Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)
Всем казалось, что по сравнению с суровыми склонами горы Грэм с ее переменчивым климатом, в землях Максена их не должен был ждать столь недружелюбный прием. На деле же каждый день приходилось сталкиваться со смертельной опасностью.
Начали они довольно уверенно, считая, что бунтовщикам с их вылазками из засад ни за что не сравниться с их объединенными силами с горцами, и продвигались вперед, чувствуя себя вполне комфортно.
Но так было только поначалу: даже не дойдя до бунтовщиков, войско Паласа столкнулось с противником посерьезнее.
Чертовы подземные твари! – в очередной раз мрачно ругнулся один из рыцарей.
Подземные жители не просто атаковали всех подряд без разбора: они разграбляли припасы и ранили не участвовавших в боевых действиях слуг и подсобных рабочих. Внезапные нападения уже заронили тревогу в рядах Паласа, и его люди не могли дождаться прибытия подкрепления от графа Ранднера. Увы, по пути нападали и на тех, причем не единожды.
Урон был не то чтобы велик, но Палас беспокоился за темпы продвижения армии.
Подземные жители, напротив, передвигались в лесу феноменально быстро: атаковали с флангов и тут же растворялись в чаще, каждый раз нанося ощутимый урон.
Здешние леса людям Паласа были незнакомы: пересеченная местность не позволяла маневрировать, а столь некстати выпавший ровным слоем снег скрывал под собой опасные ухабы и острые камни, словно заранее разбитые на всем пути продвижения, раня копыта лошадей.
Преследование было невозможно.
Скольких потеряли в этот раз?
Немного, в районе дюжины. Но много ранений.
Потери на этой неделе?
Почти сотня солдат от их набегов, и был бой без потерь, но с серьезными ранениями.
Почему и где был бой в этот раз? – обернулся с вопросом к адъютанту Палас.
До настоящей битвы, в которой решится судьба Фюрбурга, было еще далеко, а поставщики провианта и амуниции уже запаздывали со снабжением, да и ставившие палатки рабочие не успевали. Даже горцы собирались крайне медленно: пока что к ним успела присоединиться только десятая часть общего числа.
Сам факт, что бой уже успел состояться, причем без его приказа, неприятно поразил.
Дело в том, что один отряд горцев очень уж жаждет мести, по личным мотивам. Они попали в засаду на подступах к землям Максена, и вернулась только горстка.
Чертовы дурни! И какие там потери?!
…Больше трех сотен… – с трудом выдавил адъютант.
И это едва-едва две недели с начала… – покачал головой Палас, несмотря на то, что пока такие потери были для него приемлемы.
Твари обещали создать кучу проблем, и непонятно было, как от них избавиться, но совершенно точно пора было перехватывать инициативу и контратаковать.
Тем более, что до подавления бунта остались считаные дни, и скоро все закончится.
Последние два месяца лорд Палас посвятил сбору информации: в ночь восстания его лазутчики натолкнулись на остатки личной гвардии Гродэна, которые много чего доложили о захвативших Фюрбург наемниках. Они же рассказали и о подземных жителях, появившихся на их землях несколько месяцев назад.
Палас полагал, что те поучаствовали в нападении на Максена.
«При этом с момента свержения Гродэна прошло уже несколько месяцев, и численность этих наемников наверняка выросла. Наверное, сейчас там больше тысячи людей и несколько сотен подземных жителей: если не торопиться и не совершать ошибок – победа гарантирована».
Позволить себе ошибки вроде той, что допустил Максен, он не мог, да и не стал бы: возглавь первую атаку на Фюрбург гораздо более осторожный и вдумчивый Палас, события сложились бы совсем по-другому.
Он крепко сжал позолоченную рукоять меча: больше всего волновали слухи о том, что Карглис попал в плен бунтовщиков – старый рыцарь переживал за подопечного.
До его первой остановки и нападения на крепость Максена оставалось пятнадцать дней пути. Палас не собирался считаться с потерями: он спокойно мог себе позволить ранения до трети личного состава.
Беспокоили скорее не сами потери, но боевой дух и дисциплина – где это видано, чтобы идти в бой командовал не старший по званию? Так и до сумятицы в рядах и полной утраты контроля над горцами недалеко!
Ясно было, что вражеский лидер давит, заставляя его как можно раньше вступить в бой, и уж там-то его поджидает ловушка.
Очередным наглядным примером стала эта засада на горцев, из которой Палас в очередной раз заключил, что импульсивные поступки недопустимы. Увы, многочисленные главари шаек «союзников» так и норовили ввязаться в стычки с подземными жителями, добавляя ему головной боли.
С другой стороны, горцы не были совсем уж неправы: подземные жители основательно навредили их лагерю и подожгли часть провианта. Урон был настолько значителен, что эти события заставили Паласа задуматься, все ли в Шаффлунде в порядке с охраной: путь, по которому пришел враг, вели именно туда и никуда иначе.
Судя по донесениям Перкинса, там все было в порядке, да и направленный им для перестраховки второй отряд разведки доложил, что ничего странного на руднике не замечено.
«Вот ведь чертов Перкинс, ну смотри мне – доиграешься! Город что сито, кто угодно просочится!»
Рапорта о том, что его лазутчики воспользовались слабой организованной обороной Шаффлунда для поиска маршрутов незаметного подступа к Фуюрбургу, и чем они закончили, он уже не получил.
Возвращаемся, – скомандовал Палас, подавив желание нагнать и порубить подземных жителей на куски.
Господин, но как быть с подземными жителями? Если мы вернемся, они…
Пускай горцы усиливают линии обороны, меняют маршруты доставки провианта и ищут в лагере другое место под склад. Кругом рыскает враг, а мы как на ладони. Выбора нет – придется защищаться.
А не станет ли это пустой тратой времени? Почему бы не повести тех, кто уже здесь, в бой и не перебить тварей?
Врагу бы понравился ход твоей мысли, – разом похолодевшим тоном процедил Палас, – ни Мадара, ни горцы толком, ни подкрепление от графа Ранднера еще не прибыли! Потеряй мы эти земли, как думаешь, что граф сделает и с тобой, и со всей твоей семьей в придачу?
Но господин, у нас же пять тысяч человек! Даже если эти смутьяны выступят одновременно с подземными жителями – все равно даже близко не сравнятся… – с почтительным поклоном возразил адъютант.
У глупца Максена были точно такие же идеи – и как он кончил?
И все же. Граф Ранднер ждет максимально быстрого результата, и новости о потерях еще до начала боя его не порадуют.
…Не порадуют, но все равно лучше отложить бой до марта или даже дальше: если победим – разницы не будет, – с железной уверенностью кивнул Палас.
Пускай ему и дали пощечину, поспешный ответ на оскорбление явно не был самым мудрым решением. Командующий врага явно знал, что противник – человек осторожный, и потому и приказал подземным жителям атаковать до тех пор, пока будут силы.
Несмотря на то, что эти их вылазки терзали его армию и явно вредили, Палас был в себе уверен и не собирался дать себя выманить и атаковать в ответ на провокацию.
«Их главарь как загнанный зверь, и пока я буду сжимать капкан и не вестись на его выходки – шансов на победу у него нет! Придет время – и на оскорбление отвечу сполна».
Три месяца? Марша Всевышняя, да сколько же нам еды понадобится?! Господин, граф за такое и наказать может! – воскликнул адъютант.
Господин, граф точно будет в ярости за такую растрату провианта! Да нас четвертуют! – вклинился еще один державшийся позади рыцарь под согласные кивки остальных.
Как раз наоборот, – оглядел подчиненных Палас, – поле боя простирается намного дальше Трентайма, но туда граф не сунется до конца этой войны. Не все оценивается деньгами, так что если одержим чистую победу – граф сможет спать не спокойно, и все эти мелочи нам простятся.
Пусть он и был старым солдафоном, но жизненный опыт все же позволил ему ориентироваться в подводных течениях ауинской политики. Рыцари откликнулись вразнобой: