но миссис Ортон пообещала уже завтра приступить к работе и привести с собой напарницу.
Кухня тоже работала в полную силу, но мне было ясно, что стараниями одной Наны долго не протянем, хотя мы всячески пытались ей помогать.
Поэтому завтра утром, разобравшись с прачками, я собиралась отправиться не только в банк – удостовериться, что у меня есть доступ к новому счету, – но и в редакцию местных газет, где думала подать объявления о найме.
Нам нужна будет помощница кухарки. Возможно, даже две.
А еще мне придется купить все необходимое – список я составляла в небольшом блокноте, который постоянно таскала с собой, и на этот момент он уже занимал несколько листов.
…Размышляла об этом, возвращаясь с Айданом по берегу к ведущей наверх дорожке. Думала, каким образом нейтрализовать сестер из Ордена Святой Виргилии – еще та задача, с каждым разом становившаяся все сложнее и сложнее, потому что монахини постоянно крутились возле пациентов, – после чего запустить к новым постояльцам тэргов.
И чем скорее мы это сделаем, тем лучше для больных, которых к нам планировали перевезти уже завтра. Со слов доктора Леграна я знала, что те находились на грани жизни и смерти, так что магия Зоргана и Ирви им не помешает.
Нам же оставалось лишь молиться и надеяться на то, что тэрги справятся...
- Справяцца! – уверенно заявил Зорган, трущийся возле наших ног.
Прибежал откуда-то со стороны фруктового сада, поздоровался сперва со мной – потерся у моих ног, – затем переметнулся к магу и вцепился тому лапками в штаны.
Просился на руки.
- Справяцца, справяцца! – пропищала Ирви.
Симпатии розовой тэрги были однозначно на моей стороне, поэтому, нагнувшись, я подхватила ее на руки. Прижала к себе, погладила по мягкой шерстке, и Ирви довольно заурчала.
- Похоже, тэрги улавливают мои мысли, – сказала я Айдану, – даже если они к ним не обращены. Или же это очень большое совпадение, потому что я как раз о них думала... Думала о том, справятся они или нет, но Зорган и Ирви уверены, что все будет хорошо.
- Значит, у тебя с ними более тесный контакт, чем у меня, – усмехнулся маг. – Потому что я усиленно думал о том, что мы могли бы побыть с тобой вдвоем подольше, без тэргов. Но, как видишь, не сработало.
- Вижу, – отозвалась я с улыбкой. Айдан был несказанно мил, этого у него не отнять. – Скорее всего, у меня с ними такой сильный контакт, потому что мы спим в одной кровати.
 
И тут же осеклась, а маг удивленно вскинул бровь.
Я замерла, решив, что он сейчас скажет что-то совсем уж неуместное, тем самым разрушив установившуюся между нами доверительную атмосферу. Например, заявит, что спать нужно не с тэргами, а с…
Повезло – Айдан промолчал, а то я бы расстроилась. Потому что прекрасно понимала – между нами могла быть только настоящая, крепкая дружба и ничего большего, так как иных чувств я к нему не испытывала.