Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)

Одум, а ты-то что тут забыл? – спросил вместо всего этого Кодан.
Старый гном мог и дальше продолжать верещать – поводов хватало – но вид его начальника, бойца Золотого ранга, настолько раненого, заставил приумолкнуть. Решившись расспросить, он ответил вопросом на вопрос:
Командир Кодан, а с вами-то что случилось?
Ааа, это-то? Это все потому, что у вас, Рунных гномов, тут все схвачено! Куда уж мне, – поднял тот кустистую опаленную бровь и хмыкнул, – подумать-таки, ты – и не Золотой гном вовсе? И когда ж ты успел переквалифицироваться в Рунного?
Да я всего лишь жил с Золотыми в молодости, но на самом деле – вполне себе чистокровный Рунный гном! – яростно проревел Одум, заслышав в голосе собеседника сомнения в его происхождении.
Ладно, верю, верю. Ты потомок Серебряной линии крови. Но что ж ты тут забыл?
Одум в ответ лишь заморгал с хитрющей улыбкой. Он затаил за своей гномьей пазухой весьма существенный секрет, и сейчас думал, как бы его повыгоднее использовать.
Естественно, он ни слова не упомянул о легенде про погребенное здесь сокровище – не будь он настоящий Руный гном – ведь уверенности в том, что он может претендовать на это самое сокровище все-таки не было. Несмотря на всю дворянскую жадность, граф Ранднер явно бы как минимум признал его уникальное происхождение и…
В-важнее другое: Гальран Гайя у тебя? – постарался гном сменить тему, обращаясь к Брэнделю.
Так меч тебе знаком? – удивленно переспросил Брэндель, оглядывая гнома.
Несмотря на сказанное Одумом про свое происхождение, Брэндель слишком много раз сталкивался в игре с такими «последними наследниками» и «потомками вымерших», и понимал, что те ничего из себя не представляют, знания и умения предков давно утратили.
Большинство жителей этого континента и вовсе не помнило родства, хотя на самом деле еще могло бы при желании отследить свое происхождение даже до Золотой линии крови. И все же, эра Золотого и Серебряного поколения закончилась, как и эра Тьмы. Сейчас Ваунте был далеко не тот, что раньше: народ ослаб и измельчал, а боги и легендарные герои его покинули.
Эх-х-ммм, конечно, господин – слегка склонил голову Одум, и сразу сменил тон на более уважительный. Мало того, что дворянин, так еще и Гальран Гайя при нем…
Кодан злобно оскалился: лицемерие этого гнома откровенно раздражало.
«И с чего вдруг старому засранцу так менять мотив? Да уж, ориентируется он быстрее этого труса Перкинса, раз – и уже целует мальчишке в задницу. А ведь его упрямство мне знакомо не понаслышке… Что ж, меч явно непростой, ладный, но настолько ли?»
Кодан перевел взгляд на меч, Брэндель сделал то же самое.
Насколько он важен для вашего народа? – спросил последний, поднося его чуть ближе к лицу гнома, хоть отдавать и не собирался.
Да не то чтобы важен… Но есть про него одна легенда, – слегка разочарованно протянул Одум, стараясь не показать виду.
О сокровищницах Рунных гномов ходило множество легенд, но про Гальран Гайю – всего одна. Одно точно: если здесь появился это меч, именно он – единственное сокровище.
«Ну и что я тянул, ради чего ждал все эти годы? Все зазря! Ладно, я же так, меньшинство, да и вообще, где я, а где остальные Рунные гномы… Я даже умений предков не перенял, не говоря уже о попытках поучиться у мастеров-магов Гальбу…»
Том 3. Глава 82
Янтарный меч – том 3 глава 82
Глава 82 – Наследие
В душе у Одума росло необъяснимое волнение. Та легенда о мече на самом деле была пророчеством. А может, он и проторчал тут так долго именно потому, что его держало и звало это?
Он в нерешительности оглядел меч в руках Брэнделя.
«Скажи я ему сейчас, что Рунные гномы должны признать владельца Гальран Гайи своим королем, кто бы он ни был – не поверит ведь. А в то, что он должен повести нас за собой в новое королевство – и подавно. Черт, он же совсем чужак, как я могу присягнуть такому на верность?! Ах ты ж, надо ж такому приключиться на старости лет!»
