Счастье по завещанию (СИ)

Жаль беднягу Закари, но у него нет ни единого шанса. Рорки своим не делятся!
* * *
Наутро все ночные приключения казались напрасными волнениями. Самое главное — это исполненная мечта. Я здесь, в Тесширской академии магии. Осеннее солнышко пробивается сквозь занавески, и синяя с серебром форма мне весьма к лицу.
Что до магистров, я собиралась держаться на расстоянии и от Закари, и от герцога. Понимала, что вынужденно мы обязательно столкнемся на занятиях, но лишний раз не собиралась даже мелькать перед их глазами.
— Жавтрак? — спросила зевающая Верея.
— Поем со всеми, — отмахнулась я. — Лучше проследи за Торнборном.
— А чего за ним шледить? Чай не шбежит. Штоит твой Торнборн.
В дверь постучали, и я сделала магический жест, чтобы ее открыть. Хезер ворвалась словно ураган, внимательно осмотрелась и только потом спросила:
— Ты где была?
— И тебе доброе утро, — осторожно ответила я.
— Мы с Нилом заходили к тебе, стучали. Волновались, между прочим. Вдруг тебя кто-нибудь обидел!
Похоже, обидели не меня, а саму Хезер.
— Прости, так устала, что поставила полог тишины и легла спать.
Врать не хотелось, но и правду я бы не сказала ни за что. И тем не менее, кое-что в моих словах привлекло новую подругу.
— Ты умеешь ставить полог? — восхитилась блондинка.
И кто меня за язык тянул? Магию высшего порядка на первом году обучения не проходят. Да и на втором позволяют применять заклятие только тем, кто умеет контролировать свой магический резерв. Слишком затратно.
— Умею, — улыбнулась я. — Граф научил.
В общем-то, это была правда. Первый из нескольких вариантов полога мне действительно показал отец.
— Покажешь?
— Обязательно, как только твой резерв станет стабильным.
— Зануда! — обиделась Хезер. — Ты хуже Нила! А я ради тебя к этой гадине Делии во фрейлины напросилась! Ты бы только знала, о чем они говорят в своем узком кругу?
— О чем?
— Кости перемывают! — ну, это я и без нее знала. Достаточно было один раз столкнуться с Делией и ее прислужницами. — Причем, всем! Ни про кого, ни единого хорошего слова не сказали!
— Потерпи, Хезер, — подмигнула я ей. — И уверена, Гаэс обязательно оценит твою жертву! Ты станешь героиней!
— Издеваешься? — уперла руки в бока блондинка, точь-в-точь как совсем недавно моя нечисть. И даже взгляд был похож.
— Нет, я просто есть хочу! Кто первый до столовой? — и, подхватив небольшую сумку с перьями и тетрадями, я бросилась прочь из комнаты.
За мной, отчаянно смеясь, гналась, Хезер. Синие мантии раздувал ветер, на солнце сияла эмблема Тесшира, и не было нас счастливей в том момент.
Три дня счастья это немало. Ровно столько длилось мое. Мне нравились предметы, занятия, преподаватели. От огромной библиотеки с магически передвигающимися стеллажами, уходящими вверх до самого потолка, я впадала в экстаз. Любила запах старой бумаги, тишину читальных залов, уютные кресла каминного зала.
Даже Шортер не раздражал, хотя и продолжал меня преследовать. Как ни странно, его защита и покровительство оказались кстати.
Это случилось на третий день, когда я возвращалась из библиотеки. Хезер сразу после ужина убежала по поручениям своей новой хозяйки Делии. Она с каждым днем все больше и больше вживалась в роль фрейлины и уже даже не сильно ругала элиту. На улице давно сгустились сумерки, в такое время адепты уже разбредались по своим комнатам. До дамского корпуса оставалось пройти небольшую аллею академического сквера, но мне заступили дорогу.
— Какая симпатичная темненькая!
Их было двое. Высокие, холеные, широкоплечие. Явно отпрыски аристократических семейств, которые считали, что Ландора вертится вокруг них. Наглость в глазах, пустота в сердце и массивные талумы на пальцах. Такие, наверняка, безупречно себя вели под приглядом старших, а без — шалели от вседозволенности.
Пробыв в Тесшире несколько дней, я уже знала, что подобных хлыщей стоит обходить десятой дорогой. Только вот сейчас они стояли на моем пути, и назад дороги не было. Дежурный преподаватель закрыл двери учебного корпуса за последними адептами, в числе которых оказалась и я.
 
— Молчит…
— Немая?
Они неприятно захохотали.
— Если немая, то никому не скажет, если мы немного пошалим. Правда, малышка? — и тот, который был повыше, попробовал меня обнять.
Я успела отскочить. В общем-то знала, что большинство преподавателей встанут на сторону элитных адептов. Особенно, если магистр сам пробивался из черни. Казалось бы, должен помогать своим, но на деле почему-то выходило наоборот. Все решали деньги и связи. Конечно, можно было бы дойти до лорда Дина, только он слишком далеко, а изощренная месть преподавателя близко. Никто не желал вылететь из Тесшира. Слишком уж заманчивое и перспективное будущее открывалось для простого мэтра после ее окончания.
— Лорды, я же вам ничего не сделала. Просто шла к себе, — попыталась решить проблему мирно, но видимо хлыщи решили иначе. Они наступали, оттеснив меня к самым колючим кустам, обрамлявшим газон сквер.
— Шла к себе, а пришла к нам, — широко улыбнулся мелкий. — Будешь с нами ласковой, возможно и без подарка не оставим. Так ведь, Родни?
После случая с резонансом, на территории академии запретили пользоваться магией вне занятий. А одна с двумя юношами я точно не справлюсь. Хотя, и с одним, вполне вероятно, тоже. Уже собиралась позвать Верею, но заметила в кустах знакомые красные глаза. На этот раз удалось различить и силуэт сущности. Продолговатое тело, похожее на грязную мутную каплю и горящие угли в середине этого сгустка. Что же ты такое? И почему моя поместная называет тебя злом?
На секунду даже позабыла об опасности и очень удивилась, когда не услышала ответа Родни, а ведь он должен был что-то сказать своему приятелю. Переведя взгляд, едва не застонала от досады и облегчения одновременно.
Мелкого прижимал к земле Родерик Финч, а долговязого Родни держал за горло гораздо гармоничнее его сложенный Шортер.
— И запомни, — шептал ему Люк. — Милисенту Бьорн никто не смеет трогать, понял? Я слов на ветер не бросаю.
Длинный закивал, что-то в тихих словах шатена, которые я не успела разобрать, его сильно напугало. Очевидно, право дотрагиваться до меня Шортер оставлял за собой, потому что все эти дни прохода мне не давал, бесконечно попадаясь на моем пути. То обнимал в коридоре, подкрадываясь сзади, то просто шел рядом, когда мы с Хезер возвращались домой. И в обеденном зале по-прежнему сидел рядом, упорно не реагируя на намеки своих товарищей, что связываться с чернью недостойно благородного лорда. От него быстро отстали, решив, что Шортер чудит или шутит. И вот сейчас Люк меня спас…
— Всем передай! А теперь вон пошли! — отчеканил он и отпустил долговязого, пнув на прощанье его под зад.
Хлыщей словно ветром сдуло. Финч отряхнул руки, улыбнулся, отвесил мне шутливый поклон и бросил:
— Я, пожалуй, тоже испаряюсь. Хорошего вечера! — и да, мелькнув за деревьями, Родерик нас покинул, оставляя наедине.
Боги мои пресветлые! Наедине с Шортером! Этого мне только не хватало!
— Ты что следишь за мной? — выпалила я.
— Приглядываю, — ответил шатен без тени смущения.
— Я не нуждаюсь в няньках!
— Зато нуждаешься в защитнике и покровителе, маленькая Лисси… — он шагнул ко мне и обнял за талию, притянув к своему горячему телу.
— Пусти! — зашипела я, тщетно пытаясь сбросить его руки и хоть на шаг отскочить от Шортера.
Не тут-то было! Держал он крепко, прижимался тесно, да еще и умудрился носом зарыться в волосы.
 
— Как же ты пахнешь, крошка! Весь день об этом мечтал! — почти застонал шатен.
Я собиралась высказать ему нечто колкое, язвительное и поистине хамское, и в этот момент его губы накрыли мои, а язык ворвался ко мне в рот.
Чудовищно! Мерзко! И до головокружения противно! Шортер извивался, стонал, сопел и терся об меня всем телом. Омерзение достигло апогея, и каблучок моей туфельки впечатался в его стопу, а когда шатен застонал уже от боли, запрыгав на одной здоровой ноге, я приласкала его сверху сумкой, в которой несла взятый в библиотеке справочник по магическим артефактам древности.