Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)
От услышанного Брэндель едва не расхохотался:
Так мне предлагают добровольно сдаться? И ты правда решил, что это возможно?
Это приказ, – ответила женщина средних лет в форме столичного административного офицера с эмблемой, на вид – Лантонранда.
Приказ? И кого именно, позвольте узнать?
Приказываем именем короля. Мы здесь по прямому приказу Его Величества и выступаем в качестве его посланников на этих землях и несем его волю. Тебе приказано сложить оружие и следовать за нами.
А если я откажусь?
Измена: ты подозреваешься в намеренном совершении действий, которые могут вовлечь королевство в войну, и у нас есть все основания тебя изгнать и сложить с себя ответственность! Ауин к этому не будет иметь никакого отношения.
В этот раз чтобы сдержаться Брэнделю пришлось глубоко вздохнуть и выдохнуть. Спокойно выдержать настолько демонстративное публичное оскорбление он смог только благодаря опыту общения с дворянами в игре – иначе все они уже давно бы попадали ледяными глыбами на пол. Оглядев повнимательнее графа Остина, известного сторонника принцессы-регента и высокорангового генерала северных армий, он обратился к нему:
Граф Остин, а вы как военный офицер с этим согласны?
Тот не ответил, только слегка нахмурился. То, как Долант его перебил, конечно, раздражало, но действия Брэнделя не пошли Ауину на пользу, и это было в его глазах неоспоримо. Угроз войны от Киррлутца он не боялся, но состояние здоровья короля побудило неугомонное и излишне амбициозное дворянство к активным действиям, а вторжение Мадара добавило им мотивов. Остин не видел другого выхода, кроме как выполнить требования империи.
«Сплошное разочарование. А я-то надеялся, что будущему реформисту найдется что сказать в мою пользу. Сама идея изгнания – абсурд! Неужели они не в курсе, что на самом деле произошло? Сдаться – смерти подобно, и с какой стати я должен это делать добровольно? Неужели это идея Вероники? Нет, вряд ли. Просто потому, что… однозначно все это устроил какой-то дворянский ублюдок их делегации, и не удивлюсь, если Киррлутц за нами сейчас наблюдает» – размышлял Брэндель.
Пришлось признать, что и ауинские дворяне прогнили не меньше остальных, и бороться тут не за что, так что он выбрал верный путь, начав собирать собственные силы. С огромным трудом погасив гнев, он с тенью улыбки на лице обратился к женщине:
Так вы меня изгнать хотите?
Это будет зависеть от твоего решения.
Не в силах больше сдерживаться, Брэндель презрительно расхохотался в лицо этим шутам. На секунду даже мелькнула мысль достать меч и показать им рукоять – просто, чтобы посмеяться на испуганным лицами.
Ну так чего же вы ждете? Идите, сообщите этим людям из Киррлутца, что меня изгнали. А что, вдруг они примут такой ответ?
Дворяне опешили. Они-то пребывали в полной уверенности, что угроза изгнания тут же заставит Брэнделя сдаться. Послов из Киррлутца такой исход точно не устроит: те утверждали, что Брэндель принудил местного продавца совершить сделку и лишил члена императорского семейства нужного предмета.
Да он на арест напрашивается! – яростно проревел Долант и поднял руку, собираясь дать сигнал страже заняться наглецом.
Его люди – столичные рыцари, элита на службе у семейства Корвадо, и им уж точно не составит труда заставить сдаться какого-то мелкого дворянчика!
К тому же, понаблюдав за его сквайрами, он заметил, что большинство парней – ровесники или даже моложе наглеца, так что какие бы там ни были таланты, юнцы столичным ветеранам не ровня.
Присутствие нескольких эльфов его не останавливало тем более, как и те ящеромонстры, на вид самые опасные из его приспешников. Пусть и придется повозиться, но угроза войны с Киррлутцем того не стоила.
Вглядевшись в лица остальных, Брэндель убедился в верности своего суждения: имперские послы явно не рассказали им всей правды – никто не собирался останавливать рвущегося в бой Доланта.
Что ж, да все присутствующие, похоже, всерьез собираются меня сдать, пускай даже с применением силы? Ого, серьезный настрой! – со смешком перебил он Долана.
Естественно!