Что за легенда? – полюбопытствовал Брэндель.
Одум скрежетнул зубами, решив все же придержать язык. Громко прокашлявшись, он буркнул:
 
Боюсь, господин, она только для ушей Рунных гномов, а остальные и не поймут ничего. А вы, похоже, хотите отсюда поскорее выбраться?
А ты, похоже, можешь предложить решение?
Да, господин, – пока что гном решил продолжить обращаться к парню именно так, решив приберечь «вашу светлость» или «ваше величество» для более подходящей обстановки. Да, Гальран Гайя при нем, но пока старый гном попросту не мог себя пересилить. Ну и остальных шокировать такими переменами не хотелось.
Все довольно просто, господин, – и указал на меч, продолжив после небольшой паузы:
Одолжите его совсем ненадолго – я, может, и смогу всех выпустить, причем быстро.
Что? – удивился Брэндель, переведя взгляд на не менее удивленную Медиссу.
Одум, не знаю, что за чертовщину ты тут затеял, но предупреждаю сразу: этот парень обращается с мечом получше моего, так что попытаешься что-то вытворить – может статься, что твоя дурная башка отделится от тела…
Поняв, на что намекает Кодан, старый гном мгновенно вспыхнул и разразился громоподобным воплем:
Я правду сказал! Все до единого слова, ты, чертов…
И тут же прикусил язык, прикинув, что командиру стражи еще вполне достанет сил, чтобы его наказать. Да, упрямство, конечно, было его второй натурой, но дураком гном не был никогда, так что продолжил уже снизив обороты:
Колизей, священное убежище построил мой народ, Рунные гномы, и все специально под этот меч! Раз лорд Брэндель им уже завладел – с уходом проблем быть не должно…
И правда есть такое правило? – удивленно пробормотал Брэндель.
Ни на форумах, ни в игре об этом не говорилось.
Конечно же. Господин, артефакты-наследие Серебряной линии крови предназначены в первую очередь для ее потомков, но если несмотря на расу такая вещица посчитает вас достойным наследником – почему нет, – слегка снисходительно обратился гном к Брэнделю, – меч вас признает, но я, подлинный потомок и настоящий Рунный гном, по идее, должен суметь открыть выход одним его взмахом.
Брэндель переглянулся с Коданом, но тот выглядел не менее сконфуженным, чем остальные. Да, он многие годы проработал с этим гномом бок о бок, но знания о том, кто он такой, заканчивались на основной гномьей черте – упрямстве.
«Что ж, выбора нет. Да даже если попытается что-нибудь выкинуть – либо сам с ним разберусь, либо Колизей что-то – да сделает. Наверное».
Червячком сомнения в голову прокралась мысль о том, как все странно совпало: Коэн, появление гнома, отсутствие сведений о чем-то похожем от проходивших квест геймеров.
Но мгновение спустя он все же кинул меч гному.
Давай, попробуй! – предложил он, оглядываясь на Коэна.
«А здорово будет, если получится вытащить всех».
Хотите что-то сказать, господин? – спросил Коэн, заметив его испытывающий взгляд.
Да так, может, и ничего, а может и статься, что тебе удастся оставить собственный след в истории.
Откуда такая уверенность, что он сможет нас освободить? – спросил Коэн, озадаченно наблюдая, как все, кроме гнома, покидают помост для поединков.
Да я просто знаком с историей, и доверяю своим знаниям, – ответил Брэндель.
И при чем тут история? – непонимающе переспросил Коэн.
Ответа не последовало. Брэндель переключил внимание на арену, наблюдая за поднявшим меч гномом. Тот застыл в ожидании.
Смертный, желаешь испытать судьбу?
Да! – громко выкрикнул Одум.
Но скрывавшие противников ворота не поднялись, а Колизей погрузился в тишину. Мгновение спустя снова раздался голос:
Чувствую в тебе родную кровь. Ты наш потомок?
Да, я гордый житель гор и камней, дитя стали и огня, предстал перед вами, ушедшие предки. Сотни и тысячи лет мы боролись с судьбой на пустошах и странствовали по неизведанным землям, но наконец-то нам удалось превозмочь все препятствия, в вот я… мы здесь, готовы позволить себе передохнуть. Заслужили же: это наша родина, и здесь начался наш путь!