Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)

Наконец цепи толщиной с руку каждая сдались, лопаясь с громоподобным лязгом. Пока разнесшееся по всему Колизею эхо затухало, Цербер уже с воодушевлением понесся на Кодана.
«Чертова псина!»
Направив меч острием на гигантского зверя, Кодан вытащил и щит. Цербер на полной скорости, словно снаряд, врезался в него одной из голов, и тут же отбросил в сторону, покореженным. Движение продолжилось в сопровождении лязга остатков цепей.
Пожилой воин злобно сверкнул глазами, не спуская взгляда с несущегося на него трехголового демона. Тот взмыл в воздух в очередной атаке, заставляя Кодана отступить на шаг, принимая боевую стойку с обеими руками на рукояти меча.
Пшел вон! – яростно проревел он.
И тут же от него во все стороны разлилась бушующая яростью видимая ударная волна. Адский пес отлетел назад, пораженный этой яростной волной.
Скорость, с которой смело зверя, была сравнима с действием Ветровой Пули, а сила воздействия отнесла пса на сотню метров, не меньше.
Послышался звук сильнейшего удара: похоже, цербер врезался в стену. Из кладки полетели камни, но вскоре все скрыло непроницаемое облако пыли.
«Ни-чер-та себе! Как Взрыв меча могла настолько усилиться от его основного навыка фехтования?!»
Брэнделю только и оставалось вопить про себя: техника совершенно обычная, доступна любому владельцу меча, но то, как Кодан отправил тварь в полет на сотню метров, шокировало.
В игре каждую технику можно было усилить определенными качествами. К примеру, Белого Ворона и Лобовую Атаку, имевшиеся в распоряжении Брэнделя, усиливала его ключевая военная техника, тогда как Прорыв силы и Ускорение – простая статистика: сила, физическая форма и скорость.
Чем выше мастерство фехтования и сильнее общая статистика – тем сильнее навыки, но все же… Брэндель ни разу не сталкивался с навыком Взрыва меча, способным отправить огромного противника типа Цербера в стометровый полет, причем в исполнении бойца Золотого ранга.
Не то чтобы это было в принципе невозможно, и он сам мог выдать такой же результат, но только достигнув девяностого уровня и не раньше.
Цербер, конечно, доказал свою устойчивость, и не выказал признаков сильного ранения. Встав на лапы и встряхнув тремя огромными головами, он освободился от дождя обломков и пыли.
Брэндель почувствовал укол сожаления. Как некстати: атакуй цербер с земли, а не с воздуха, из полета – урон был бы несравнимо больше.
Зато Кодан не упускал возможности: быстро метнувшись по арене – каждый шаг на дюжину метров, и это без навыка Ускорения – он размытым пятном приблизился к врагу. Стоило псу только оскалиться в его сторону – а он уже занес клинок над одной из голов.
У твари не было времени ни то чтобы уклониться – цербер даже испугаться не успел.
По амфитеатру разнесся звук грандиозного удара. Клинок Кодана полностью погрузился в среднюю голову твари, пройдя по идеальной дуге. Брызнула кровь, но владелец меча грациозно отступил, не позволив ни единой капле попасть на себя.
У цербера подогнулись лапы, и под тяжестью собственного веса он рухнул на землю. И все же бешеный зверь не сдался: две оставшиеся головы изрыгнули пламя прямо на Кодана.
Старик был настороже и готовился к чему-то подобному, так что успел отскочить в сторону сцены, но явно не ожидал, что огненные лучи добьют до того места, где он оказался. Опаляющее пламя, стелясь по земле, приближалось, но он успел перекатиться в сторону, продолжая маневр.
И все же, несмотря на всю быстроту реакции, его одежда, волосы и даже борода частично обгорели.
Кодан встал, яростно отряхнувшись, и издал разочарованный рев: пострадала борода, его гордость, тщательно выращиваемая годами. Не прекращая движения, он опустился на корточки, почти коленями в землю, и внезапно одним залпом, как пушечное ядро, стартанул вверх по направлению к противнику.
Наблюдателям могло показаться, что кулак Кодана настолько мал, что его едва видно, но сила удара поразила всех: звук, с которым он сокрушил подбородок одной из голов Цербера, попросту оглушал.