Что ж, очевидно, никто из вас не в курсе подробностей вчерашнего происшествия: иначе вели бы вы себя совсем по-другому.
Прекрати лгать.
Лгать? – закатил Брэндель глаза, пожав плечами – да уж, тогда продолжу: я совершенно точно не оскорбил единственную дочь герцога Пестролистья, и не поставил ее в глазах присутствующих в неудобное положение, а сама она не спровоцировала связывающее заклинание друидов, да и вообще…
По мере того, как смысл его слов доходил до сознания графа Остина, тот все больше округлял глаза. Похоже, все здорово усложнялось: герцог тот славился настолько крутым нравом, что войну можно было считать реальным вариантом исхода событий. А парень все не унимался:
Но возможно, уважаемые господа могли забыть упомянуть, что я в одиночку надрал задницы всему их отряду рыцарей – да так, что те еле ноги унесли?
Собравшаяся было что-то сказать женщина открыла и закрыла рот, ограничившись недоверчивым взглядом. Преукрашивания преукрашиваниями, но надо же и предел знать!
Ах да, ведь и графу Калленсу от меня досталось, а он вроде как считается одним из выдающихся мастеров мечей в своем поколении. К его несчастью, с моим заклинанием ничего сделать он не смог: не уверен даже, что он выжил после ранения – сделав на мгновение паузу и добродушно улыбнувшись, Брэндель добавил – что ж, надеюсь, шрама на лице у «рыцаря цветов» не останется.
После этого, словно что-то припоминая, он задрал голову вверх и принялся задумчиво постукивать кончиками пальцев друг о друга:
И вот еще: после графа была еще группа рыцарей, и, боже мой, сколько же их там было! Имперских рыцарей! Все сплошь элита, столичные! Думаю, свое поражение они запомнят надолго, я уж постарался. И еще, как самый последний негодник, я посмел и чуть не убить их боевого алхимика! Бедняга, всего четырнадцать лет – и уже гений, надо же как угораздило… Слышал я, быть на хорошем счету у императора – та еще морока.
А под конец – самое худшее! Скорее всего, в этом моей вины больше всего – та самая Вероника, командир Лазурного отряда, слышали о такой? И вот, значит, пришлось нам с ней встретиться на дуэли, и тут я допустил ошибку: не стоило угрожать ей жизнью герцогской дочери, чтобы заставить отступить…
Разведя руками, он обезоруживающе улыбнулся:
Вот поэтому я считаю, расскажи вам посланцы из Киррлутца все это – неужели вы пришли бы меня арестовывать с этой горсткой стражи? Ну удался бы ваш план, ну взяли бы вы меня под стражу – а дальше что? Кому из всех этих униженных и оскорбленных будете меня сдавать?
Том 3. Глава 131
Янтарный меч – том 3 глава 131
Глава 131 – Золотые Львы из Токвинина
Слова Брэнделя на некоторое время парализовали посланцев Ауина. Пухлая рука графа Доланта несколько раз дрогнула, но вниз так и не опустилась: приказ так и не был отдан.
Недоверие во взглядах ауинцев было объяснимо: со стороны вполне могло показаться, что перед ними безумец. Вздохнув, он позволил части гнева просочиться в следующем вопросе:
И что же, по-вашему, произойдет сейчас?
У дворян задрожали губы.
Фаэна
Какого… там происходит? Почему они застыли? Ах вы кучка бесполезных придурков! – прятавшаяся за валуном Фаэна отказывалась понимать, почему ауинские послы, уже выставив этому наглецу ультиматум, вдруг застыли, – да с этими сталактитами толку не будет!
Не удержавшись, она обернулась к виконту Эльману, собираясь продолжать жаловаться.
Тот, ничуть не раздосадованный, только слегка улыбнулся и уверенно ответил:
Не извольте беспокоиться, самое интересное еще впереди.
Словно в доказательство его слов, Брэндель вдруг обернулся в сторону леса и выкрикнул:
Кто?!
Брэндель
Гальран Гайя черной размытой линией пронесся по воздуху, отражая выпущенный со свистом откуда-то из леса металлический болт. Первой целью стала женщина средних лет, и если бы не Брэндель – ее бы уже убили. Увы, защитить он смог только одного человека.