Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)

Готовьтесь атаковать строй у реки – Ночной Тигр с его людьми заманивают подземных жителей на берег и собираются зайти к ним в тыл.
Господин, но… – Джана сжала зубы, с ненавистью взглянув на паникующих монстров у реки, – но это же… возможность!
Твои противники – не люди, – взглянув на нее, Брэндель решил ответить просто, указав пальцем себе на ухо, – эти существа провели в темноте всю жизнь и полагаются на слух. Они только так и определяют, что происходит вокруг, и потому намного легче людей приспосабливаются к новым ситуациям. Да, засада могла ввергнуть их в хаос, но они бы очень быстро пришли в себя. Между собой подземные жители общаются звуками на высоких частотах, и это было намного эффективнее флагов и различий в форме, по которым люди отличают своих от чужих.
«По сравнению с другими бойцами подземные жители и восстанавливаются намного быстрее. Слабое звено среди них – духи Земли: как только их строй будет разрушен – перегруппироваться они не смогут. Вот у кого настоящий иммунитет против паники и засад – так это у немертвых. И все равно, только самые опытные и дисциплинированные армии способны одолеть подземных жителей, и вы, наемники, явно к таким не относитесь», – подумал он про себя.
Единственным шансом получить преимущество был момент, когда те свалятся в полный хаос, но даже тогда воспользоваться им могла бы только исключительная по силе армия.
Двух командиров эти объяснения все равно бы не удовлетворили, так что Брэндель решил приберечь их до лучших времен. Но тут Корнелиус достал меч и встал между ними.
Мы должны подчиниться приказу господина: нам не хватает опыта в борьбе с этими монстрами, – он инстинктивно почувствовал, что подземные жители отличаются от обычных людей, просто не мог понять, чем именно.
Брэндель, заметив проблеск амбиции в глазах Корнелиуса, поднял бровь. Причины, побуждавшие этих людей следовать за ним, его не волновали, но до тех пор, пока они были с ним – он требовал подчинения.
Уже хорошо, что ты это понимаешь: времени объяснять у меня все равно нет, – опустив меч, он продолжил, – а сейчас вперед, исполнять приказ.
Не комментируя больше ни слова, он отвернулся к реке.
А господин будет на передовой? – чувствуя себя слегка не в своей тарелке, уточнила Джана. Она все же не понимала, почему Брэндель настаивает на открытом бою с подземными жителями. Даже у батальона ауинской армии человек на пятьсот вряд ли было бы значительное преимущество в бою с такими, не говоря уже о простых наемниках.
Себе мишени я выбрал, – ответил Брэндель и подумал про себя, – «Вон там».
Ангелы теснили трех духов земляных медведей, а Ночной Тигр воспользовался преимуществом внезапной атаки и нацелился на самое слабое звено в строю подземных жителей. Не тратя больше времени на наблюдение, Брэндель активировал Ускорение и стрелой взмыл в воздух. Во втором прыжке он сменил направление, приземлившись в гущу врага подобно метеору.
Все, что смогли разглядеть наемники – размытый след молодого господина, почти мгновенно исчезнувшего с места черной кометой и то, как он молниеносно добрался до отряда Ночного Тигра.
Несколько подземных жителей почувствовали колебание в воздухе, но Брэндель к тому моменту уже миновал их, метнувшись к духам земляных медведей. Гигантский зверь, дернув заросшими мехом ушами, обернулся ему навстречу, замахиваясь цепью. Брэндель под действием Ускорения наблюдал за атакой словно в замедленной съемке, и успел не спеша уклониться, прокрутив сальто в воздухе, после чего оттолкнулся от земли одной рукой и нацелился зверю в плечо.
Все его движения были настолько плавны, что к тому моменту, когда наемники наконец-то смогли рассмотреть следующий маневр, меч Брэнделя уже на полной скорости двигался к глотке медведя. Молниеносным движением выдернув сделавшие свое дело меч обеими руками, он уклонился от полетевших во все стороны брызг крови.
Гигантская туша несколько раз вздрогнула и тяжело рухнула на землю. На мгновение осознания произошедшего в воздухе повисла тишина.
 
Наблюдавшие наемники почувствовали, как в жилах закипает кровь. Тяжело выдохнув, они переглянулись с собратьями по оружию, чувствуя, что присутствуют при рождении легенды. Этот момент они не забудут до конца жизни.
Рабан взмахнул мечом и с грохотом ударил им по земле, привлекая внимание наемников. Подняв меч вверх, он проревел:
Стройсь! Атаковать быстро, не дадим врагу добраться жо берега!
Но лишь несколько секунд спустя, когда он обернулся назад к реке, подземные жители уже успели успокоиться и прийти в себя.
Десять командиров-Камлу несколько раз выкрикнули приказы, гася зарождающийся хаос, и вот подземные жители уже восстановили строй, готовые к атаке.
Прошло меньше полуминуты.
Рабан тут же осознал, насколько верным было решение Брэнделя остановить их атаку. Стоило им сейчас броситься в наступление к реке, пока они туда доберутся навстречу выступит организованная армия, а у них строя не будет и в помине. Против превосходящего по силе любого их бойца врага – исход был для Рабана очевиден.
Отыскав глазами двух других командиров, он увидел на их лицах те же тяжелые мысли, одолевавшие и его самого. Удерживая несмотря на это строй, они вели свои отряды к берегу реки.
«Да кто такой этот юноша? У него в подчинении Высокогорный маг, так что, должно быть, он из знатного рода Карсука. В сравнении с самыми многообещающими молодыми наследниками ауинских родов не проигрывает ничуть».
Атака Брэнделя продлилась всего мгновение, после чего Рабан вновь обратил внимание на врага. На его взгляд, исход битвы был предсказуемо плох: несмотря на то, что ранее господин раз за разом оказывался прав, командиру Смутьянов начало казаться, что подземных жителей все же не победить.
Казалось, у наемников не было шансов: боевой дух и организованный строй противника в целом и сила их бойцов по отдельности не сулили ничего хорошего – на самом деле, у Рабана не было уверенности даже в том, что они переживут первое столкновение.
Подняв руку, он подал сигнал, приказывая идти в наступление. Авангард поднял щиты и пошел вперед. Следовавшие вторым рядом наемники ощерились копьями для атаки на расстоянии. Последними оставались лучники и арбалетчики, продолжавшиея стрельбу с лесной опушки.
Первый залп выстрелов не дал ощутимого результата, заставляя задаться вопросом об эффективности продолжения – по сути они занимались обычным кроме самоуспокоением.
По мере приближения наемники обнаружили, что подземные жители и духи земляных медведей успели полностью восстановить строй и организованными рядами движутся навстречу. Происходящее с каждым шагом все больше и больше выглядело как последний в их жизни бой. Люди Рабана не понимали, о чем только думает их командир, и на их лицах отчетливо читались сомнение, страх и желание отступить.
Боевой дух стремительно угасал.
Когда до врага оставалось не более сотни футов, лучники и арбалетчики запустили третий залп. Рабан отчетливо видел, что слабые стрелы отскакивают от медвежьих шкур. Эффекта не было никакого.
Пятьдесят футов. Джана утратила всю уверенность в себе: уже не считая себя сильным человеком, она выглядела как тень себя прежней, хотя и продолжала вести своих людей вперед. Впервые она пожалела, что выбрала не ту сторону. Наблюдая за молодым господином, добивавшим второго медведя, она заметила, что он даже не собирается посылать подкрепление. Не могла не закрасться мысль, что он такой же, как и все остальные дворяне, которым не было дела до их жизней.
Двадцать футов. Корнелиус почти видел, как колыхаются отвратительные складки кожи подземных жителей. На его лбу выступил холодный пот, рука со всей силы сжала меч.
За мгновения до столкновения двух войск утративших всю надежду наемников уж едва ли можно было назвать полноценной армией.
Но тут с противником начало твориться что-то невообразимое. Они начали шататься, наталкиваясь друг на друга и непонимающе крутя головами по сторонам. Такого не ожидал никто: на поле боя внезапно воцарилась полная тишина.