Счастье по завещанию (СИ)

Капитан внимательно осмотрел место крушения и негромко позвал:
— Эрл! Эрл!
Никто не отозвался. Голос у Грейэма обычно громкий, а тут вдруг прозвучал слишком тихо. Меня это насторожило. И пока Милисента ахала, собирая в корзину раскатившийся нехитрый скарб, я поспешила к мэтру Роуди.
— Показывайте! — Да, догадалась, что вояка что-то нашел, но обзор закрывали телега и мощная спина капитана.
Теперь же заметила спиленные деревья, брошенные поперек дороги. Кони, скорее всего, перескочили преграду, подвода столкнулась с препятствием. Причем, на довольно большой скорости.
— Разбойники? — снова спросила я.
Капитан пожал мощными плечами и заметил:
— Кто их знает? Может и лихие. Рубили не сегодня и даже не вчера. Если бы это была засада, то на нас давно бы напали.
Правильно говорил, в общем-то. Но мне не давала покоя трава, бурно разросшаяся между колеями дороги, никем не тронутая, не потревоженная. Недаром я сразу подумала, что здесь почти не ездят. А раз нет путников, то зачем грабителям постоянно сторожить это место. Наверняка держат дозорного, который проверяет вот такие ловушки, сделанные на разных лесных тропинках. И все же, место, где скрываются разбойники, должно быть где-то неподалеку. Чтобы в случае, если появится жертва, быстро добраться до ловушки.
— Убираться отсюда надо! — словно прочитав мои мысли, изрек капитан.
Да-да, о чем-то таком я сейчас и подумала, но меня тревожило отсутствие Эрла. И на Милли поглядывала с подозрением. Что ни говори, а девушка, привыкшая ходить в мягких туфельках, недолго протопает в деревянных башмаках. Хотя моя служанка в любой обуви недолго протопает. Слишком уж любит поесть, при этом, не утруждая себя нагрузками. Не так много я от нее и требовала, жалела. Может, зря?
Дождь не прекращался, но на него уже никто не обращал внимания. Все основательно вымокли, и одежда сейчас скорее мешала, чем хоть чему-то помогала.
— Надо уходить, девоньки! — снова повторил мэтр Роуди.
— А как же Эрл?
— Парень, скорее всего, слишком сильно держался за вожжи, а потом не захотел бросать коней. В любом случае, дорога-то здесь одна, и если пойдем прямо, обязательно на него наткнемся…
Капитан замялся и сконфуженно кашлянул. Я прекрасно поняла, что слова «на живого или на мертвого» так и остались не высказанными.
— Милли, бросай все и идем! — крикнула служанке, все еще скорбевшей над рассыпанным содержимым корзины.
— Но как же… Там же… — всплеснула руками она.
— Живо! Иначе, останешься посреди леса одна!
Мои слова, наконец, дошли до нее. Нет, разумеется, девушка не смогла бросить продукты, но зашевелилась гораздо проворнее, кидая свертки как попало. И только когда Милли увидела, что мы с Грейэмом направились вдоль дороги, взяв с собой Вечность, схватила корзинку и устремилась за нами, но догнать не смогла. Так и пыхтела где-то в метрах десяти позади, заставляя нас сбавлять скорость и идти медленнее.
— Поторопись! — рыкнул на нее мэтр Роуди.
— Брось корзинку! — посоветовала я. Ей бы себя в мокрой одежде унести, а она…
— Умру, но не брошу! — просипела девушка. Ее выбор. Жадность и глупость всегда наказуемы.
Расстояние между нами еще увеличилось. Милли уже не несла корзину, а волоком тащила по земле. Между прутьями забивалась земля и травинки. Ей приходилось останавливаться, чтобы удалить ненужные растения, которые превращали ее ношу совсем в неподъемную.
Дорога резко ушла вправо, делая довольно крутой поворот. И тут мы увидели его — нашего большого парня. Лошадей рядом не было. Разбежались, а может и подобрал кто. Эрл лежал животом в большой луже, раскинув руки и ноги, не подавая признаков жизни. Капитан бросился к гвардейцу и осторожно перевернул его.
Глаза рыжего смотрели в затянутое свинцовыми тучами небо, но уже ничего не видели. На мокром сером сукне сюртука зияла дыра, а вокруг расплывалось размытое дождем и водой из лужи кровавое пятно.
Я вздрогнула и прижала ко рту руки, чтобы не закричать от ужаса. Покойников мне видеть доводилось, но все они закончили свои дни не на глазах у меня. Вроде только что это полный жизни гвардеец лихо управлял лошадьми, а теперь лежит у наших ног бездыханный. Как непредсказуема жизнь. Куда бы мы ни пошли, смерть всегда бродит где-то рядом. И не стоит сбрасывать этот факт со счетов.
 
