Жена тёмного князя 2 (СИ)
- Неплохо, да? - Дядька Влас радовался так, как будто бы он самолично построил эту ратушу. - На втором этаже двенадцать комнат. Тут можно разместить целую армию некромантов!
Я кивнула, соглашаясь. Бывший комендант был прав. Со своей точки зрения. Но у меня появилась другая идея...
И воплощать ее я начала с опроса дядьки Власа. Время было к обеду, счастливые мальчишки все еще носились по развалинам, а мы решили устроить привал и поесть перед обратной дорогой.
- Дядька Влас, - я раскладывала на поваленном дереве, которое мы приспособили вместо стола, припасы, которые мы захватили с собой в поход, - прости, что спрашиваю, но что случилось с твоей женой?
- Моей женой? - дядька Влас вздернул брови. - У меня никогда не было жены. Я же некромант, зачем мне жена? А, - догадался он, - ты, наверное, спрашиваешь про мать моего сорванца?
- Ну, да, - тряхнула я головой. - Вы расстались? Или она тоже была из, - я запнулась, не зная как назвать женщин легкого поведения, чтобы не обидеть, - как и мать Мишки?
- Не знаю, - пожал плечами бывший комендант крепости. - Мишка не мой родной сын. Я нашел его совсем крошечным. Его оставили возле крепости, и мне пришлось взять его себе. Сначала я думал, он поживет со мной, пока я не найду куда его пристроить. Но так быстро привязался к мальчишке, что решил оставить. Почему ты спросила?
- Я просто подумала, - осторожно улыбнулась я, - что много некромантов, конечно, хорошо. Но если смотреть в будущее, то семьи лучше. Мы могли бы поселить в ратуше двенадцать семей. А это гораздо лучше армии одиноких солдат. Мы же не собираемся воевать и захватывать территории... Чего-чего, а земли у нас вволю.
- Но мы должны быть готовы защищаться, - не согласился со мной дядька Влас.
Я улыбнулась и кивнула в сторону ратуши, где с криками и воплями носились мальчишки.
- Скажи, дядька Влас, ради кого ты готов биться до последней капли крови и чуточку больше? Ради себя или ради Васьки?
Он открыл было рот, чтобы ответить, но так ничего и не сказал... Только хмурил брови и о чем-то напряженно думал.
Когда еда была разложена, я крикнула мальчишек. Надо было поесть, отдохнуть и отправляться в обратный путь, чтобы успеть вернуться до темноты. Голодные дети смели все без остатка, и потом засопели привалившись к поваленному дереву. Устали.
Я убрала освободившуюся посуду в заплечный мешок и тоже присела рядом. Шершавая кора за спиной слегка покалывала кожу. Солнце жарило, как не в себя, но здесь, рядом с ратушей было прохладно. Каменная стена отлично защищала нас от солнца. Слегка пахло прелыми листьями и грибной сыростью. Негромко жужжали насекомые, легкий ветерок шелестел листьями, где-то пела не-живая птица... Хорошо... Я закрыла глаза, почти мгновенно проваливаясь в ленивую послеобеденную дрему.
- Ты права, - дядька Влас заговорил тогда, когда я уже почти заснула, - если мы хотим построить настоящий город, а не крепость с казармами, нам нужно создавать семьи. Но тут, Ася, есть две серьезные проблемы...
- Какие? - пробормотала я, не просыпаясь. Дрема не мешала мне думать, хотя мысли тоже шевелились в голове вяло и неторопливо.
- Во-первых, некроманты редко женятся... Ну, - он шумно вздохнул, - наша жизнь в основном проходит на службе светлейшему: в гарнизонах, в крепостях. Мало какой отец согласится отдать дочь замуж за некроманта, если он простой служака.
- Но все же такие есть, - попыталась возразить я, однако дядька Влас невесело усмехнулся:
- Есть. Например, один мой знакомый сначала двадцать лет помотался по гарнизонам дослужившись до командующего, потом долго служил в столице темным князем, прежде чем светлые увидели в нем перспективного жениха. Однако стоило ему оступиться, как от него отвернулись все и, чтобы выполнить условие светлейшего и жениться перед ссылкой, ему пришлось отдать все, что у него было одному купцу... Правда, в итоге моему знакомому очень повезло. Его жена оказалась на редкость адекватной женщиной, и не устраивает ему скандалы из-за того, что вынуждена жить в таких тяжелых условиях...
- Это ты про Бориса? - улыбнулась я.
- Это я про тебя, Ася. Думаешь много женщин согласятся приехать в Мертвые земли? Даже если нам удастся договориться с их отцами, жить-то нам все равно придется с женами. Допустим, мы даже притащим их сюда силой. Толку-то от такой семьи?
Дядька Влас был прав. Об этом я как-то не подумала. Но я и исходила из того, что у каждого некроманта есть жена... Ну, или у большинства.
- А, во-вторых, большинство женщин светлые. Как мы вытащим сюда светлых? Ты же знаешь, они не могут выйти из Пределов Жизни...
Но об этом я как раз подумала, и у меня было готово решение этой проблемы.
- Я знаю, - кивнула все так же с закрытыми глазами, - но у нас сидит на яйцах Левая. И раз уж яйца так подросли, напитавшись светлой магии, то, я полагаю, очень скоро у нас будет дюжина светлых гурлинок, которые могли бы спасти этих женщин.
Дядька Влас снова на мгновение замолчал. А потом сделал вывод, с которым я тоже согласилась.
- Думаю, что нам стоит как минимум подумать об этом. А как максимум, предлагать каждому некроманту, которого мы вывозим из Пределов Жизни, возможность вывезти семьи, у кого они есть.
- Или возлюбленных, - кивнула я, - думаю, таких женщин хоть немного, но больше.
На вечерних посиделках наше предложение одобрили единогласно. А Сенька, у которого, как оказалось, осталась подружка, загорелся желанием забрать свою возлюбленную в Мертвые земли. Сказал, что отец девушки против их отношений, но его Лизка девка бедовая и пойдет с ним против воли отца даже за Пределы Жизни. Осталось только дождаться, когда у Левой вылупятся детки.
А пока мы решили сосредоточится на двух вещах... Ну, это помимо заготовки еды, корма и дров на зиму. Нам нужно было возобновить связь с Пределами Жизни и подготовить Мертвый город к заселению.
Мы и так не сидели без дела, а сейчас пришлось напрячься. Нам катастрофически не хватало людей.
Это только в книжках все делается легко и просто. А в реальности все гораздо сложнее. Дядька Влас, Григорий с сыновьями, отправились на расчистку Мертвого города. Для начала мы хотели вырубить все деревья. Те, что получше, пойдут на бревна для будущего амбара, в котором можно будет хранить продукты, остальное — на дрова. Дров должно было быть столько, что хватило бы на оба наших поселения в Мертвых землях.
Борис с Мишкой и Петькой взяли на себя вылазку к дядьке Блоху. Хитрый староста не пострадал в заварушке, сумев как-то выкрутиться. И светлые его даже не тронули, ограничившись предупреждением о недопустимости связи с опальными некромантами, на которое дядька Блох плевать хотел.
К середине лета к нам снова потянулись подводы с продуктами, животными и полумертвыми, после снятия поводка, отставными некромантами. Борис с подростками, избежавшими ограничеий от поводка светлых, снова выкладывались по полной программе, целиком перейдя на ночной образ жизни. У Петьки стали просыпаться способности темного мнишки, и он чувствовала себя днем очень некомфортно. От света у его сильно слезились глаза, краснела, обгорая, кожа, даже если он прятался от солнца в тени.
Все остальные усиленно готовились к зиме. Мы собирали какарушки, выезжая в степь всей командой на целый день. Эти орешки, несмотря на неприглядный вид, составляли большую часть растительной пищи прошлой зимой. К тому же они были очень вкусными, а молочная каша из какарушек, вообще, была самым любимым нашим завтраком. Благо готовилась очень быстро.
Мы рассадили молодую поросль молочных деревьев вдоль нашего ручья и рядом с Мертвым городом, чтобы через несколько лет увеличить плантацию для сбора растительного молока. Теперь я верила Мишке, который говорил, что никогда не видел столько пузырей на молочных деревьях. За зиму мы собрали все пузыри, оставив дозревать до следующего года всего около десятка. Засада была еще и в том, что если слишком интенсивно эксплуатировать молочное дерево, выкачивая из него все соки, то оно очень быстро высохнет. Брать с одного дерева больше, чем пару ведер за сезон было нельзя. Поэтому мы стали использовать уваренный сок только как подсластитель.