Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)

Покачав головой, Тулман продолжил объяснение:
Как я и сказал, здесь я представляю Ауин. Южные рубежи отчаянно нуждаются в надежной обороне, и без друидов Петли Пассатов скверна из Темного леса расползется на мою родину, а Ауин не может себе позволить потерять города к югу от Ампер Сеале. Увы, мои возможности ограничены: я смогу перенести телепортировать только Совет Черных Шипов. Но всех жителей Зеленой башни не спасти. Так что… магическая формация в моей комнате на постоялом дворе уже готова и ждет избранных.
Остановившись на мгновение, он вздохнул и продолжил:
Да, я понимаю, создание формаций без разрешения хозяина – крайне неучтивый поступок, и приношу за это искренние извинения, но сейчас времени нет, так что вынужден поторопить с ответом. Вас интересует мое предложение?
Друиды молча переглянулись, не издав ни звука. Отступление означало сознательный отказ от жителей Зеленой башни. Пускай отстроить ее заново – лишь вопрос времени, но как после такого смотреть в глаза предкам при неминуемой встрече? Нет, лучше погибнуть в бою, чем жить, покрыв себя стыдом.
Но, несмотря ни на что, в чем-то Тулман был прав: Зеленую башню можно отстроить, и уходят они не навсегда. Это даже не бегство, а отступление.
В итоге его предложение заставило нескольких друидов засомневаться.
И скольких вы сможете вывести, уважаемый гость? – осторожно Старейшина, стараясь сохранять спокойствие.
Сотню, не более.
Раздались пораженные вздохи. Многих друидов мощь великих магов попросту ослепила: спасти стольких разом! Правда, прозвучавшая вслух конкретная цифра отрезвляла, заставив осознать страшную реальность: выживет всего сотня, а остальным остается только ждать смерти. Если бы на смерть отправлялись все до единого, чтобы всем до единого бок о бок пасть в бою, они бы не задумываясь пошли до конца. Но выбирать, кому жить, а кому умирать – это слишком. Жестокий, невыносимо тяжелый выбор.
Шанса на жизнь заслуживали все, но кому решать, кто в состоянии выбрать?
Тулман не давил, терпеливо ожидая ответа.
В итоге заговорил один из друидов:
Нужно отпустить молодых. Они – наша надежда.
Еще до начала нашествия волков друиды отправили из Зеленой башни почти всю молодежь и пожилых людей, но многие талантливые и желающие помочь остались, не желая оставлять своих в бою. Отправь они сейчас еще и их, а обороне появятся бреши.
Но Тулмана такой ответ не устроил, и он заговорил вновь:
Я бы предложил включить в круг избранных не только молодых. Молодежи нужен опытный лидер: они с легкостью совершают ошибки, и лучше бы с ними отправиться с несколькими наставниками. Тогда Зеленая башня сможет возродится, и жизнь закипит как прежде.
Зал зашумел, заставив Старейшину повысить голос:
Напомню: мы дали обещание этому человеческому юноше.
Друиды удивленно замолчали: им казалось, что Старейшина первым должен был бы принять предложение Тулмана, и только с восхищением и гордостью глядевший на него Анделлу понял правду.
Могучий Старейшина, столп и воплощение верований их народа, хранил традиции древних друидов, наследников Золотой линии крови. Подлинный друид по крови и духу не забывает обеты предков.
С почти полным исчезновением Золотой линии крови и иссяканием Серебряной потомки четырех Святых поддались коррупции и алчности, а мир после них постепенно дошел до нынешнего состояния, погрузившись в войны и страдания.
Поддались искушению почти все, но друиды стали исключением. Сохранили верность принципам и держали оборону против хаоса, сражаясь за порядок. Пока держалась их связь с Матерью Маршой, они обязаны были найти силы и сдержать все обещания.
Я тоже против! – прозвенел высокий ясный голосок.
Все мгновенно обернулись на него, встретившись с яростным и решительным взглядом зеленых глаз на маленьком личике. Малышка Зифрид сжала кулачки и к удивлению всех присутствующих закричала:
Мы обещали братцу Брэнделю! Дали обещание – обязаны сдержать! Отступимся раз – и это ведь навсегда! Потеряем все, что мы так стремились сохранить!
 
Пораженный такой несгибаемостью и стойкостью перед лицом опасности, зал одобрительно зашелестел.
Тулман и вовсе просиял улыбкой, зааплодировав, и похвалил вслух:
Отлично сказано!
Но это же противоречит вашему предложению… – озадаченно начал Анделлу, настороженный таким энтузиазмом.
Да, противоречит, – заулыбался Тулман, – но могу же я повосхищаться такой решительностью. Разнообразие точек зрения прекрасно, а твердо верящие и верные своим идеалам заслуживают моего искреннего восхищения. Но все же… Времени мало, и я вынужден повторить вопрос: каково будет ваше решение?
Я остаюсь! – мгновенно и не по-детски серьезно объявила Зифрид.
Очаровательно, спору нет. Но молодая леди, не стоит ли вам проявить чуть больше скромности на больших собраниях вроде этого и вести себя сообразно положению? Возможно, прислушаться к мнению старших…
А вам известно мое положение?
Слухи до меня доходили.
Но я же говорю только за себя! – запротестовала было Зифрид, нахмурившись.
К сожалению, вашего положения и значимости для друидов налагают определенные обязательства, и в ваших ручках в этот миг находятся судьбы очень и очень многих. Вы же понимаете, какая это ответственность, и о чем я говорю?
Мудрено толкуете, но…
Уважаемый гость, позвольте вернуться к основному вопросу, – вмешался Старейшина, – Зифрид же очень молода, и в ее возрасте подобная невинность и доброта весьма похвальны.
Тулман согласно кивнул:
Что ж, тогда ответ мне дадите вы?
Слегка подавшись вперед, старый друид замолчал, сомневаясь.
Зифрид стояла рядом, кусая губу и прожигая Тулмана полным гнева и даже презрения взглядом. Не зная, ни что нужно Брэнделю, ни подробностей их уговора с Советом Черных Шипов, она просто чувствовала, что уйди друиды сейчас – хорошего исхода ждать не стоит.
Многие молодые друиды хранили молчание, осторожно выжидая, пока выскажутся старейшины, но те явно затруднялись. Оставшись, они поставят крест на будущем поколении, а уйдя – нарушат уговор с человеком, обещавшим спасти Зеленую башню.
«Обещания надо выполнять, но если делать это ценой разрушения многовекового порядка – и стоит ли оно того?»
«Мать Марша, дай нам знак»…
«Этот юноша рискует за нас жизнью, и отступись мы сейчас – чем будем лучше этих эгоистичных безответственных людей?»
И тут из центра зала выстрелил слепящий свет, заставивший всех присутствующих прищуриться и закрыть глаза. Стоящий ближе всех юноша дрожащим голосом выкрикнул:
Рунные камни… они движутся!
У них на глазах открывалась, проливаясь причудливыми светящимися зеленью узорами, магическая формация. Вся верхушка Совета бросилась к ней, на ходу подпитывая ее своей Маной.
Именем Деласитайль, ответьте на зов, придите на зов, яростные ветры небесные!
Это… – только и выдавил Тулман при виде такого зрелища.
А огромная магическая формация развернулась в полную силу, выпуская в небеса пронзивший тучи сияющий зеленый столп.
В его свете перед изумленными взглядами зала отразились координаты и несколько размытых силуэтов. Узнав Брэнделя, Тулман не сдержался и поднял бровь, а при виде стоящего рядом Вильяма и вовсе открыл рот.
Благодарю Мать Маршу, похоже, не забывшую своего покорного слугу: а формация-то работает! – поприветствовал Брэндель.
Голос его звучал слегка искаженно и словно издалека, а услышанные первые слова и вовсе неприятно удивили. Этот юнец что, не верит в Мать Маршу?!
Впрочем, следующие его слова несказанно порадовали:
Я с хорошими новостями, старейшины. Вход в Вальхаллу найден, так что прошу отправить к вашему покорному слуге Зифрид, координаты вы видите. Победа близка, остался последний шаг.
Раздались возгласы одобрения и облегченные вздохи.
Тулман нахмурился было, собираясь задать вопросы, но Вильям подмигнул старому приятелю, заставив его передумать и пока что промолчать.