— То ли на сучок какой напоролся, то ли помогли ему на тот свет отправиться. Рану смотреть надо, — пробормотал капитан и почесал затылок.
Ответить я не успела. Из-за поворота, волоча за собой свое бремя, вывернула Милисента. Увидев неподвижного Эрла, она остановилась, несколько мгновений хлопала глазами, показывая пальцем на тело бывшего гвардейца, и пытаясь осознать произошедшее, а потом зажмурилась и издала такой пронзительный визг, что даже моя послушная Вечность испуганно заржала.
— Заткнись, дура! — глухо рыкнул на нее Грейэм.
Он склонился над Эрлом, закрыл ему глаза и попробовал осмотреть рану, которая стала для парня смертельной. Милли выла, голосила, билась в истерике и никак не хотела останавливаться.
— Прекрати! — прошипела я, но служанка не реагировала.
— Заткни ее, ради богов! — взмолился капитан. Лицо вояки перекосило от пронзительных воплей служанки, а ведь я едва не поступила точно также минутой ранее. Нужно учиться держать себя в руках, что бы ни происходило вокруг.
Где-то вдалеке послышался свист. Или это у меня уже в ушах звенело от мерзкого визга Милисенты. Я подошла к ней вплотную и хорошенько тряхнула.
— Тише, прошу тебя! Слышишь? Тише! — но служанка впала в такой ступор и ни на что не реагировала.
Ничего другого не оставалось. Я размахнулась и залепила ей звонкую пощечину. Рот закрылся, а глаза девушки удивленно округлись.
— О-о-о-о-о-о-о… — силилась что-то сказать она, продолжая показывать пальцем на почившего Эрла.
— Он умер, Милли. Умер, — тихо ответила я, бережно погладив Милисенту по пухлой руке. — Нам сейчас нельзя кричать, понимаешь?
— По-по-почему? — заикаясь, спросила служанка.
— Нельзя, потому что нельзя! — раздраженно ответил капитан. — Эх, прах его побери, ничего не понятно. Рана вроде рваная, как от сучка, но кто их знает…
— Кого «их»? — тут же уточнила, явно начавшая приходить в себя, Милли.
И тут второй раз послышался свист. Он звучал намного ближе, чем тот, что мы слышали несколькими минутами ранее.
— Это… это… это… — теперь палец служанки показывал в ту сторону, откуда только что раздавался свист.
Вечность всхрапнула и покосилась в противоположную сторону.
— Окружают, мерзавцы! — скрипнул зубами мэтр Роуди.
— Разбойники? — пискнула Милли. Как все же похожи и предсказуемы все женщины!
Да, я тоже дважды об этом спрашивала вояку, но меня он стойко вытерпел, на Милисенту же надвигался как хищник. Казалось, что он сейчас подойдет и как следует тряхнет девушку. Однако, заговорил капитан так тихо, что приходилось прислушиваться, чтобы разобрать слова.
— Сейчас ты закроешь свой рот! — Милли так и сделала. — Бросишь эту никому кроме тебя ненужную корзину! — Тяжелая ноша упала к ногам девушки. — И, если хочешь выжить, будешь в точности все делать так, как я скажу. Это понятно? — Служанка нервно и обреченно кивнула. — Вспомни, кому мы служим, и чья жизнь для нас важнее собственной. И лучше не зли меня, девчонка!
Милли вся затряслась и мелко-мелко закивала, при этом испуганно косясь в мою сторону.
— Миледи, давайте я помогу вам забраться на кобылку, а потом подсажу ее, — капитан кивком указал на служанку.
— А как же вы? — почти прошептала я, понимая, что мэтр Роуди останется прикрывать наш отход.
 
— Лошадь одна, миледи, — улыбнулся капитан. — И троих ей не унести. А мне одному будет намного легче затеряться в лесу. Да и кому нужен старый солдат?
Это был риторический вопрос, но я на него ответила:
— Мне нужен, Грейэм! А еще вы нужны Торнборну! Очень! Очень нужны! И знаете что, я без вас никуда не поеду!