 
Треск ломающейся кости не перепутаешь ни с чем, и услышавшие это пленники в клетках синхронно дернулись.
Почти комичным движением зверь взмыл в воздух в сопровождении ударной волны от кулака Кодана. Неконтролируемый взлет сменил траекторию, отклонившись влево, но до того, так туша успела закончить падение на земле, неутомимый старик взмыл в воздух, приземляясь прямо на последней целой голове. Его меч целиком погрузился в оскаленную морду и тут же вышел, продолжая кровавый путь по остальному телу множеством неглубоких ран.
Стоило мечу дойти до конца туши – та попросту разделилась надвое, выпуская наружу водопад крови и ошметков, пока половинки неспешно шлепнулись на землю.
На мгновение Колизей погрузился в тишину.
Невероятно… – глубоко вздохнув, пробормотала наконец Джана, оглядывая происходящее расширившимися до невероятности зелеными глазищами.
Поражена была не только она. Молодежь в клетках замерла с открытыми ртами, неспособная издать ни звука. Сила бойца Золотого ранга в действии – молниеносная, смертоносная и пугающая.
Да если бы не ранение… его бы ни одна атака этой твари не задела! – Скарлетт сжала стальные прутья решетки в тихом изумлении.
Джана кивнула, полагаясь на наблюдательность соседки: достойно Золотого ранга, что бы там с ней не случилось. На своем уровне она мало что разглядела из произошедшего, и еще меньше поняла.
В то же самое время в другой клетке вовсю шел обмен перешептываниями. Сначала Джока обратился к Коэну:
Как думаешь, они нас спасут?
Трудно сказать, – покачал головой тот.
А я сомневаюсь, – лицо Майера выражало столько смешанных эмоций одновременно, что определить, что там происходит на самом деле, было трудно. Он продолжил:
И зачем бы ему нас спасать, да кто мы ему – никто! Да и вообще, тут не игрушки, ставки серьезные, и наши жизни на кону мало стоят.
И что же с нами будет? – осторожно спросил Джока.
Не знаю, – покачал головой Коэн.
Так мы что, заперты здесь навеки? – запричитали ребята.
Неужели ты не можешь ничего придумать? – проявил нетерпение Джока, явно не собираясь задерживаться в этом непонятном месте дольше необходимого.
Попытаюсь, – бросил Коэн, не сводя взгляда со сцены.
И у кого ты собрался просить помощи?
Явно у командира охраны! На постоялом дворе я слышал, что в Трентайме ему равных нет, он непобедим! – предложил один из ребят.
Ответа не было, и все нетерпеливые взгляды снова сосредоточились на Коэне, но тот прекратил общение.
Победа Кодана ни в коей мере не удивила Брэнделя: на самом деле, неприятно поразило то, насколько тот ранен.
«И к чему все эти усилия?! Старик что, не понимает, как по-быстрому можно было разобраться с этим трехголовым мешком с костями?»
Насколько же ты его ранила? – осведомился он у Медиссы.
Сейсмический Взрыв, – последовал тихий ответ.
Утерев выступивший на лбу холодный пот, Брэндель мог только в очередной раз поразиться тому, из чего вообще сделан старик Кодан, чтобы выжить после такого.
Но Медисса быстро добавила:
Не то, чтобы удар попал точно в цель! Он уклонился, и большая часть разошлась по потокам воздуха. А потом его вырубило обвалом… А после я подошла поближе, и он встал, но быстро сдался…
Да он, как будто, не очень и хотел сражаться… – Брэндель припомнил момент, когда старик выкрикнул просьбу прекратить бой.
«Да он что, узнал меня? Пускай основы моих военных техник, скорее всего, заложены… дедом, но техники до этого были заимствованы у других геймеров!»
Пока Брэендель размышлял о происходящем, тело Цербера распалось на светящиеся белые частички и исчезло. А Кодан времени зря не терял: запросил еще один поединок, не дожидаясь дальнейших указаний, и ворота перед ним уже открылись, на этот раз для полностью скрытого под броней гнома.
Раздалась тяжелая поступь, и первой заговорила Медисса: