Любовь и полный пансион (СИ)

Затем, одновременно вздохнув и охнув – и как ей это только удалось?! – она достала из корзинки и протянула мне серебристый конверт с гербом Монрея – чайкой, парящей над морем.
- Я как раз заходила в дом и наткнулась на курьера, – пояснила Мона. – Это вам, мисс Робин! Мне кажется, что из мэрии.
Взглянула на меня с любопытством, но открывать при ней письмо я не стала. Сунула его в карман, где нащупала… те самые пятьдесят лирей.
На них у меня уже были большие планы.
- Мона, если можно, передайте вашему брату, чтобы завтра с утра он начинал расчищать помещение, в котором когда-то была прачечная. Там полным-полно ненужных вещей. Думаю, их стоит отдать старьевщику. Конечно же, сначала посмотрите, быть может, вам что-то пригодится, потому что остальное я бы выкинула.
Она покивала, пообещав, что завтра утром обязательно взглянет.
- Кстати, если у вас найдутся кандидатуры для приходящих прачек… Скажем так, сперва одна смена по два человека. Для начала три раза в неделю, а потом уже будет видно… Так вот, если у вас есть кто-то на примете, я буду рада вашей помощи. Единственное, как вы понимаете, денег много предложить я не смогу. – Пощупала банкноту в кармане. – Я смогу предложить только мало.
Мона снова покивала, сказав, что все обязательно сделает. У нее уже есть двое, кто мог бы взяться за такую работу, потому что ее знакомые как раз сидят без дела.
Завтра утром она пошлет к ним Патрика.
Если, конечно, мальчик выживет после урока Боговедения, потому что чем-то порядком озадачил сестру Лючию. Они сейчас в Цветочном Салоне и разговаривают уже час, а то и больше. Кажется, сестра Лючия решила серьезно взяться за образование мальчика – на кухне она как-то призналась, что раньше, до того, как ушла в монахини, была школьной учительницей.
Пожав плечами, я сказала, что дополнительные уроки пойдут Патрику только на пользу. И еще, что сестре Лючии стоит обратить внимание и на Юну, потому что к осени, дай Боги, я собиралась определить детей в школу.
На это Мона удивленно вскинула бровь, но промолчала. Мне тоже нисколько не хотелось отвечать на ее вопросы. Особенно после того, как я узнала, что она так и не вызвала доктора девочке, заболевшей корью.
Вместо этого, поблагодарив ее за письмо, я отправилась дальше.
Зашла на кухню, сказав Нане, что снова проголодалась – не могла бы она дать мне ужин пораньше? И еще, что сегодня я поем наверху, но потом обязательно спущусь к общему столу.
Няня уставилась на меня излишне проницательным взглядом, затем поинтересовалась, что у меня случилось.
- Что не так, мисс Робин?!
И я замялась.
Да, я собиралась рассказать ей о тэргах. Можно было это сделать здесь и сейчас... Но все же пришлось повременить – потому что, оказалось, сестра Флоренс вернулась в дом. Монахиня как раз проходила мимо нас, направляясь в Музыкальный Салон, где мы ее и разместили.
Да и Джаспер тоже был неподалеку – что-то бормоча себе под нос, притопал на кухню и поинтересовался, у какого буфета здесь отваливается дверца, потому что он может взглянуть. Но вместо буфета очень даже одобрительно уставился на меня, и я подавила подсознательное желание пригладить волосы.
Вот еще!..
Нана кинула на меня еще один взгляд, после чего сказала, что скоро выдаст мне ужин – мне стоит совсем немного подождать. Затем поманила Джаспера с собой на кухню – дверца буфета оказалась куда важнее.
Я же вернулась в гостиную, опустилась в кресло и достала из кармана письмо.
Мона была права, оно оказалось из мэрии. Меня извещали, что торжественный прием состоится послезавтра в шесть часов вечера, советовали непременно прибыть и ни в коем случае не опаздывать. Форма одежды – парадная как для меня, так и для моего спутника, потому что нам с ним предстояло открыть бал.
Это было еще одной проблемой. Потому что спутника, с кем я могла бы открыть бал, у меня не было.
Если только…
На секунду я закрыла глаза, загадав…
И уже очень скоро услышала уверенные шаги на лестнице, а потом в кресло напротив меня опустился Айдан Костиган. Лицо у мага было немного усталым, но довольным.
 
- Ей лучше, – произнес он. – Эстер намного лучше! Робин, я не знаю, что это за магия, но она работает! Вест, конечно же, начал бурчать, что тэрги захотят за нее забрать наши души…
- Не захотят, – покачала я головой. – Тэргам не нужны наши души. Им всего лишь нужен теплый дом, много вкусного молока, немного печенья, нормальный ужин и наша любовь.
- То же самое, что, по большому счету, и каждому из нас, – усмехнулся Айдан. – Без молока и печенья еще можно обойтись, но я бы немного поторговался...
- Ужин тоже скоро будет, – отозвалась я, хотя понимала, что он хотел сказать совсем другое.
Маг смотрел на меня не отрываясь, а затем протянул ко мне руку. Я уставилась на его раскрытую ладонь, но все же покачала головой.
Слишком рано.
Еще было слишком рано, но, вполне возможно, когда-нибудь это произойдет. То, что я без сомнений вложу свою руку в его.
Айдан казался мне симпатичным. И еще я чувствовала, что на него можно положиться в любом случае.
Нет, я не была в него влюблена, и он не растревожил мне сердце, как это удалось сделать Рэнделлу Корнвею, но, быть может, однажды у меня получится выкинуть герцога Суэсского из головы.
- Помнишь, когда ты вытащил меня из бассейна… – начала я.
- Конечно же, я помню! Я позвал тебя на свидание, но ты сказала, что тебе нужно немного времени, чтобы подумать. Так что же ты мне ответишь, Робин?
- То, Айдан, что меня пригласили в мэрию послезавтра, и я бы хотела тебя попросить…
- Сопровождать тебя на приеме? – улыбнулся он.
- Не только это, – вздохнула я. – Еще нужно, чтобы ты открыл со мной бал, потому что это указано в этой проклятой бумажке… – Я протянула ему приглашение. Вдруг мне не дадут денег, если мы этого не сделаем? Мне не хотелось так рисковать. – А потом мы сможем сбежать и прогуляться по набережной. Если ты, конечно, не откажешься.
Но он не отказался.
Наоборот, сказал, что почтет за честь и будет несказанно рад.
  
Рэнделл Корнвей
 
Рэнделл Корнвей
Рэнделл вернулся в особняк на улицу Генерала Хортона после обеда и приказал Джону тотчас же складывать вещи. С остальным тоже все было решено – лошади должны были прибыть через полчаса, после чего он и два выбранных им следователя из команды отправлялись в Арберг.
Рэнделл спешил.
Одна из зацепок – вернее, даже две, – появившихся этим утром, вели в небольшой городок, расположенный чуть дальше по побережью, примерно в сотне километров от Монрея.
Он чувствовал, что на верном пути, поэтому собирался поехать туда и проверить этот след лично.
Но трястись в душной карете до Арберга ему нисколько не хотелось. Вечерний поезд, судя по расписанию, останавливался возле каждой рыбацкой деревушки, что тоже нисколько ему не подходило. Поэтому Рэнделл решил отправиться в Арберг верхом.
По его плану они должны были добраться до места этим же вечером, чтобы завтра с раннего утра включиться в расследование. Об их прибытии уже известили местную жандармерию – пневмо-почта была проведена по всему побережью, – и Рэнделл наделся на их помощь.
 
Думал закончить с делами как можно скорее – уложиться за день, – чтобы послезавтра утром отправиться в Монрей, а ближе к вечеру попасть на прием в мэрию.
При мысли о предстоящей встрече на его губах то и дело появлялась улыбка.
Потому что он нашел Робин Дорсон.
Вернее, этим утром, когда Рэнделл прибыл на Воздушный Вокзал, ему сообщили, что одна из пропавших пассажирок «Славы Атрии» нашлась сама. Явилась в жандармерию еще вчера вечером, причем живехонькая и бойкая до невозможности.